Суданская роза - Юлия Чалова

- Позвони мне прямо сейчас и я сохраню твой номер у себя, - предлагает Влад и я тут же набираю его.

Только в этот момент до меня доходит, что в лобби-баре наверняка были камеры и «Французу» не составит труда увидеть, как у него увели добычу, которая предназначалась ему в тот вечер.

- Влад, кажется, у тебя теперь проблемы с «Французом», он может по камерам отследить и увидит тебя.

- Ага, - улыбается Влад, - знаю. Разберусь с этим. Ты пока не показывайся в этом отеле и давай-ка, меняй работу. Не стоит полагаться только на умение забалтывать, однажды это может и не сработать.

* * *

Прихожу в себя и первое, что чувствую – ноющая боль в шее. Видимо, я лежала в неудобном положении, хотя по ощущениям, я в отключке была недолго.

Продираю глаза и оглядываюсь – в комнате я одна.

Но прямо на меня смотрит объектив видеокамеры и я уверена в том, что она сейчас работает. Индикатор, горящий красным светом, не оставляет мне сомнений в том, что камера пишет и за мной сейчас могут наблюдать.

Странный сон-воспоминание, который только что промелькнул перед глазами, наталкивает на мысль – попытаться потянуть время, как можно дольше.

Если получится, то в идеале – забалтывать Матвея, выводить на эмоции. Я точно знаю, что Влад уже приложил все силы, чтоб добраться до меня, а значит, шансы пока есть.

Обращаю внимание на то, что меня не связали и тут же горько усмехаюсь собственному наблюдению. Ну да, в предыдущем доме я тоже не была связана, а – толку? Не сомневаюсь, что за дверью меня уже либо Матвей караулит, либо его люди.

Противными паучьими лапками по спине елозит страх – я понимаю, что общение с Матвеем неизбежно и чувствую, что он сейчас совершенно неуправляемый. Убить брата и отца в считанные секунды – это сродни какому-то сжиганию мостов.

Матвей не производит впечатление идиота, а значит он отдает себе отчет в том, что Влад доберется до него. Причинить мне вред – это самое настоящее самоубийство, но видимо Матвея эта перспектива вполне устраивает.

Шахерезаде вообще как-то удавалось морочить голову своему шаху целых три года. А мне бы продержаться сколько получится, - подбадриваю себя мысленно, хотя на душе откровенно паршиво и безнадежно.

Из размышлений меня вымывает ледяной волной паники, как только открывается дверь и в комнату заходит Матвей. Вся решимость мгновенно улетучивается, стоит мне только столкнуться с его змеиным, цепким взглядом.

- Пришла в себя? Успела уже тут освоиться? Надолго к этому месту привыкать не советую, но на несколько дней эта комната станет твоим последним приютом.

От ужаса совершенно пропадает голос и я понимаю, что сейчас не смогу сказать ни слова. Само присутствие Матвея в одной комнате со мной, давит настолько, что напрочь вышибает способность здраво соображать.

- Так и будешь играть в молчанку? – злорадно усмехается Матвей и подходит чуть ближе, аккуратно обходя штатив, на котором закреплена камера.

- А толку говорить? – наконец подаю голос, - ты же убьешь меня все равно. Отца убил, брата убил. Хотя Витю не жалко…

Моя последняя ремарка действует на Матвея так, что на его лице появляется какое-то подобие улыбки. Или оскала, на который эта гримаса походит куда больше.

- Умная девочка, не будь всей этой ситуации, я б с тобой замутил. Витю не жалко, тут – точно. Но я тебя разочарую – не пытайся мне понравиться. У меня на тебя – определенные планы и тебе лучше считать, что все твои уловки я определяю заранее. Усвоила?

Снова молчу.

- Не слышу ответа, - раздраженно бросает Матвей и медленно окутывает меня злобным взглядом.

- Усвоила, - соглашаюсь с ним, решая пока не злить его.

- И да, - продолжает Сотников, - если ты думаешь тянуть время до приезда Влада, то снова разочарую. Он доберется до этого места только тогда, когда я так решу. А пока он ищет тебя в совершенно ином направлении. Так что у нас есть несколько дней, чтоб познакомиться поближе. И торопиться я не намерен. Это ясно?

- Ясно, - торопливо отвечаю на эту тираду, одновременно понимая, как я смогу отвлечь Матвея. До одури страшно, но я собираю все силы и стараюсь усмехнуться так, чтоб получилось как можно уверенней.

- Что смешного? – с интересом и некоторым вызовом спрашивает Матвей.

- Да так. Влад тоже самое говорил про тот дом, из которого ты меня похитил. Прямо теми же словами. Такая же уверенность в том, что ты не отследишь ни сам дом, ни меня. А в итоге что-то пошло не так, да?

- Бойкая и дерзкая девочка, Владу такие нравятся. Кристин была совершенно непохожа на тебя. Тихая такая. И все бы ничего, но появился Влад и она, как собачонка побежала к нему. Это ее и погубило.

Вижу, как губы Матвея кривятся в гримасе отвращения, стоит ему только произнести имя моего мужчины. Ясно, что все это его злит, но отвлечь его собственными же эмоциями – это может на какой-то момент сработать.

- Матвей, в чем смысл всего этого? Похитить меня, чтоб поквитаться с Владом – это понятно. А причем тут Витя и твой отец?

- Это уже неважно, - пожимает плечами Матвей и едко сощуривает глаза, словно смотрит сквозь меня, - но на самом деле, отцу надо было всего лишь выманить Влада и сделать ему предложение, от которого он бы не смог отказаться. Ты была лишь приманкой. А потом планы поменялись. Но Влад все равно нужен. Только не отцу, а мне лично. Тебе просто не повезло в том, что Влад безумно влюблен в тебя.

- Так злишься на Влада? - задаю слишком очевидный вопрос и поздно спохватываюсь, что веду разговор совершенно не туда, куда надо.

- Сука, - шипит Матвей и резко бьет меня по лицу. От сильного удара падаю на пол и едва успеваю выставить перед собой руки, больно сшибая костяшки пальцев.

Матвей хватает меня за локоть и поднимает, заставляя смотреть прямо в глаза.

- Пытаешься выторговать себе время, отсрочить неизбежное? Эх, Яна-Яна, такая вроде умная девочка и такая наивная. Влад раньше был очень крут, но сейчас он вышел из системы и теперь за ним больше никто не стоит.