Хозяйка Алмаза - Анна Кота

На тропинке между деревьев появилась леди Сольвейг.

- Ах вот вы где! - воскликнула она, - дорогой, не заговорил ли ты нашу гостью? Время уже позднее.

Я спохватилась и ахнула. Вечер, проведенный за радушным приемом семейства Ёнссонов пролетел незаметно. Часы на браслете показывали десять вечера. Мне не хотелось злоупотреблять их гостеприимством, а значит пора возвращаться домой. За этот вечер я узнала, что супруги Ёнссоны - милые и харизматичные люди, и что их неудержимая ревность к друг другу чуть не загубила жизнь одного знакомого мне резервуара. Послушала красивую музыку и светские разговоры, и целом провела время в приятной компании, только вот про ошейник до сих пор не было сказано ни снова. Я решила напомнить о своей просьбе.

- А как же ошейник Алмаза? Вы обещали посмотреть, что с ним можно сделать.

- Чары на ошейнике необратимы, - ответила леди Сольвейг после короткой паузы.

При этих словах меня охватило отчаяние. Значит, моя надежда на помощь была напрасной. Ведь я приехала сюда не за милым обхождением, грустными романсами и разговорами по душам. Непонятно, зачем вообще нас пригласили на этот ужин.

Огненный шарик, который все еще горел на моей ладони, вспыхнул и подпалил ветку дерева над моей головой.

- Простите, - смущенно пробормотала я и погасила огонь.

Супруги переглянулись.

- Ничего, - ответил лорд Ильнар, - эта ветка сильно разрослась над тропинкой, на днях я собирался ее обрезать, почему бы не сделать это сейчас?

Леди Сольвейг взяла меня под руку и увлекла за собой по тропинке в сторону особняка. Ильнар остался возиться с испорченной веткой.

Мы свернули к дому и оказались напротив панорамных окон. Заглянув внутрь, по знакомой обстановке я поняла, что это была та самая гостиная, где мы провели вечер. Там до сих пор горел камин, комната смотрелась уютно в мягком свете свечей.

Алмаз стоял рядом с Шафран недалеко от окна. Они о чем-то оживленно беседовали. Он уже не выглядел холодным и отстраненным, скорее наоборот, довольным и приветливым. Похоже, он получал удовольствие от этого общения. Я невольно остановилась и засмотрелась на этого незнакомого мне Алмаза. Мне еще не приходилось видеть его таким расслабленным и раскрепощенным. Постепенно дистанция между ними сокращалась, Шафран, как будто невзначай, дотронулась до его руки.

- Он само очарование, верно? - спросила леди Сольвейг.

- Кто?

- Думаю, вы прекрасно поняли, что я говорю про Алмаза.

- Не знаю, не замечала, - я пожала плечами с напускным безразличием.

- Кажется, я упоминала, что вы не умеете скрывать то, что чувствуете?

Я кивнула.

- У меня складывается ощущение, что вы слишком беспокоитесь о благополучии своего резервуара, - леди Сольвейг подошла ко мне вплотную, и говорила в самое ухо, - наблюдая за вами весь вечер я заметила, что он вам нравится?

Луна скрылась за темными снежными тучами. Вдруг стало темно и неуютно. Я почувствовала, что очень устала.

- Кажется, уже поздно, - напомнила я, отстранившись, - пожалуй, пора возвращаться домой, - но леди Сольвейг по-прежнему держала меня под локоть, и не выпустила мою руку.

Аромат цветов кружил мне голову, создавая ощущение, что все происходящее вокруг меня всего лишь плод моей бурной фантазии.

- Зачем вам расколдовывать ошейник? Дисциплинарная функция теперь работает даже лучше прежнего. С учетом того, каким он бывает своенравным, я подправила настройки таким образом, чтобы при необходимости приструнить его мог, кто угодно. Даже сейчас мы можем прервать их, - проследив мой взгляд, она подняла руку, будто собиралась замахнуться.

- Не нужно! - быстро сказала я, перехватив её запястье.

Леди Сольвейг снисходительно улыбнулась, сделала несколько шагов, мы нырнули в темноту, и вышли на свет возле следующего окна.

Мне хотелось сделать над собой усилие и не смотреть, чтобы не вызвать насмешки с ее стороны, но, помимо своей воли, я снова отыскала глазами Алмаза и продолжила следить за каждым его жестом. Теперь он стоял так близко к Шафран, будто их связывало нечто большее, чем жизнь под крышей одного господского дома, хоть они с ней весь вечер старательно игнорировали друг друга. Недовольные взгляды, которые Шафран то и дело бросала на меня заиграли новыми красками.

- На вашем месте я бы не таяла перед ним, словно масло под горячим ножом, - продолжила леди Сольвейг, - он умеет быть милым и обворожительным, когда хочет добиться своего, но правда в том, что вы принадлежите к разным мирам.

Я по-прежнему не отводила взгляд от Алмаза. Шафран привлекла его к себе, обвила его шею руками и поцеловала.

- Вот, например, - тон леди Сольвейг стал сочувствующим.

Какое-то время мы молча стояли на тропинке в тени особняка. Поцелуй между тем становился все более страстным. Если вначале я сомневалась, ответит ли Алмаз на эти ласки, то теперь не было сомнений в том, что он отвечал ей.

- Если вам неприятно на это смотреть, вы можете прервать их в любой момент одним взмахом руки, - предложила леди Сольвейг.

На мгновение мне даже показалось, что какая-то часть меня желала воспользоваться её советом, но я устыдилась этого низкого порыва и отошла от окна.

- Давайте вернемся в дом, пока эти двое не зашли слишком далеко, - мне показалось или в голосе хозяйки дома звучало удовольствие от только что увиденной сцены?

Когда мы вошли, Алмаз с Шафран снова сидели по разным углам комнаты с таким видом, будто ничего между ними не произошло. Я даже на секунду засомневалась, был ли этот поцелуй на самом деле, или мне просто привиделось?

В гостиную вернулся лорд Ильнар.

- Я распорядился, чтобы вас отвезли домой на нашей карете, - сказал он.

- Благодарю за заботу и гостеприимство, - я сделала реверанс.

- Вечер, проведенный в вашей компании доставил мне огромное удовольствие, - с очаровательной улыбкой заверила леди Сольвейг.

Я растянула губы в подобии улыбки и деликатно промолчала, потому что не могла ответить ей тем же.

Слуга принес полушубок, я оделась и вышла на улицу, даже не посмотрев на Алмаза. Мне хотелось забыть слова хозяйки этого дома, но за эти несколько часов Алмаз стал для меня далеким и чужим. Кого я обманывала? Леди Сольвейг права, мы с ним люди из разных миров, но не потому, что он - резервуар, а я - маг. А потому что он может поддерживать разговор с этими людьми из высшего общества, и понимает,