Таифская роза Адама - Иман Кальби

— Таша… — предостерегающе цыкнул Адам, опасливо смотря на отца, строившего сейчас на отдалении от них вместе с внуками песочный замок, — смотри только, не ляпни это при нем…

Таша чуть заметно кивнула, снова посмотрев на статную фигуру отца и вмиг помрачнев. Тонкая вуаль тоски и печали сразу накрыли ее взгляд. Ника увидела это столь отчетливо, что даже стало не по себе…

Обстановку решил снова разредить сам Адам, увидев реакцию сестры на свое же замечание. Резко сменил тему.

— Что скажешь, Ника, отказалась бы от красивейшего края в пользу пустыни?

— Не все меряется властью, Адам. Не все ее так жаждут, как ты… — ответила она.

Иштар улыбнулась.

— А она мне определенно нравится, братик…

— Мне тоже, — тихо ответил Адам, не посмотрев на Нику. Быстро встал и направился к отцу с племянниками.

— А он влюблен до беспамятства. Интересно… Никогда не видела его таким, — хихикнула Иштар, стоило им остаться с Никой вдвоем. Белькасем отошел переговорить по телефону по срочному вопросу.

— Каким таким? — и почему Ника спросила именно это. Почему не стала рьяно отрицать предположение о его влюбленности или хотя бы просто проигнорировала бы его.

— Идиотом, — усмехнулась та в ответ, — Никогда не замечали, все влюбленные мужчины ведут себя, как идиоты. Ой, хорошо, что мой муж сейчас это не слышит. Ника, так как Вам удалось его в себя влюбить?

— Я хотела его убить, — невозмутимо ответила девушка.

Иштар снова засмеялась, посмотрев на нее с неподдельным интересом.

— И почему-то я Вам безоговорочно верю…

Глава 24

Непринужденные беседы, освежающие объятия океана, когда кожа уставала греться под настырным солнцем, блаженная нега летнего морока, замешанного на сладкой лирической ностальгии. Они и не заметили, как день начал клониться к закату, о чем свидетельствовал красный шар, опускающийся в море на линии горизонта.

— «Когда станет грустно, посмотри на солнце», — процитировала Иштар «Маленького принца», подойдя к застывшей на террасе в немом созерцании Нике. К вечеру она стала очень молчаливой и задумчивой, не потому, что замкнулась. Напротив, происходящее вокруг позволило расслабиться, отпустить себя. А еще пробудило много новых мыслей.

— У вас это семейное? — усмехнулась тихо в ответ.

— Сент-Экзюпери? Да. Мама его очень любила. Читала нам с детства. Правда, «Маленький принц» — не совсем моя философия. Он слишком… созерцательный что ли, наполненный внутренней тоской, пусть и наивно отнесенный к разряду детской литературы, что для меня совершенно непонятно. Моя книга из его произведений — «Планета людей». Наверное, как минимум за глубину понимания сути пустыни. Автор словно бы говорит моими словами, смотрит на желтые пески моими глазами. Прочитайте, если не читали. Советую…

— Не читала. Спасибо…

— Вы бывали в пустыне? — спросила Иштар.

— Не приходилось, — тихо ответила Ника и опустила голову.

— Приглашаем вас к нам в гости. Гарантирую, Вы влюбитесь в Сахару раз и навсегда. Этот край завораживает. К тому же, нам с Белькасемом есть чем гордиться и чем похвастаться — в Азаваде было многое сделано за годы прихода к власти моего мужа.

— Спасибо, но… — подняла глаза на собеседницу Ника, — не уверена, что смогу принять приглашение…

— Почему же? Наоборот, все складывается замечательно. Как раз стимулируете Адама на поездку к нам, а то он только обещает — все никак не доедет.

Ника чуть заметно улыбнулась. Немного печально.

— Вы, наверное, не поняли, что связывает меня с Вашим братом, Иштар. Мы не парень и девушка и… между нами нет отношений, — кашлянула, словно бы ее слова давались ей тяжело, словно бы смущали ее, — я, честно говоря, была очень удивлена оказаться здесь, потому что… уровень нашего доверия и… близости совсем не тот, каким может показаться. Адам… Шейх Адам и я… — стала она запинаться, собираясь с духом, чтобы вывалить правду.

— Можете не продолжать, Ника, — совершенно спокойно перебила ее Таша, — скажу Вам сейчас, возможно, немного странную вещь, но мне кажется, что это как раз Вы, возможно, еще не понимаете, что Вас связывает с моим братом. Не могу даже исключать того, что он сам этого не понимает. Знаете, некоторые вещи очевиднее со стороны, особенно, когда долго и хорошо знаешь людей. Возможно, Вам со стороны кажется, что мы здесь все в счастье и гармонии, но это далеко не так. Моя чрезмерно веселая, даже немного наигранная бравада, показные мягкость и покладистость Адама, подчеркнутые благожелательность и спокойствие отца… Все мы здесь, Ника, прячем за фасадами трагедию… Потерю… Боль утраты…

Иштар сглотнула ком в горле. Ей непросто давались эти слова. Ника молчала. Они обе теперь смотрели на игравших с детьми в воде на фоне заката мужчин.

— Мама слишком многое значила для всех нас. Вернее, не так… Черт, — ненароком вытерла слезу, — даже не знаю, какие правильные слова подобрать, чтобы Вы поняли, — вздохнула тяжело, — я сейчас Вам кое-что скажу, хотя, наверное, Адам был бы в ярости, если бы узнал о моих откровениях. Но… Моя женская интуиция подсказывает мне, что я обязана Вам сказать, — сделала паузу, задумалась, — Все началось с занятия Адамом Таифского престола. Вернее, это он так думает. Всё время винит себя. Вы, возможно, слышали, его поддержал местный народ. Они самолично свергли предыдущего правителя, отличавшегося крайней формой жестокости и деспотизма. Адам проявил милосердие. Позволил ему уехать из страны, получить политическое убежище, только… — снова пауза, снова подбирает слова, — только Мунир воспринял этот шаг для себя не как возможность прожить спокойную жизнь со своей семьей, а как возможность для мести. Именно мести, не реванша. Потому что реванш дает возможность человеку оправдаться, месть — нет. У Адама были непростые отношения с еще одним нашим братом. Он жил в Европе, редко навещал родных. Короче, там тоже всё было сложно. Так вот, люди Мунира похитили Абеда и обезглавили его. На глазах у Адама обезглавили. Мунир лично совершил это злодеяние. Он позвонил Адаму по конференц-связи и провел экзекуцию…

Иштар задумалась. Всхлипнула носом.

— Это проклятое видео потом еще долго гуляло по интернету. Белькасем заплатил миллионы, чтобы его удалось-таки изъять. Спросите, почему Белькасем? Потому что все мы, Макдиси, не могли собрать себя по осколкам. Сердце мамы не выдержало удара. Она умерла от сердечного приступа в течение недели после гибели брата. А Адам… У Адама случился нервный срыв. Он замкнулся в себе, закрылся. Хотел наложить на себя руки. Он провел в лечебнице не менее трех месяцев. За это время Мунир снова занял престол, устроив расправы над всеми теми, кто помог Адаму. Отец бы мог вмешаться, но он сам был слишком раздавлен