Соблазн для возлюбленной - Джоанна Линдсей

Близнецы ждали Ванессу в ее спальне. Ванесса подумала, что у сестер было ангельское терпение. Она на их месте непременно подслушала бы разговор с матерью, но девочкам, вероятно, такое даже не пришло в голову. Кэтлин вышколила их.

Как только старшая сестра вошла в спальню, близнецы засыпали ее вопросами:

– Так ты уже обручена?

– А ты знала об этом?

– И не сказала нам ничего?

– Как ты могла согласиться на подобный шаг?

Ванесса чуть не рассмеялась, переводя взгляд с одной сестры на другую. Она сразу вспомнила детство. Закрыв дверь, Ванесса повернулась к близнецам, на ее губах играла усмешка.

– Это было… довольно неожиданно для меня, – ответила она.

– Тогда почему ты согласилась? – спросила Эмили.

– А ты бы стала возражать?

– Да, мама обещала, что мы сами выберем себе женихов.

– Но мне она ничего не обещала, – заметила Ванесса. – В любом случае, почему я должна отказываться от жениха, даже не увидев его? Я хочу встретиться с лордом Ратбеном. Хотя признаюсь, я бы разозлилась на себя, если бы он мне понравился.

– Значит, ты откажешься от брака, если жених не придется тебе по нраву? – поинтересовалась Лейла.

Ванесса пожала плечами. Конечно, она не станет этого делать, но чем меньше сестры знают о ее намерениях, тем лучше. Потому что в одном вопросе она была согласна с матерью – самый волнующий год в жизни близнецов не должен быть омрачен скандалом. Сестры даже не подозревали о том, какие неприятные истины могут открыться, если Ванесса примет неправильное решение. Поэтому она не могла открыть им истинную причину брака с Ратбеном.

Эмили была смущена уступчивостью старшей сестры и продолжала расспросы:

– Почему вообще тебя сосватали с этим Ратбеном? У всякого события есть свои причины.

Причиной было упрямство юноши, не желавшего продолжать свой род, но Ванесса не собиралась сообщать об этом близнецам. Она решила назвать другую, более нейтральную причину, вспомнив рассказы отца о Ратбенах.

– Старший Ратбен – граф, – сказала она. – Но у них в роду были и гораздо более высокие титулы, включая герцогов. Ратбены – старинный, очень уважаемый род, поэтому мама не могла отказаться от предложения породниться с ними.

– Но что им нужно от нас, если у них в роду уже есть высокие титулы? – не унималась Эмили. – Деньги?

На этот вопрос ответила Лейла:

– Не будь дурочкой, Эми. Ты забыла о титуле дедушки, который еще не перешел по наследству? Первенец Нессы станет маркизом Доутоном, это более чем веская причина для того, чтобы граф, каким бы богатым и влиятельным он ни был, захотел женить на ней одного из сыновей. – Лейла вдруг ахнула и широко раскрытыми глазами уставилась на Ванессу: – Но ты же, надеюсь, обручена с сыном графа, а не с самим стариком?

– Конечно, с сыном, – ответила Ванесса со смешком, а затем решила сменить тему. – Давайте покатаемся верхом! Я найду вам лошадей и научу держаться в седле.

– У нас есть свои лошади, – заявила Эмили.

Ванесса была поражена этой новостью. Неужели Кэтлин пересмотрела свои взгляды? Это было неслыханно!

– Неужели мама разрешила вам заниматься верховой ездой?

– Она просто ждала, пока мы подрастем, – ответила Лейла.

– Мама боялась, что мы не справимся с лошадьми, ведь они могут выйти из-под контроля или испугаться. Но когда нам исполнилось пятнадцать лет, она разрешила брать уроки верховой езды.

– Почему, черт возьми, она не рассказывала нам в детстве о своих страхах? Почему мама категорически запрещала нам садиться в седло, никак не мотивируя свою позицию? – возмутилась Ванесса.

– Мама никогда ничего не объясняет, ты же знаешь, Несса, – грустно промолвила Лейла. – Она твердо верит, что имеет право запрещать нам то, что считает нужным запретить, без всяких объяснений.

Ванесса вспомнила, с какой горечью она думала, что не сможет здесь, в Доутоне, ездить верхом, и сокрушенно покачала головой.

– Да, я это знаю, – произнесла она.