Обман чувств - Кэрол Мортимер

— Ну, ну, дальше… — поторопил ее Рис. — Расскажи-ка про Челфорд, — он окинул ее презрительным взглядом.

— Господи Боже, да ведь Диане исполнился двадцать один год всего несколько месяцев назад, — взорвалась Дженнет. — В последнее время мне приходилось решать множество проблем, и я совсем забыла дату совершеннолетия Дивинии!

— Твой непутевый муж и все, что с ним связано, меня абсолютно не интересуют, — Рис махнул рукой. — Но вот Диана — другое дело!

— Дивиния, Диана — какая разница, как ее звать! — раздраженно пробормотала Дженнет.

— Действительно, — не сводя с нее глаз, кивнул головой Рис. — Главное, что ты отобрала у нее то, что по праву принадлежало ей одной.

Диане стало плохо. Так, значит, только благодаря Рису она закончила частную школу, а вовсе не на те крохи, что остались от папиного состояния. Но почему Рис сделал это, неужели он и в самом деле чувствовал себя виновником самоубийства ее отца?..

— Мне нужны были деньги! — Дженнет была слишком раздражена, чтобы обратить внимание на то, какую ярость вызвали ее слова у Риса. — А на что, скажите на милость, я должна была жить? — продолжала оправдываться она.

— Ты и жила на эти деньги, пока не подцепила богатого мужа, что позволило тебе продолжать вести твой привычный сумасбродный образ жизни. Ты обокрала ребенка, Дженнет. — Рис сокрушенно покачал головой. — Ребенка, который и без того уже так настрадался, что и по сей день эти раны не зарубцевались.

Дженнет расхохоталась.

— Ну, несчастный ребенок тоже не остался в долгу, эта девица быстро раскусила, что Марко привлекла ее стройная юная фигурка!

— Неправда! — задыхаясь, крикнула Диана, она не могла не вмешаться в разговор, который с каждой минутой казался ей все более похожим на кошмарный сон. — Мне было всего шестнадцать лет, Рис. — Она подняла на него умоляющие глаза. — Я и не предполагала, что он попытается меня изнасиловать! — Она с трудом проглотила ком в горле, увидев, что Рис устало вздохнул. — Я сразу же рассказала об этом Дженнет, но она не поверила мне. — Диана с негодованием посмотрела на мачеху, которая только что утверждала совсем обратное.

— Конечно, я поверила тебе, — призналась Дженнет. — Я сама видела, что Марко положил на тебя глаз, когда понял, что ты стала взрослой; он так на тебя смотрел, что я сразу смекнула, что ему от тебя нужно!

— Но как же ты…

— Если бы я тогда призналась, что заметила его интерес к тебе, моя семейная жизнь тут же кончилась бы! — Дженнет невесело усмехнулась. — У меня не было другого выбора: пришлось сделать вид, будто ничего не произошло, да и ты сама помогла мне замять это дело, когда заперлась до конца каникул в своей комнате, а потом благоразумно решила больше к нам не приезжать. Однако Марко не забыл тебя, — горько призналась она. — Когда ты стала знаменитой и в газетах, к моему великому огорчению, начали регулярно появляться твои фотографии, я заметила, что Марко тайком подолгу разглядывает их, а потом он стал рассказывать всем, что у него есть прелестная падчерица!

Диана содрогнулась, очень хорошо представив себе похотливый взгляд Марко. Ей захотелось немедленно уничтожить все свои фотографии и впредь никогда больше не фотографироваться.

— Я ни разу в жизни не ударил женщину, Дженнет, — медленно подбирая слова, заговорил Рис. Он был бледен, на виске пульсировала жилка. — И, разумеется, не стану пачкать об тебя руки, — с брезгливой гримасой бросил он, заметив, как внезапная тревога мелькнула в ее глазах. — А потому мне бы хотелось, чтобы ты поскорее рассказала Диане про Челфорд и убралась отсюда… Пока я не отбросил все свои принципы и не врезал тебе!

— Прежде всего, позволь напомнить тебе, что я появилась здесь не по своей воле, — вспыхнула Дженнет, и Диана отметила, что она отступила подальше от Риса.

— Ну, поначалу ты явилась сюда, чтобы шантажировать Диану, — напомнил ей Рис.

— Я бы не стала вмешиваться, если бы не почувствовала, что здесь происходит нечто странное, — усмехнулась Дженнет. — Мне показалось, что ты просто не знаешь, кто такая на самом деле Диана Ламб, иначе ты хоть раз вспомнил бы об этом. И я подумала: раз она скрыла от тебя свое настоящее имя, значит, у нее были на то веские причины… — Дженнет ухмыльнулась. — И тут я вдруг поняла, что задумала наша юная Мисс Справедливость.

— И как первоклассная интриганка, решила…

— Ах, еще и интриганка? — возмутилась Дженнет. — Прекрати, Рис, ты хочешь оправдать ее…

— И все-таки давай двинемся дальше, — настаивал на своем Рис, — поговорим о Челфорде.

Дженнет, пожав плечами, повернулась к Диане.

— По закону Челфорд принадлежит тебе, — устало сказала она. — Я управляла им на правах опекуна по договору, составленному по всем правилам. Однако мне разрешалось жить там лишь в том случае, если ты будешь со мной…

— Дженнет! — теряя терпение, оборвал ее Рис.

— А я не хотела там жить, слишком много тяжелых воспоминаний… Ну хорошо, — примирительно сказала она, видя, что Рис вот-вот взорвется. — Этот дом принадлежит тебе, Диана; по закону он стал твоим в день твоего совершеннолетия.

Подумать только, сколько новостей за один день, и одна поразительней другой. Однако Диану ничуть не обрадовало последнее сообщение. Ей не нужен Челфорд. Он как бы живое напоминание о вине Риса. А она больше не хочет даже слышать об этом. Может быть, со временем, когда они до конца разберутся во всем, она сможет убедить себя, что ее представление о прошлом было ужасной ошибкой и Рис, скорее всего, ни в чем не виноват… Она любит его и готова поверить в это. Однако то, что обрушилось на нее сейчас, никак не укладывается в эту схему. И все же, несмотря ни на что, она любит Риса…

— Но почему, почему? — наконец вымолвила она.

— Неужели тебе все еще непонятно? — удивилась Дженнет. — Бедный Говард застрелился из-за того…

— Довольно, Дженнет — прервал ее Рис. — Дальше я справлюсь сам.

— Ты уверен? — Дженнет усмехнулась, бросив многозначительный взгляд на помертвевшую Диану.

— Все зависит от степени доверия, Дженнет, — хотя ты не имеешь ни малейшего понятия о таких вещах! — отрезал Рис.

Необходимо все выяснить до конца, если они с Дианой намерены вместе строить свою жизнь. Рис понимал, что Диане очень нелегко будет принять решение — об этом говорили и ее тревожные глаза, и бледное лицо, и вымученная улыбка. Он заметил, как у Дианы дрожат руки. Понимая, какой жестокий удар он нанесет ей, Рис не мог поступить иначе, ибо тянуть дальше уже нельзя.

Рис посмотрел на Дженнет, и его поразил контраст между двумя женщинами: на лице Дженнет застыла высокомерная улыбка; даже явно проигрывая, она старалась побольнее ранить Диану.

— Нам не дано понять, что нашел в тебе Говард, если, узнав, что может потерять тебя, решился на самоубийство… — нарочито спокойно начал Рис, хотя внутри у него все клокотало от возмущения. Он Глубоко засунул руки в карманы. Кажется, ему и в самом деле хотелось, отбросив все условности, хорошенько врезать этой особе.