Риск - Эль Кеннеди

Поцелуй с Джейком не приведет ни к чему хорошему. Но я слишком слаба, чтобы противиться. Эд Малдер весь вечер испытывал на меня прочность и еще раз доказал, что каждая встреча с ним лишь пустая трата времени. Из-за него теперь мои нервы на пределе, а в животе плещется коньяк.

К тому же Джейк очень привлекательный. Его лицо, словно высеченное из камня, может остановить поток машин. Его широкие плечи и атлетически сложенное тело могут вызвать автокатастрофу с участием десяти машин. Так что если вы за рулем и вдруг заметили Джейка Коннелли, вы в смертельной опасности.

Я смотрю на его губы. Они не пухлые, но нижняя губа полнее верхней. Не буду врать, когда эти губы прикоснулись к моим на том концерте, мне захотелось большего. Я хотела настоящего поцелуя. И по-прежнему хочу. Хочу ощутить его на вкус, услышать звуки, которые он будет издавать, когда мой язык проскользнет в его рот.

От предвкушения у меня учащается пульс.

– Один поцелуй, – сдаюсь я.

– Одного тебе покажется мало.

Этот его дерзкий взгляд неимоверно возбуждает меня. Мне нравятся такие парни. Прямолинейные, решительные и уверенные в себе. Альфа, но не из тех альфа-самцов, которые только и делают, что стремятся во всем контролировать тебя.

В самоуверенности Джейка нет высокомерия, а лишь четкое осознание того, кто он есть и чего хочет. Наверное, поэтому я с такой легкостью простила ему его поведение за ужином. В некоторой степени (хотя ладно, больше, чем просто «в некоторой») мне нравятся дерзкие и самонадеянные парни, и я ценю мужчин, которые умеют добиваться желаемого. Этим и отличаются Джейк и, например, Майк Холлис. Холлис тоже уверен в себе, но он никогда не станет пересаживаться ко мне и говорить, что хочет поцеловать меня. Холлис будет ждать, пока я сама поцелую его.

И почему я сейчас думаю о Холлисе?

Я провожу пальцами по бедру Джейка и поднимаю руку к его груди. У него такие рельефные мышцы, что я чувствую их дразнящие изгибы даже через рубашку. Стоит мне погладить его, и в его глазах вспыхивает пламя. А когда мои пальцы останавливаются на его ключице, он тяжело сглатывает, и его кадык дергается.

Я слабо улыбаюсь.

– Все нормально?

– Все хорошо. Со мной все хорошо. – Джейк откашливается.

Моя рука достигает своего пункта назначения – его невероятно красивого лица. Я провожу подушечкой большого пальца по его нижней губе. Пламя в его глазах вспыхивает еще ярче. В считанные секунды его рука запутывается в моих волосах, и вот уже его ладонь лежит на моем затылке.

Джейк притягивает мою голову к себе и прижимается своими губами к моим, и это тот поцелуй, которого так долго не было в моей жизни. Тот, который начинается как медленный ожог, как мягкая встреча губ и легкое, как перышко, движение языка. Как затишье перед бурей. Джейк разжигает пламя дразнящими поцелуями, издав стон, проникает глубже, и огонь поглощает нас. Его рот горячий и голодный, но нет противного ощущения, что мне хотят облизать лицо или проглотить меня целиком. Он контролирует каждое движение, это в меру настойчивый, в меру жадный поцелуй, полный страсти. Идеальный.

Я издаю стон. Не могу ничего с собой поделать. Джейк усмехается мне в губы и отстраняется.

– Ты хорошо целуешься, – хрипло говорит он.

– Ты тоже неплох.

И мы снова набрасываемся друг на друга, ненасытно целуясь, и я даже бровью не веду, когда слышу через музыку пронзительный свист. Пусть смотрят, сколько им влезет. Принесите им попкорн.

Та девчонка в туалете, что так расхваливала язык Джейка, была права на все сто. Это что-то умопомрачительное. Я ощущаю себя будто в раю. Его большая теплая ладонь сжимает мое бедро. Мне хочется забраться к нему на колени и заставить забыть его, как дышать, но мы в баре, и мы полностью одеты. И только то, что мы находимся в общественном месте, удерживает меня от очень большой глупости.

Я, тяжело дыша, отрываюсь от Джейка. Его удивительные глаза смотрят на меня. Такие зеленые, как джунгли после ливня. Теперь я понимаю, почему женщины сходят по нему с ума.

Я делаю жадный глоток коньяка и вздрагиваю, когда Джейк забирает у меня стакан. Мозолистые пальцы задевают мои костяшки, и по мне пробегают мурашки.

– Это мой! – негодую я, когда он допивает мой коньяк.

– Мы закажем еще.

– Не самая хорошая идея. – Звук моего голоса похож на хруст гравия, и мне приходится откашляться. Дважды. – Мне пора.

Джейк кивает.

– Ладно. Я заплачу.

Я показываю на два пустых стакана.

– Кстати, это будет считаться свиданием.

Он смеется низким, сексуальным смехом.

– И не мечтай. Это не свидание. Я по-прежнему изображаю твоего парня.

– Да неужели? Значит, и наши поцелуи тоже были ненастоящими?

– Нет, это никакое не свидание. – Джейк непреклонен. – Но нам пора бы уже определиться с датой. Когда ты свободна?

– Никогда.

– Как насчет завтра?

Два вечера подряд? Он спятил? Я никогда ни с кем так не встречалась!

– Вау! Не терпится увидеть меня снова?

– Да, – признается Джейк, и мое сердце предательски замирает. – Ну так что? Завтра?

Я сдаюсь так же быстро, как рушится карточный домик.

– Хорошо. Но я не потащусь снова в Бостон. За эту неделю я провела здесь столько времени, что на всю жизнь хватит.

– Я выберу что-нибудь поближе к Гастингсу, – уверяет меня Джейк. – У меня будет машина Брукса, за тобой заехать?

– Нет, ни в коем случае! – Ни за что на свете я не позволю Джейку появиться на пороге дома моего отца, чтобы забрать меня на свидание. – Если только, конечно, ты не хочешь умереть.

Он усмехается.

– Я надеялся, что ты откажешься, но так как я джентльмен, то все равно должен был спросить. Тогда заплачу за такси.

– Я не нуждаюсь в твоей благотворительности, – насмешливо заявляю я.

– Тебе просто нравится все усложнять, правда?

– Угу. – Я роюсь в сумочке, ища кошелек.

– Хочешь, еще поцелуемся на дорожку? – В голосе Джейка столько надежды! Как у маленького мальчика, который хочет получить подарок.

– Нет уж.