Соблазнение по графику - Сьюзен Мейер

Стук в дверь заставил Джейка поднять взгляд от документов, лежащих перед ним на столе из красного дерева. Так как секретарь пускал в кабинет в основном только членов семьи Маккаллан, Джейк автоматически произнес: «Заходи!»

Дверь открылась, и в нее заглянул его брат Сет – такой же высокий, как и Джейк, и тоже темноволосый, вот только он унаследовал не голубые глаза их матери, а отцовские, темно-карие.

Они казались почти черными, особенно когда Сет сердился.

– Не буду спрашивать, занят ли ты. Знаю, что так и есть. Но ты позволишь отвлечь тебя на пять минут?

Джейк откинулся на спинку кожаного офисного кресла.

– Конечно. Что случилось?

Сет уселся в кресло напротив.

– Просто хотел узнать: ты в самом деле решил предложить маме работу? Забавно было бы посмотреть на нее, вкалывающую в офисе. Но в правлении «Маккаллан инкорпорейтед» есть двенадцать человек, не желающих, чтобы мы давали работу и платили зарплату своим родственникам.

– С каких пор тебя заботит то, что думают члены правления?

Сет поморщился.

– С тех пор как они начали названивать мне, потому что не хотят обижать тебя, подвергая сомнению твое решение.

– Точно так же, как когда-то звонили мне, чтобы жаловаться на нашего отца…

Джейк не договорил, давая возможность Сету упомянуть, рассказали ли ему члены правления о том, насколько рискованно вел дела Том Маккаллан – почти на грани закона. За последние десять лет Джейк исправил большую часть того вреда, что отец причинил репутации семейной фирмы. Джейк либо спорил с ним, убеждая работать честно, либо втихомолку вносил поправки в слишком рискованные контракты, заключенные главой семьи. Джейку не хотелось, чтобы его брат, сестра и особенно мать узнали, каким вором и мошенником был Том Маккаллан – не для того, чтобы сохранить деловую репутацию отца, а чтобы просто окончательно забыть о нем.

Слишком тяжело было вспоминать те времена, когда отец публично унижал его, постоянно обижал, каким жестоким был с ним и Сетом, пока брат не ушел из дома. Хотелось раз и навсегда вычеркнуть отца из своей жизни…

Сет промолчал в ответ на фразу брата о жалобах на Тома Маккаллана. Судя по всему, никто из членов правления не рассказал ему правды, считая, что лучше забыть о прошлом и двигаться вперед.

– Питу Уотерсу тоже не нравится то, что я решил нанять маму на работу в «Маккаллан инкорпорейтед». Он считает, что у нее нет необходимых навыков и она будет только путаться под ногами. Я побеседовал с ней этим утром, сказал, что, возможно, подыщу для нее работу, но такую, на которой действительно придется трудиться.

Сет поморщился.

– И как мама это восприняла?

– Наверное, она считала, что стать президентом правления вместо умершего мужа – это ее долг. – Джейк покачал головой. – Надеюсь, поездка в Париж поможет понять маме, что она и так приносит достаточно пользы, занимаясь благотворительностью.

– Тогда бы члены правления и Пит были бы совершенно счастливы.

Джейк вздохнул и подался вперед.

– Кстати, насчет Пита… Я как раз хотел сказать тебе кое-что еще… Одно время я встречался с сотрудницей из его офиса…

Сет ухмыльнулся:

– С этой горячей рыжей красоткой?

Джейк поморщился. В этом весь его брат: судит о женщине только по внешности. Но надо отдать ему должное – он попал в точку с описанием Эйвери. Она и в самом деле горячая. Вчера, когда Джейк был у нее дома, она заставила его поволноваться.

– Да, с ней. Она беременна.

Сет разинул рот.

– Боже правый! И ребенок твой?

– Утверждает, что да.

– Без ДНК-теста на отцовство?

Джейку не хотелось признаваться брату, что вчера от одного взгляда на живот Эйвери он смутился, обуреваемый эмоциями, и ему было не до вопросов о тестах и о причинах, по которым она скрыла от него свою беременность.

– В День святого Валентина мы случайно встретились в кафе – тогда и завязался наш роман. Эйвери работала по восемьдесят часов в неделю, и нам приходилось встречаться после девяти вечера. Так что вряд ли у нее в те дни нашлось бы время на еще одного любовника, кроме меня. К тому же, думаю, она бы не солгала о таком.

Джейк действительно верил словам Эйвери о его отцовстве, потому что она отказывалась разделить с ним воспитание этого ребенка. Если бы отцом был другой мужчина, она, без сомнения, с удовольствием сообщила бы об этом Джейку.

– Что будешь делать?

– Ну, во-первых, нам с Эйвери нужно заключить более-менее приличное соглашение об опеке над ребенком и разделении родительских обязанностей.

– Во сколько тебе это обойдется?

– Она не хочет денег.

Сет рассмеялся.

– Что, правда?

– Эйвери – адвокат и сама может неплохо зарабатывать. Плюс она удачно вложила деньги в недвижимость. Теперь Эйвери планирует вернуться в Пенсильванию, где стоимость жизни гораздо дешевле, чем здесь. – Джейк пожал плечами. – Эту женщину не купить. Ей не нужны наши деньги.

– Маму точно хватит удар от такой новости.

– Мне не до шуток. Особенно учитывая то, что Эйвери уже на шестом месяце.

Джейк вспомнил ее уже округлившийся живот и вдруг представил себе маленького мальчика, своего сына и наследника, которого он будет учить всему: начиная с того, как подавать в футболе крученый мяч, и заканчивая тем, как добиться своей цели на деловых переговорах. Прежде Джейк не задумывался о детях. Но ему и в самом деле нужен наследник, а еще действительно захотелось стать отцом – куда лучшим родителем, чем был для него и Сета их собственный отец. Джейк твердо решил принимать участие в жизни своего ребенка – во что бы то ни стало.