Снова ты: Уйти, чтобы вернуться - Кароль Канн

— Но…

— Хватит. В своем деле Бред лучший. Предоставим все ему. О’кей?

Кейт нахмурилась.

— Еще одна деталь. Я тоже поеду в Бостон.

— Что? — Изумлению Джека не было предела.

Бред решительно покачал головой:

— Нет.

— Я могу тебе помочь. — Кейт перешла к уговорам, он слышал нотку отчаяния в ее голосе. — Ты же сам сказал, что галерей десятки.

— Я работаю один. — Это была правда. — Если понадобится, я возьму с собой кого-нибудь из агентства, не тебя.

Еще не хватало лететь в Бостон с Кейт!

— Я боюсь, только твоего решения недостаточно.

— Послушай-ка, ты, принцесса, я сам решаю, как мне действовать. Если хочешь командовать, ищи себе кого-нибудь другого. Я ухожу. Поняла?

Она беспомощно посмотрела на брата:

— Джек…

— Бред прав, — это его дело. Тебе бы ведь тоже не понравилось, если б кто-то стал диктовать, как тебе обращаться с пациентом, а?

— Нет, конечно, — покорно согласилась она.

— Ну вот видишь, — довольно констатировал Джек и перевел взгляд на Бреда: — Желаю удачи! Мы остаемся на связи, да?

Бред кивнул, и Джек ушел.

— Ты мне не веришь, верно? — спросил Бред, когда они остались одни.

— А ты меня ненавидишь. И это видно невооруженным глазом.

— Ты переоцениваешь себя, Кейт. Я просто не допускаю, чтобы мне мешали работать.

— Тогда я полечу в Бостон одна.

— Зачем?

— Поговорить с галерейщиками.

— Ну что ж, продолжай, рассказывай на всех углах, что ты — Стоквелл. И если твоя мать не хочет, чтобы ее нашли, она исчезнет бесследно. Вы больше не услышите о ней никогда.

Кейт побледнела и покачнулась.

Чертыхнувшись, Бред подставил ей стул и усадил.

— Только этого еще не хватало, — пробурчал он, — чтобы ты упала в обморок.

Она в ярости вцепилась в его руку.

— Я никогда не падаю в обморок! И я полечу в Бостон, потому что мои братья уже столько сделали, чтобы найти нашу мать, только я не принимала никакого участия!

— И в чем оно, по-твоему, должно проявиться? — осторожно поинтересовался Бред.

— Корд обнаружил, что отец со дня «смерти» нашей мамы регулярно куда-то переводит деньги. И нашел письмо, где говорилось, что семью матери Стоквеллы обманом лишили земли, — стала она перечислять заслуги братьев. — Рейф изучил архив в канцелярии Карлайла, и выяснилось, что у наших родителей уже после «гибели» Мэделин был бракоразводный процесс, который длился несколько месяцев. Благодаря Рейфу и Кэролайн (тогда она еще носила имя Карлайл) мы знаем, что Мэделин долгое время прожила во Франции и взяла себе имя Леклер…

— И сейчас ты хочешь внести свой вклад тем, что будешь таскаться со мной по Бостону, — констатировал Бред.

Она кивнула.

— Кейт, ты и я — это не очень хорошая идея.

— Потому что мы когда-то были обручены?

«Потому что ты сводишь меня с ума», — подумал он.

— Я привык работать один, — сказал он вслух.

— Я не стала бы тебе мешать.

«Нет, ты бы только постоянно отвлекала меня».

Между ними, может быть, и было все кончено, но он был мужчиной. А она — красивой женщиной. Такое сочетание всегда чревато.

— Нет.

Она издала легкий звук протеста. Глаза ее были устремлены на портрет. Он вгляделся в ее лицо.

Замешательство, боль, тоска так ясно читались на нем!..

С тех пор как Бред занялся «делом Мэделин», он неоднократно встречал Кейт, и всякий раз она была воплощением холода и сдержанности. А сейчас в течение дня столько перемен: и слезы, и смятение, и нерешительность…

— Ну хорошо, — согласился он, — мы отправляемся завтра рано утром. Мэри, моя секретарша, позвонит и скажет время рейса.

Ее глаза снова заблестели. Кейт посмотрела на него так, будто он только что спас котенка от гремучей змеи.

— Спасибо!

— Не опаздывай. И не тащи с собой сто чемоданов, принцесса. Мы летим в Бостон, чтобы работать, а вовсе не на показ мод.

В ее глазах сверкнули знакомые молнии, но Бред уже был в дверях. С ее гневом он мог справиться. Со слезами же — нет.