Снежинки на твоих губах - Барбара Уоллес

Послышался громкий треск.

– Ага. Один-два дня? – спросил Дарий. – Ты уверен?

Оказалось, что Арианна уронила салат на… помощника мэра.

Макс провел рукой по лицу:

– Отправь ему две бутылки «Аматуччи» и скажи, что он ужинает за счет заведения. – Макс наблюдал, как помощник мэра шлепает Арианну по руке, а потом снимает веточку рукколы с лацкана своего серого фланелевого костюма. Остается надеяться, что вина будет достаточно, чтобы его успокоить.

– А твоя новая бедняжка? Что делать с ней?

– Отправь ее куда-нибудь, где она больше никому не навредит, – сказал Макс.

– Значит, ты ее не прогонишь?

Макс увольнял сотрудников за меньшие ляпы. Только на этот раз он не мог забыть озабоченное выражение лица Арианны и то, что она живет в ужасном отеле. Кроме того, она красива и явно от кого-то скрывается. Макс не может бросить ее на произвол судьбы.

– Завтра попробуем ее в качестве распорядительницы.

– Ты босс. – Судя по взгляду, Дарий был с ним не согласен. – Я просто надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

Макс тоже понадеялся, что на этот раз не ошибется.

– Арианна, могу я с вами поговорить?

Взбудораженный, гнусавый голос метрдотеля каким-то сверхъестественным образом прорезал пространство ресторана, словно звук трубы на самой высокой ноте. Услышав его, Арианна вздрагивала: этот голос вызывал у нее тошноту. Что она сделала не так на этот раз?

Хавьер стоял у деревянной стойки, нетерпеливо постукивая по ней шариковой ручкой. Его жесткая поза напомнила ей об учителе музыки, которого отец нанял для нее, когда ей было двенадцать лет. У того виртуоза были замашки тюремщика. Кстати, она не удивилась бы, узнав, что Хавьер подрабатывает надзирателем в тюрьме.

Пригладив униформу, Арианна извинилась перед клиентами и направилась к Хавьеру. Он сразу же наклонил голову с намазанными гелем волосами, приглашая Арианну уйти подальше от толпы.

– Я думал, что попросил вас усадить последнюю партию клиентов в четвертую кабину, – сказал он, как только они оказались подальше от толпы.

– Я так и сделала. – По крайней мере, она так думала.

– Нет, вы усадили их в третью кабину.

Третья кабина или четвертая… Какая разница? Четырем клиентам требовался столик и четыре стула, и она провела их к этому столику.

Судя по театральному вздоху метрдотеля, номер кабины имел первостепенное значение.

– Разве я не говорил вам, что размещение клиентов в ресторане похоже на математическое уравнение? Если вы ошибетесь в одной части зала, то рухнет вся схема. Теперь мне придется переделывать схему рассадки клиентов. Снова.

Арианна вздернула подбородок. Возможно, у нее все получилось бы, если бы ей дали более пяти минут на изучение плана зала перед открытием ресторана. Обычно она легко запоминала информацию, но в последнее время ее мозг был постоянно затуманен. Почти все свои силы она теперь тратила на то, чтобы как можно реже бегать в дамскую комнату.

Хавьер продолжал читать нотацию:

– Почему вы сказали той паре, что они не смогут сидеть в одной из задних кабин?

– Они случайные клиенты. Вы предупредили меня, что кабины забронированы.

– А еще я говорил вам, что обслуживание клиентов – наш приоритет. Вы первый человек, которого клиенты видят, входя в «Фокс-клуб». В каком-то смысле вы посол мистера Брауна и обязаны учитывать все пожелания клиентов.

– Но ведь вы сказали, что я не должна нарушать план рассадки клиентов.

Хавьер бросил на Арианну свирепый взгляд:

– С этого момента сообщайте мне, если у клиентов возникнут особые пожелания. Я не позволю вам решать по своему усмотрению. – Он потянулся к журналу бронирования столиков, бормоча что-то себе под нос.

Арианна расслышала слова «пустоголовая» и «неумеха». Этого было достаточно, чтобы она пришла в ярость. Выпрямившись, она свысока посмотрела на метрдотеля:

– Слушай, ты…

– Простите? – К ним подошла высокая пожилая женщина в светло-зеленом платье. У нее в руках были кожаная сумочка и большая коричневая ваза. – Хавьер? – визгливо произнесла она, ее голос был под стать голосу метрдотеля. В любое другое время Арианна сочла бы сходство забавным. – Сейчас пять минут восьмого. Мы с мистером Ридерманом бронировали столик на семь часов. Я сказала об этом этой молодой женщине, но она ответила, что мы должны подождать.

– Второй клиент еще не пришел, – сказала Арианна Хавьеру, полагая, что ему нужно оправдание.

Но все получилось наоборот: он привлек внимание клиентки.

– Примите мои извинения, миссис Ридерман. Она новенькая. Если бы я увидел, что вы пришли, я бы лично вас проводил. Могу ли я предложить вам и мистеру Ридерману коктейль за счет заведения?

Рука пожилой женщины с гигантским коктейльным кольцом на тонком пальце задрожала.

– Сегодня мистер Ридерман не пьет, – сказала она. – А я не откажусь от дополнительной порции мартини.

– Очень хорошо. – Арианна приказала себе не закатывать глаза. – Я провожу вас за столик.

Хавьер сердито посмотрел на нее, когда она вернулась.

– Вам очень повезло, что миссис Ридерман великодушный человек, – произнес он.

О нет, она не позволит какому-то ничтожеству ее отчитывать.

– Вы говорили, что усаживать за столик следует, только когда придут все клиенты, – заметила Арианна.

– Пришли все.

– Но мистера Ридермана не было… – Она вдруг вспомнила коричневую вазу. – Вы имеете в виду, что она ужинает с покойным мужем?

– Говорите тише, – почти прошипел он. – Миссис Ридерман наш старейший и лучший клиент. А еще она влиятельный член Нью-Йоркского художественного общества.

И она ужинает с прахом своего мужа.

– Мистер Браун знает об этом? – спросила Арианна.

– Конечно, он знает.

– О-о. – И его это не беспокоит? – Простите. Я постараюсь, чтобы это не повторилось. – В следующий раз, когда появится клиент с урной для праха, Арианна сразу же усадит его за столик.

– Этого, безусловно, не будет, – ответил Хавьер. – На сегодня хватит проблем.

Арианна напряглась, когда он коснулся ее локтя. Она до сих пор не привыкла к прикосновениям. В Коринтии к ней прикасались только члены ее семьи и ближайшие друзья.

И Маноло. Он позволял себе вольности. А она оказалась настолько глупа, что поверила, будто он говорит искренне.

– Вы меня увольняете?

Хавьер покачал головой:

– Такие вопросы решает только Макс. – Арианна была уверена, что услышала молчаливое «к сожалению». – Сейчас я просто хочу, чтобы вы не болтались под ногами.