Две сестры - Эйлин Гудж

Они как раз брели обратно к мотелю, когда Линдсей вдруг заметила черного лабрадора в кузове пыльного синего пикапа, припаркованного перед одним из номеров. Когда они подошли поближе, собака коротко тявкнула и завиляла хвостом. Какое-то шестое чувство заставило Линдсей отправиться на разведку. Влажный язык коснулся пальцев ее вытянутой руки, и, повинуясь, скорее, инстинкту, нежели разуму, она влезла на подножку и заглянула в кузов. Там, на грязном обрывке одеяла, преспокойно спала Керри-Энн.

Линдсей испытала такое облегчение, что на мгновение окружающий мир качнулся и поплыл у нее перед глазами.

Тут мисс Хони тоже заметила Керри-Энн и коротко вскрикнула. Мгновением позже она уже прижимала малышку к себе, а по щекам ее текли слезы, размывая тщательно наложенный макияж. Что до Керри-Энн, то она сонно моргала, явно не понимая, что происходит.

— Я играла с собачкой. Она такая хорошая, — сказала она, когда у нее спросили, что она здесь делает.

Теперь легко было представить себе, что же случилось на самом деле. Малышка не спала днем, так как мисс Хони водила ее к врачу на осмотр, поэтому девочка к концу дня очень устала и решила прилечь.

— Разве ты не слышала, как мы тебя звали? — сердито воскликнула Линдсей.

Керри-Энн покачала головой, и Линдсей поняла, что сестра не врет. То ли она родилась такой, то ли просто привыкла к тому, что Кристал может прийти и уйти в неурочный час, но спит она мертвым сном. Линдсей уже не раз случалось, проснувшись среди ночи, обнаружить, что сестра свалилась с дивана, при этом даже не проснувшись.

Она понимала, что должна отругать Керри-Энн за то, что та удрала из-за стола, но облегчение, которое она испытала, было слишком велико, и у нее попросту не осталось сил сердиться. Вместо этого они втроем вернулись к мисс Хони, где девочки расправились с макаронами с сыром, оставшимися после вчерашнего ужина, а также подчистили тарелку с колбасками, которые поджарила мисс Хони. Наевшись, Керри-Энн взобралась на колени к мисс Хони, сидевшей в своем глубоком плюшевом кресле темно-бордового цвета.

— Боб Баркер[6]! — провозгласила она своим чистым и звонким голосом.

Телепередача «Угадай стоимость»[7]была ее любимым шоу, и как раз сейчас начиналась ее трансляция. На середине Керри-Энн снова заснула, так и не узнав о переполохе, причиной которого она стала.

А наверху сном праведницы спала Кристал.

Несколько недель спустя Линдсей, заглянув после школы к мисс Хони, чтобы забрать Керри-Энн, застала у нее в гостях незнакомую женщину, сидящую на диване.

— Сладкая моя, это миссис Хармон, — представила ее мисс Хони, выглядевшая чрезвычайно расстроенной. — Она хочет поговорить с тобой.

Женщина, невысокая, с коротко подстриженными седыми волосами и тонкими губами, объяснила, что она из Инспекции по делам несовершеннолетних.

— Мне очень жаль, что приходится сообщать тебе плохие новости, но твою маму арестовали, — мягко сказала она Линдсей. — Не знаю, сколько времени она будет под арестом, но обвинения достаточно серьезные. — Позднее Линдсей узнает, что Кристал арестовали за то, что она попыталась продать кокаин полицейскому под прикрытием. — Но я не хочу, чтобы ты нервничала и беспокоилась. Моя работа в том и заключается, чтобы ты со своей сестрой оставалась под должным присмотром, пока… словом, некоторое время, а там видно будет. У нас есть на примете хорошие семьи, где вам обеим будут рады.

Линдсей отчаянно старалась понять, что ей говорит эта незнакомая женщина. Кристал в тюрьме? Приемные родители, новые семьи для нее и Керри-Энн? А зачем им новые семьи, когда у них уже есть своя? Голова у девочки шла кругом, но она расправила плечи и, глядя миссис Хармон прямо в глаза, с мужеством отчаяния заявила:

— У нас все в порядке, благодарю вас. Нам не нужна ничья помощь. — Она бросила взгляд на мисс Хони, которая одобрительно кивнула.

— Боюсь, что не все зависит от твоего или моего желания. Таков закон, — с сожалением произнесла миссис Хармон. — А теперь пойдем наверх и соберем твои вещи, хорошо? — Она встала, похоже не сомневаясь в том, что Линдсей с сестрой немедленно последуют за ней.

Но у мисс Хони было на этот счет свое мнение.

— Они никуда не пойдут. Я сама буду их воспитывать, — заявила она и покровительственным жестом положила руку Линдсей на плечо. — Они и так, считайте, живут у меня.

Миссис Хармон с сомнением взглянула на нее.

— Вы родственница?

Мисс Хони отрицательно покачала головой, не собираясь, впрочем, сдаваться.

— Это не имеет никакого значения. Если бы даже эти девочки были моей плотью и кровью, я не могла бы любить их сильнее. Им будет хорошо со мной, пока их мама не вернется домой. Разве я не права, сладкая моя? — обратилась она к Линдсей, с улыбкой глядя на нее.

— Мне очень жаль, но об этом не может быть и речи. На этот счет существуют строгие правила. У вас должно быть разрешение. — Миссис Хармон заговорила отрывистым и резким тоном. — Прошу вас, мисс… э-э… Лав, не усложняйте и так непростую ситуацию.

— Никто лучше меня не сможет позаботиться о бедных девочках, — упорствовала мисс Хони. — Так что если все дело в бланках и анкетах, покажите мне, где я должна расписаться.

— Все не так просто. Во-первых, где они будут спать? — и миссис Хармон выразительным взглядом окинула обшарпанный двухкомнатный номер, идентичный тому, в котором наверху жили Линдсей и Керри-Энн.

Мисс Хони, впрочем, привнесла сюда немного домашнего уюта, добавив плюшевое кресло и кружевные салфетки, лежащие повсюду, да еще стеклянный шкафчик, на полочках которого выстроилась коллекция ее ангелочков всевозможных форм и размеров, собранная ею за долгие годы. С одной из керамических фигурок с прозрачными позолоченными крыльями играла сейчас Керри-Энн, зажав ее в ладошке и сидя по-турецки на ковре. Она нашептывала какие-то секреты ангелу на ушко, не обращая ни малейшего внимания на происходящее.

— Я освобожу для них место, — упрямо заявила мисс Хони.

Но миссис Хармон стояла на своем.

— Даже если и так, то каким же образом вы сможете кормить и одевать их, когда — я позволю себе быть откровенной, мисс Лав, — вы едва ли в состоянии содержать себя саму?

На щеках у мисс Хони выступил румянец.

— Мы справимся. Чтобы любить ребенка, деньги не требуются.

Но в конце концов им пришлось смириться. Закон есть закон.

— Не-е-е-ет! — запричитала Керри-Энн, когда миссис Хармон крепко взяла ее за руку и потащила к выходу. Девочка вырвалась, подскочила к мисс Хони и вцепилась в нее обеими ручонками, крича: — Я хочу остаться с тобой!