Чего хочет принц? - Джули Беннет

– Слушаю.

– Судя по твоему жизнерадостному голосу, ты все еще ищешь няню и совсем не отдыхаешь? – подшутил над ним Стефан.

– Кажется, я уже нашел ее.

– Как всегда, никаких подробностей, – рассмеялся в ответ его брат. – А я подумал, что ты уже сдался и готов вернуться домой.

– Но я уехал всего несколько дней назад. И ты ведь знаешь, что я так просто не сдаюсь.

Вернуться домой – значит, вернуться к жизни титулованной особы. Колин никогда к этому не стремился и не хотел, чтобы его дочь жила в обстановке пафоса и надменности. Будучи графиней, она не избежит публичности. Он хорошо помнил, как, будучи подростком, его злило, что он не мог спокойно выйти из дома и поваляться на пляже. Его постоянно сопровождали телохранители, которые не давали улизнуть и провести время с друзьями. Хотя иногда ему все же удавалось избавиться от них.

Родители были потрясающими людьми, но им приходилось исполнять свои королевские обязанности, из-за чего Колин не видел их дома неделями. Потом в автокатастрофе погибла его мать, и отец с головой погрузился в работу, чтобы хоть как-то заполнить образовавшуюся в сердце пустоту.

Колин мечтал быть рядом со своей дочерью, создать прочную связь с ней, чтобы Айрис знала, как сильно он любит ее, и что для него она всегда будет на первом месте.

– Знаю, что ты никогда не хотел носить этот титул, – продолжил Стефан. – Но ты ведь понимаешь, что, где бы ты ни жил, ты все равно остаешься принцем. И если я умру, а ты откажешься от титула, наш кузен наследует трон. А он самый последний человек, которого заслуживает наш остров Галини.

Ну почему он не может жить просто и не волноваться о целом государстве, пусть и небольшом, но все же?

В такие моменты Колин особенно остро ощущал потерю жены. Он понимал, что их дочь нуждается в женской опеке и ему самому нужна помощь в принятии столь важных решений.

– Послушай, если что-нибудь случится, я не брошу ни тебя, ни страну. Я откажусь от титула только в том случае, если так будет лучше для Айрис. Пойми, мне необходимо побыть вдали от дома. Я хочу понять, что лучше для моей дочери и для меня самого. Я все, что у нее есть сейчас.

Стефан вздохнул:

– Если ты вернешься домой, ребенок будет окружен любовью и заботой многих людей.

– Стефан, я не хочу, чтобы эти самые люди смотрели на нас двоих с жалостью.

– А как же мы с Викторией? Мы уже соскучились по вас.

Стефан мог бы этого и не говорить, Колина и без того мучило чувство вины. Он тоже скучал по брату, но у каждого было свое расписание, своя жизнь. Еще несколько лет назад они были неразлучны, часто поднимались в горы или спускались по бурным рекам на каяке. А теперь Стефан правит их страной, и экстрим занимает в его жизни намного меньше места.

– Когда вы приедете в Америку с визитом? Разве Виктории не хочется повидать своих родных?

Жена его брата родилась в Лос-Анджелесе и была членом влиятельной голливудской семьи Дэйнов.

– Так и знал, что ты скажешь это, – засмеялся Стефан. – Вообще-то наш визит не будет длительным. Через два месяца с небольшим мы устраиваем во дворце ежегодный королевский бал и будем очень рады, если ты присоединишься к нам. Я не настаиваю, просто довожу до сведения.

Поднимаясь на ноги, Колин согнулся поперек, чтобы ослабить боль в спине. Зря он забросил предписанные врачом занятия спортом.

– Я даже и не думал об этом.

– Журналисты не будут допущены во дворец, – заверил его Стефан. – И я всегда могу провести тебя тайно через один из подземных ходов, как когда-то в юности.

Колин захохотал, вспоминая, как они прикрывали друг друга, чтобы улизнуть на свидание со своими подружками.

– Пожалуйста, подумай об этом. А также подумай, какой тяжелой будет жизнь для тебя без семьи и без кого-то, кто поможет тебе с Айрис.

Мысли Колина вернулись к женщине, переступившей порог его дома, такой уверенной в себе и такой фигуристой. Его дочери она помогала, несомненно. Но вот что она творила с ним – заставляло его усомниться в собственном здравомыслии.

– Не переживай, у меня все под контролем, – заверил брата Колин. – Пойду посмотрю, как там Айрис.

Колин закончил разговор и положил телефон в карман шорт, открыл дверь и вышел в коридор. Дом площадью около тысячи квадратных метров был огромным, не таким, конечно, как дворец, но достаточно большим, поэтому ему пришлось установить видеокамеры почти в каждой комнате, чтобы из своей спальни наблюдать за всем происходящим в доме. Также повсюду были установлены звуковые мониторы, чтобы он с любого места мог слышать Айрис. Сигнализацию установили и на дверях, и на окнах. Колин, несомненно, услышал бы, попытайся Дарси вывести малышку на улицу. Возможно, это паранойя, но он не собирался рисковать безопасностью своего ребенка.

Колин направился к ступенькам, и тут его спину пронзила дикая боль. Сразу же после того случая в горах врачи заявили, что, вероятно, он никогда не сможет ходить. Как только он услышал этот вердикт, его целью стало доказать, что они ошибались. Что ж, он встал на ноги, но в самые неподходящие моменты его почти валили с ног дикие спазмы в спине и пронизывающая боль в бедре. Еще одна причина, по которой он нуждался в помощи. Дома он пользовался услугами личного водителя, и здесь ему тоже без него не обойтись. Боль в спине могла скрутить его даже за рулем, а это могло стоить им с Айрис жизни. Сегодня же вечером он пойдет в тренажерный зал, который обустроили перед их приездом на первом этаже.

Как только боль утихла, Колин осторожно спустился вниз и направился в гостиную, откуда доносилось радостное повизгивание Айрис. Увидев, во что превратилась до этого безукоризненно убранная комната, он застыл как вкопанный. Перед тем как позвонил Стефан, Колин видел на мониторе, как играют Дарси и Айрис, но, черт возьми, там не было видно этой разрухи.

– Что за…

Дарси сидела на полу в окружении игрушек. Ее волосы были в полном беспорядке, спутанные, как во время занятий любовью. На кофейном столике кто-то рассыпал овсяные хлопья, часть которых достигла ковра на полу. Чашка-непроливайка тоже валялась на ковре, к счастью, крышка была закрыта плотно.

Дарси улыбалась, наблюдая за Айрис, которая играла волосами какой-то куклы. Колин взял с собой самые любимые игрушки дочери, но этой куклы среди них не было.

– Мы вас разбудили? – весело спросила Айрис. – Мы старались не шуметь.

– Вы меня не разбудили. – Колин осторожно вошел в гостиную и почти со страхом оглянулся, ожидая увидеть еще больший беспорядок. – Вы вот так обычно присматриваете за детьми? Позволяете им разваливать дом?

Дарси убрала назад спутанные пряди волос. Сняв с запястья резинку, собрала волосы в тугой хвост и поднялась с пола:

– Но мы ничего не развалили.

Колину не раз говорили, насколько устрашающе он мог смотреть на собеседника, но Дарси даже не моргнула и не отклонилась от его взгляда. Решительности ей не занимать. Еще одна интригующая черта американских женщин.