Прикосновение любви - Никки Логан

– Почему они вас не жалят?

– Мои пальцы – мои глаза, так что я не могу работать в перчатках. Но этот улей не агрессивен – они отреагируют только на непосредственную угрозу.

– И ваши руки не представляют для них угрозы?

– Полагаю, нет.

Пчел можно было понять – ее длинные пальцы словно ласкали их, каждое прикосновение напоминало поглаживание. Или это ему только так казалось?

– Слышите? – Лейни повторила звук, исходящий от пчел. – Это звук счастливой пчелы.

– А какие бывают еще?

– Звуки рассерженной пчелы. Звук беспокойства. Звук возбуждения. Они очень эмоциональны.

– Вы действительно любите их.

– Смею надеяться. Это смысл моей жизни.

Работа была целью жизни Элиота, но любил ли он ее? Говорил ли он с таким же жаром о своих достижениях, как Лейни? Или просто держался за свою работу, поскольку имел к ней способности?

Лейни выпустила в пчел прощальное облако дыма и вставила раму обратно. Элиот загляделся на ее длинные пальцы с чистыми ухоженными ногтями без лака. Лейни подняла следующую раму:

– Эта кажется тяжелой. Хороший урожай.

Рама была заполнена медовыми сотами с восковыми печатками, и Элиот обратил на это внимание.

– Чем ближе рама к центру, тем она полнее, – объяснила Лейни. – Пчелы сосредотачивают свои усилия вокруг рамки с расплодом, где находятся королева и весь ее молодняк.

Элиот внезапно понял, что заслушался подробным рассказом Лейни.

– Самые почитаемые члены сообщества в одном месте?

– Да. И если что-то случится с королевой или молодняком, они просто удвоят усилия, чтобы создать новую королеву. Пчелиные колонии быстро восстанавливаются.

Элиот сразу же уловил сходство с принципом работы «Ашмор Кулидж». Благодаря пристальному вниманию их ведущих специалистов компания быстро восстанавливалась после увольнения нерадивых сотрудников.

– Значит, пчелы работают до полусмерти, поддерживая королевскую семью?

– Поддерживая свою семью. – Она вернула раму обратно. – Разве это не то же самое, что делаем мы? Люди?

– Не все. Я работаю на себя.

Лейни повернулась к нему, и Элиота словно пригвоздили к месту – казалось, она может его видеть.

– Вы богаты?

Вопрос был задан не из любопытства, так что его это не оскорбило.

– Относительно.

– Деньги, которые вы добываете, достаются также вашим партнерам?

– Они тоже много работают.

– Но они и без вашей прибыли получают зарплату, верно? Вы работаете, поддерживая семьи других людей, мистер Гарвей. И в чем же отличие от деятельности пчел?

Он засмотрелся на оживленную колонию в улье, не находя слов для возражений на ее справедливые замечания.

– Все, что они делают, они делают на благо своей семьи, – мягко сказала Лейни. – Каждая пчела имеет работу, и до тех пор, пока они реализуют свой потенциал, улей процветает. – Она остановилась и повернулась к нему: – Они реализаторы – так же как и вы.

Элиот нахмурился. Безусловное лидерство «Ашмор Кулидж» среди конкурентов позволяло ему самоутвердиться, но он никогда не считал себя особенным.

– Я посылаю деньги матери…

Элиот пожалел об этих словах, едва они сорвались с губ. Что могло быть нелепее? Лейни Морган не интересовала его проблемная семья. Он и сам не слишком-то был заинтересован в ней.

Женщина, живущая как героиня сериала о зажиточных фермерах, никогда не поймет, что это значит – расти без денег, без перспектив, без поддержки. И чувствовать стыд за свое желание начать новую жизнь.

Но Лейни просияла широкой улыбкой:

– Хорошее начало. Значит, мы можем сделать из вас пчелу.

Элиот замолчал, наблюдая за работой Лейни, за ее быстрыми, методичными движениями. Удивительно, но ему это правда казалось интересным.

– Простите, – поинтересовалась она через некоторое время.

– За что?

– За эту неловкую паузу. Не хотела пренебрежительно отзываться о вашей работе.

«Соображай быстрее, Гарвей, тебе за это платят».

– Я редко обижаюсь. – Он решил переменить тему разговора. – Так почему же все-таки вас не интересуют перспективы дальнейшего развития вашей фирмы?

Пора избавиться от гипнотизирующего влияния этой девушки и вернуться в реальность.

Судя по вздоху, она тоже так считала.

– Нам это не нужно, мы и так хорошо справляемся.

– Да, вы хорошо справляетесь для семьи из четырех человек и небольшого штата служащих.

Пальцы Лейни, которые так ловко справлялись с уходом за пчелами, сейчас сжались в кулаки, повиснув вдоль тела.

– Морганы никогда бы не заинтересовали вас, если бы им не хватало амбиций, мистер Гарвей.

– Да, но вы развиваетесь только до того уровня, который нужен вам.

– Вы говорите так, будто это плохо. Это наш бизнес, и нам решать, хотим ли мы своего дальнейшего развития или нет.

– Но у вас есть гораздо больший потенциал.

– Почему мы должны сражаться за долю на рынке, в котором мы не заинтересованы и не нуждаемся?

Он внимательно посмотрел на Лейни. Она была для него такой же непонятной, как и ее пчелы.

– Хотя бы потому, что это принесет больший заработок.

– Я зарабатываю хороший сон каждую ночь. Я зарабатываю удовольствие, которое моя работа приносит мне и людям, с которыми я сотрудничаю. Я получаю всплеск эндорфинов, когда пчелы довольны.

– Вы действительно многого добились за последнее время. И это несмотря на…

Она подняла одну бровь.

Черт.

– Инвалидность? Все нормально, можете сказать это.

Другими словами, абсолютно ненормально.

– Несмотря на сложности из-за потери зрения, – осторожно поправился он. – Но вы могли бы добиться гораздо большего на мировой арене с поддержкой «Ашмор Кулидж».

– Мне неинтересно быть на арене, мистер Гарвей. Мне нравится моя жизнь такая, какая она есть.

– Только потому, что у вас не было другого опыта.

– Значит, у меня недостаточно амбиций и в придачу я еще и наивная? Именно так вы обычно склоняете клиентов на свою сторону?

– Хорошо, сдаюсь. Все, о чем я прошу, – быть чуть более открытой. Позвольте мне узнать обо всех аспектах вашего бизнеса и подкинуть вам несколько идей для его роста.

– И вы думаете, проведя у нас всего один день, вы этого добьетесь?

– Нет, конечно нет. Это будет поступательная работа. Я бы хотел несколько раз посетить вас. Буду рад воспользоваться возможностью поменять вашу точку зрения.