Лестница на небеса - Светлана Полякова

Он на секунду замедлил шаг и снова увидел ее — в рассеянной дымке внутренних ощущений, и она отчего-то была в белой одежде, с небольшими прозрачными крыльями за спиной… Ее глаза и в самом деле сверкали, как адаманты, — он невольно поморщился этому банальному сравнению, но тут же признался, что другого слова не подберешь… Можно было сравнить со звездами — но, во-первых, это сравнение тоже попахивало банальностью, а во-вторых, звезды были далеко, звезды казались холодными и равнодушными, а ее глазищи были близко, и одиночество в них сочеталось с нежным вопросом: не могли бы вы понять меня? Или хотя бы попытаться меня понять?

Мог бы, наверное, ответил он, и тут же одернул себя, прогоняя видение, — нет, не хочу… Вон есть огромный плакат, зовущий нас стройными рядами в светлое будущее… Есть этот нищий магазин. Есть троллейбус, уныло плывущий мимо меня… А этих глаз нет, слишком уж ярки они для этого мира…

Он снова ускорил шаг, напоминая себе беглеца, вот только его не покидало ощущение, что сбежать-то все равно не удастся… Эта девочка будет преследовать его ночами. Днями.

«Я вообще-то до сегодняшнего дня был нормальным мужиком», — усмехнулся он. Старость подкралась незаметно, и ты, Кинг, стал с интересом смотреть на подростков… Он невольно рассмеялся — женщина, шедшая мимо, посмотрела на него и отшатнулась, бормоча себе под нос что-то о его волосах…

Ее ворчание неожиданно помогло Кингу вернуться на землю, и он немного успокоился. Стоя на перекрестке, он подумал: «Я же ушел… И я никогда ее не увижу…»

От этой мысли стало немного грустно. Он шагнул уже на белую полоску перехода, но тут снова зажегся красный свет, а за спиной он услышал ее голос:

— Подождите! Пожалуйста, подождите!

Он остановился.

«Что я делаю?» — подумал он. И тут же обернулся, потому что ему надоело думать о последствиях.

Она смотрела на него с таким страхом и надеждой, что он невольно улыбнулся. Рука сама потянулась к ее коротко остриженной голове — она же просто замерзла, подумал он. Это ребенок. Замерзший ребенок…

Может быть, он не имеет права сейчас уходить. Подняв голову к небу, он привычно поискал там свою лестницу — на одну секунду ему показалось, что она и в самом деле появилась, так высоко, почти незаметная — только блеснули в солнечном свете тонкие перекладинки-ступеньки, ведущие к Богу.

«Однако иногда было бы неплохо узнать Твое мнение, Господи, — обратился он мысленно к Тому, Кто прятался за облаками. — Или это — Твой очередной замысел?»

* * *

«Что я делаю, — ужаснулась Мышка, когда его рука коснулась ее волос. — Зачем я его остановила?»

— Я…

Слова слетели с ее губ раньше, чем она успела их остановить.

— Не уходите, — попросила она. — Вы сейчас уйдете, и я никогда вас больше не увижу… Или, увидев, побоюсь к вам подойти…

Она сама испугалась своей искренности и отчаянно покраснела, украдкой, впрочем, продолжая смотреть в его глаза. Казалось, он был потрясен ее смелостью и какое-то время разглядывал ее серьезно, молча, пытаясь понять смысл только что произнесенной фразы.

— Хорошо, — сказал он наконец. — Я не уйду… Я вообще не ухожу, если меня об этом просят… Только надень шапку, замерзнешь…

— Но вы-то без шапки!

— Согласись, у меня куда больше волос, — серьезно сказал он. — А ты зачем-то постриглась…

— Потому что они ходят с косами, — насупилась Мышка. — Или с завитыми волосами… Я хотела вообще побриться, но мне стало жалко родителей… Им и так несладко со мной.

Если вдуматься, я поступаю, как ты. Только у мальчиков все наоборот. В основном распространена лысая прическа. Или коротко стриженная… Получается, мы с тобой оба нонконформисты…

Мышка не знала, что означает это длинное слово, но кивнула — просто потому, что ей хотелось оказаться с ним в одной компании.

Он снова попросил ее надеть шапку — и Мышка послушалась.

— Теперь я, наверное, совсем ужасно выгляжу, — сказала она.

— Нет, — заверил он ее. — Может быть, ты выглядишь забавно, но уж никак не ужасно…

Она скептически усмехнулась, оставив себе право думать так, как думала и раньше.

Теперь они шли вдоль улицы вдвоем, и Мышка охотно согласилась бы брести целую вечность по этой улице, но возле одного из домов он остановился.

— Все бы хорошо, — сказал он, — да только вот в этом доме одна девушка ожидает сахара, потому что хочет кофе, а без сахара ей почему-то пить кофе не нравится…

Она испугалась, что все сейчас закончится — из-за неведомой девушки и вообще из-за какого-то дурацкого сахара.

— Я тоже хочу кофе, — заявила она и тут же испугалась своей наглости.

Он рассмеялся:

— А разве можно идти в незнакомую квартиру, к неизвестному взрослому дяденьке?

— Вообще-то нельзя, — немного подумав, сказала Мышка. — Ладно, отнесите свой сахар… Вы же можете вернуться. Я просто подожду вас здесь…

Кинг представил, как она сидит на скамейке, отчаянно замерзая… И еще он представил, как в его отсутствие появляется какой-нибудь страшный, неполноценный урод, и эта доверчивая девочка идет с этим уродом, точно так же, как сейчас она хочет пойти с ним, и его сердце сжала ледяная рука ужаса.

— Нет уж, — решительно сказал он. — За себя я все-таки могу поручиться, а за тебя — нет… Мало ли что придет тебе в голову?

Он распахнул обшарпанную дверь подъезда и слегка наклонил голову, пропуская ее вперед:

— Прошу вас, принцесса!

Дверь была открыта.

* * *

— Только не пугайся, — предупредил Кинг, толкая ее и пропуская Мышку вперед себя.

Она замерла на пороге, оглядываясь.

Обычная квартира, с длинным узким коридором, но на стенах было что-то написано — Мышка успела прочесть один настенный автограф: «Хай, Бродяги Дхармы! В этом мире есть мы, и поэтому он еще не потонул в собственном занудстве! Помните об этом! Майкл».

— Кинг, тебя только за повестками в военкомат посылать, — услышала Мышка женский голос и обернулась.

Девушка стояла в дверном проеме и разгневанно смотрела на ее спутника.

— Ты ездил на Кубу, смотреть, как рубят сахарный тростник? — поинтересовалась она холодно. — А потом, конечно, тебе пришлось ждать, когда они сделают из него сладкий белый порошок…

Кинг пожал плечами.

— Смотри, — сказал он. — Я привел ангела… Познакомьтесь. Это Ирина. А это…

Он обернулся, только сейчас сообразив, что даже не знает, как ее зовут. Просто ангел…

— Мышка, — сказала девочка.

— Очень приятно, — кивнула девушка. — Хотя на месте ангелов я бы поостереглась разговаривать с такими типами…