Ее порочный лучший друг - Адель Найт

Его движения яростны, каждое проникновение — удар, каждый толчок заставляет меня повторять за ним.

Но этого мало. Мне нужно быть растянутой, использованной. Олли был прав: мне нужен беспорядочный, пьянящий секс, от которого сводит пальцы на ногах и текут слезы удовольствия.

Но я одна. Как всегда.

Отодвигая это чувство, открываю ящик тумбочки, достаю любимый фиолетовый вибратор и включаю. Звук слишком громкий.

Быстро засовываю его под пижаму, чтобы приглушить.

Олли ускоряется, камера дрожит, но его член все еще отчетливо виден.

— Лейси, — его голос хриплый, мой огонь разгорается сильнее. — Смотришь?

— Да, — выдыхаю я, водя игрушкой по клиторy, воображая, что это его головка.

— Ты хочешь этого? — он прорычал, двигаясь быстрее, удары тел слышны даже через динамики. — Хочешь, чтобы я кончил?

Я киваю, будто он говорит это мне, будто это я довожу его до предела. Подстраиваюсь под его ритм, вводя игрушку, когда он толкается.

— Готова принять мою сперму? — рычит он своему любовнику. — Я хочу отдать тебе все.

Да. Я хочу, чтобы все было на мне.

Тело его партнера дергается, приглушенные стоны подсказывают, что тот кончил.

— Блять, — выдыхает Олли, выдергивая себя.

Он срывает презерватив — его член на экране оголен, налитый, дрожащий. Охватывает основание рукой и начинает яростно дрочить.

Я подстраиваюсь под его темп, вгоняю вибратор глубже, трахаю себя так, как хотела бы, чтобы это делал он.

Пара рывков, и белые струи бьют из кончика, покрывая спину партнера.

От этого зрелища меня захлестывает волна. Мозг отключается, тело вспыхивает белым огнем. Я зажимаю между ног подушку, чтобы заглушить судорожный крик.

Оргазм крушит меня, пока я не остаюсь дрожащей, вспотевшей и разбитой.

— Лейси, — голос Олли доносится глухо — телефон лежит экраном вниз.

Я кладу руку на грудь, ловлю дыхание, тянусь к нему.

— Да?

На экране — его лицо, волосы прилипли ко лбу, глаза затуманены.

— Включи камеру.

Сердце подпрыгивает к горлу. Я вся красная, потная, дышу тяжело — он не должен видеть меня такой.

Я вскочила, выключила лампу, оставив лишь слабое свечение из кухни, и снова устроилась на подушке. Глубокий вдох и я включаю видео.

— Вот ты где, — в его голосе бархатная хрипотца.

Мой новый любимый звук.

— Ага, вот и я, — говорю, чуть сбивчиво. — Когда ты сказал взять трубку, я не это имела в виду.

Он разваливается на подушках, глаза полуприкрыты, губы изогнуты в ленивой улыбке.

— Раз ты слишком занята, чтобы пойти за сексом, я решил сам его к тебе доставить.

И похоронил все мои планы.

— Ты трогала себя?

Прямой, обжигающий вопрос. Сердце предательски екает.

— Мечтай, — вру.

Улыбка на его губах становится медленной, опасной. Он смотрит пристально.

Замечает ли, что у меня румянец и дыхание сбито?

— Я хоть вдохновил тебя на следующую историю?

Я облизываю пересохшие губы.

— Есть парочка идей.

— Вот и отлично. Больше никаких разговоров о смене жанра.

— Слушаюсь, сэр, — отдаю шутливое приветствие, но рука дрожит.

— Продолжай так говорить и я буду готов к второму раунду, — он прикусывает нижнюю губу.

Я сглатываю.

— Тогда я, пожалуй, не буду мешать.

— Сладких снов.

Я сбрасываю звонок. Перед глазами тут же начинают мелькать новые, еще более откровенные сцены, только теперь герои в них не вымышленные. Мы.

Никаких сладких снов сегодня не будет.

Я хватаю подушку и кричу в нее, пока не кончается воздух.

Вот тебе и профессионализм.

Швыряю подушку через комнату. Я не могу отказать Олли. А если хочу платить за учебу, не могу игнорировать сцены, что требуют быть записанными.

Но как смотреть, как мой лучший друг трахает других, и не умолять о возможности побыть на их месте?

Я не могу переступить эту черту, как бы сильно ни хотело тело. Потому что, даже если одна ночь с Олли стоила бы тысячи с кем угодно другим, мы хотим разного. И я слишком люблю его, чтобы потерять.

Может, он прав. Может, писать о сексе уже недостаточно. Возможно, это не просто влюбленность, а зависимость, потому что все мои сексуальные переживания за последние два года были Олли .

Мысль превращается в решение.

Пора найти тот самый беспорядочный, безумный секс, от которого сводит пальцы на ногах и плачет от восторга между ног.

Глава 3



Олли

Лейси солгала мне.

Как бы она ни пыталась скрыть, я отчетливо слышал тихое жужжание вибратора на ее стороне линии прошлой ночью.

Моя милая Лейси — нежное, невинное имя для такой чертовски развратной фантазии. Как она умудряется писать сцены, от которых у читателей плавится мозг, и при этом прятаться за румянцем, будто сама девственница?

Соблазнительное противоречие, от которого я не могу насытиться.

Это сладкое гудение звенело у меня в ушах все утро. Мысль о том, что ее киска текла из-за меня… Черт.

Позвонить ей по видео было рискованно. Одно дело — рассказывать ей о своих похождениях, и совсем другое — показывать. Но когда она заговорила о смене жанра, я сорвался.

Сколько парней могут похвастаться подругой, которой можно доверить любую фантазию и подробности своих траханий, не звуча при этом как извращенец?

Ни один. Потому что есть только одна Лейси Райт. И она вся моя.

Такая же грязная, как я похотливый, но ей нужен толчок, чтобы сбросить с себя этот образ паиньки и позволить пожару, что прячется под румянцем, вырваться наружу.

Ей нужно переспать с кем-то.

Утренние толпы студентов текут по кампусу, спеша на занятия, пока я жду у нашего привычного места, не находя себе покоя. Мне нужно увидеть ее.

Вот она — в толпе, с шоколадными, густыми волосами, в которые хочется запустить пальцы.

Каждый раз напоминаю себе не хватать и не тянуть.

Мой взгляд скользит ниже, ловя каждое движение. Мягкие линии шеи переходят в ложбинку ключицы, потом — ниже, к тому, как грудь пружинит под белой майкой, притягивая взгляды каждого ублюдка, мимо которого она