Пушистая помощница для злодея - Виолетта Донская

Неслышно подобравшись к последней в очереди телеге, нагруженной деревянными бочками и холщовыми мешками, я запрыгнула в неё и притаилась в углу, в надежде, что здесь меня не заметят. Обнюхав мешки, раздосадовано фыркнула.

«Какие-то тряпки, нет бы чего съестного положили».

Очередной свист оповестил о том, что пришел наш черед въезжать в город. Мне с трудом удавалось сдерживать хвост, который так и норовил побиться о дно телеги. Послышались голоса и лязг металла, торговец остановился и несколько минут отвечал на вопросы стражников. Когда в поле зрения появилась мощная рука в кожаной перчатке, я с такой силой вжалась в стенку, словно всерьез надеялась слиться с ней в одно целое. Рука открыла один из мешков и пошарила внутри, однако, как и я, не нашла там ничего интересного.

– Что в бочках? – вопрос сопроводил глухой стук по дереву.

– Ягодная брага.

– Лицензия?

Торговец зашуршал бумагами, стражник оставил товар в покое, а я смогла выдохнуть. Наконец прозвучала команда проезжать, и телега возобновила ход, стуча колесами по городским улицам. Выждав пару минут, я выбралась из своего укрытия и спрыгнула на землю.

– Фырв! – отплевываясь, я выползла из огромной лужи грязи, в которую приземлилась.

Покрутила головой в стороны и потрясла хвостом, непроизвольно дергая задними лапами, чтобы отряхнуться от воды. Брызги полетели во все стороны и, видимо, достигли какой-то цели, так как рядом послышался возмущенный женский возглас. Прижав к голове уши, я юркнула в узкий переулок, пока на меня не натравили стражу.

Я брела по улицам, в поисках храма, морщась от окружавших меня ароматов.

«Иу» – пробегая мимо огромных сваленных в кучу коробок с мусором, я задержала дыхание, но зловонный дух всё равно проник в нос.

Усиленные рецепторы сводили с ума, я могла различить едкий запах дыма, нечистот, раскаленного железа, тухлой рыбы и…

«Мм, а что это так чудесно пахнет?»

Следуя за умопомрачительным ароматом, я свернула с улицы и прошла мимо нескольких домов, лавируя между людьми, повозками, стоящими на дороге ящиками и бочками. Наконец, завернув за угол очередного здания, я оказалась на просторной площади, заставленной ярморочными палатками. Принюхиваясь, водила носом, не понимая, откуда идет манящий аромат. Вдруг, словно лакомство было уже у меня в зубах, на языке появился отчетливый вкус горячего свежего теста, мягкого сочного мяса с пряными травами и тушеными овощами. Повернув голову, увидела его, с идеально румяной, блестящей корочкой, он лежал поверх горки таких же горячих ароматных пирожков.

Перед прилавком стояла женщина в большом светлом фартуке, она поправляла корзинки с буханками хлеба и сладкими булочками. Я подошла ближе и с мольбой посмотрела на торговку.

– Уруру, – позвала я, указав лапой на пирожок.

Опустив на меня взгляд, женщина скривила губы и угрожающе замахнувшись рукой, рявкнула:

– А ну, пшла вон!

Вжав голову в плечи, я попятилась.

– Мама, мама, смотри, кокки! – появившийся рядом мальчик лет пяти показал на меня пальцем и, радостно улыбаясь, шагнул навстречу.

– Это не кокки, сынок. Лучше не подходи, скорее всего, оно заразно, – женщина дернула мальчика за руку, не позволяя тому приблизиться.

Шмыгнув носом, я проскочила между прилавками, и попытала счастье у других торговцев. Когда один из них швырнул в меня камень, прогоняя от корзинки с ягодами, у меня сдали нервы. Убегая с площади, с трудом сдерживала слезы.

Следующие несколько часов я слонялась по улицам и старалась не привлекать к себе внимание прохожих, при этом не имея понятия, что ищу. В книге описывалось главное святилище Ковена как самое красивое и грандиозное сооружение после королевского дворца, а вот что из себя представляли храмы в других городах – об этом ничего. Темнело, лавки постепенно закрывались, повозок становилось меньше, люди собирались в помещениях, похожих на места общественного питания, где им подавали хмельные напитки и закуски.

Остановившись возле одного из таких мест, я с тоской и завистью посмотрела на веселящихся и пьянеющих посетителей, желудок поддержал меня заунывной руладой. Я бы дальше так и сидела, жалея себя и мечтая о горячем ужине, но боковым зрением я увидела, как двое мужчин выходят из здания на другой стороне улицы. Они привлекли мое внимание, так как из всей массы людей, которых я сегодня успела разглядеть, только эти двое были облачены в белое. Повинуясь чутью, последовала за ними, и спустя несколько минут они привели меня к невысокому зданию из светлого камня, с большими резными колоннами и позолоченным барельефом.

Удача, наконец-то, повернулась в мою сторону. Издав радостный лай, я побежала к мужчинам, когда они собирались зайти внутрь. Развернувшись ко мне, один из них удивленно округлил глаза, тогда как другой даже не обратив внимание, открыл дверь и скрылся в стенах храма. Поведя ухом, я посмотрела на того, кто всё еще стоял передо мной и, размахивая хвостом, начала:

– Добрый вечер! Мне очень нужна ваша помощь. Как видите, меня превратили в зверя, и без магии не обойтись. Пожалуйста, верните меня обратно.

С надеждой посмотрела на мужчину, отметив приятные черты на молодом лице служителя. Присев на корточки, он протянул ко мне руку, и я тут же подобралась.

«Сейчас случится колдовство! Ура! Я снова смогу ходить на двух ногах и разговаривать, и…»

Холодная рука опустилась мне на голову, мужчина провел по ней ладонью, после чего почесал мне за ухом и улыбнулся.

– Ты как здесь оказалась, грязнуля?

«…наконец-то поем, и… что?»

Из моего рта вырвалось громкое гуканье. Служитель хмыкнул и, потрепав по макушке, поднялся. Он отвернулся и подошел к двери, тоже собираясь исчезнуть.

– Стойте, стойте, вы куда? Я же человек, разве не видите?

Бросившись вслед симпатичному, но явно некомпетентному служителю, я проскочила между его ног и юркнула в открытую дверь.

– Эй, тебе сюда нельзя! – воскликнул он и кинулся за мной.

– Да поймите же, меня заколдовали, и мне нужно, чтобы вы меня расколдовали обратно. Ну, пожалуйста! – пыталась достучаться я до служителя, пока он гонял меня по залу, но, как и раньше, вместо слов раздавался лишь громкий лай.

– Алексис, что здесь происходит? Зачем ты пустил в храм эту погань?

Передо мной возник второй служитель и попытался схватить, его пальцы сомкнулись на кончике хвоста, вырвав из него несколько волосков. Тявкнув, я с разбега запрыгнула на небольшой оконный выступ и обиженно покосилась на