Градус любви - Кэнди Стайнер

Она утверждала, что внешностью я тоже пошел в отца.

Я же спорил, что таращатся из-за запаха пота.

Я улыбнулся паре пожилых женщин, стоящих возле билетной кассы. Им ни капельки не было стыдно за то, с каким вожделением они смотрели. Их мужья, напротив, испепеляли взглядом так, словно я клоп, которого нужно раздавить. Им я тоже просто улыбнулся и опустил голову.

– Ноа Беккер, – раздался громкий, оживленный и знакомый голос, когда я подошел к билетной кассе. – Чем обязана такой чести?

– Пришел умолять тебя о свидании, конечно. – Я как бы невзначай наклонился над стойкой и дерзко ухмыльнулся. – Что скажешь, Люси? Позволишь мне покружить тебя на танцполе в эту пятницу?

Она захихикала и покраснела, а вокруг ярких глаз обозначились морщинки. У нее была темная кожа, но, заигрывая с Люси, я всегда улавливал на лице румянец. Эта приятная женщина, которая прославилась тем, что откармливала работников винокурни домашним пирогом со сладким картофелем, была ровесницей моей мамы.

– Я тебе не по зубам.

– О, мне ли этого не знать. – Я постучал пальцем по столу и огляделся. – Ищу девушку, которая, возможно, купит бочку. Она должна была ждать здесь.

– А, – сказала Люси, выпятив губы и прижав язык к щеке. – Барнетт.

– Настолько все плохо, да?

Люси кивнула в сторону входных дверей.

– Слишком хорошенькая, чтобы быть обученной манерам. Но винить ее не в чем, учитывая, кто ее мать.

Люси продолжала говорить, ну а я перевел взгляд на девушку в белом платье и с огненными волосами, ходившую на улице туда-сюда. Солнечный свет отражался от ее рыжих волос, придавая им сходство с огненным морем. Глаза она спрятала за темными очками, слишком большими для лица, и расхаживала по тротуару в белых туфлях на шпильках. Одну руку она положила на тонкую талию, которую подчеркивал золотистый ремень, а другой прижимала к уху телефон. Девушка шевелила губами так же быстро, как и ногами, а на щеках сиял румянец такого же яркого оттенка, что и волосы.

Ей девятнадцать лет, но одета она была как тридцатилетняя женщина, а походка дала мне понять, что девушка не потерпит неуважительного к себе отношения.

– Вышла поговорить по телефону несколько минут назад, – сообщила Люси. – Хочешь, скажу ей, что ты готов?

– Нет-нет, – быстро ответил я и посмотрел на девушку. – Я сам. Спасибо, Люси.

Выйдя на характерную для Теннесси жару и прищурившись на солнце, первое, что я заметил – ноги этой девушки.

Из здания я тоже, конечно, их видел, но, только подойдя ближе, обратил внимание, какие они у нее изящные. Стройные ноги с подтянутыми мышцами икр, которые подчеркивали остроносые туфли на высоком каблуке. Девушка, на удивление, была загорелой, учитывая цвет ее волос и веснушки, усыпавшие нос и щеки, а золотистая кожа так контрастировала с белым платьем, что с трудом удавалось не таращиться на нее во все глаза. Юбка платья была летящей и приличной длины, но немного приоткрывала бедро, и мне пришлось мысленно залепить себе затрещину за то, что я так пялюсь на совсем еще юную девчонку.

– Мам, плевать, какие будут цветы: пыльно-розовые или нежно-розовые. Для меня это вообще один оттенок. – Она остановилась, повернулась на одной ноге и пошла к другому концу тротуара.

Я продолжал пялиться на ноги.

– Ну а я не Мэри Энн. – Она снова помолчала. – Тогда почему бы тебе не позвонить ей? Она с радостью поспорит, какой оттенок розового лучше.

– Мисс Барнетт?

Девушка резко остановилась, сдвинула очки ниже и зыркнула на меня незабываемыми карими глазами, а потом вернула очки на место.

– Мам, мне пора. Кажется… – Она помедлила, оценив мой внешний вид. – Кажется, я вижу того славного джентльмена, который покажет бочку.

Я ухмыльнулся и скрестил на груди руки. Если она решила, что я спасую перед этими замашками «я лучше тебя», то ее ждало большое разочарование.

– Да, потом я сразу же поеду домой. Ладно. Хорошо, хорошо. – Она вздохнула, постучав ногой, а потом отвела телефон от уха. – Ладно, мне пора. ПОКА!

Закончив разговор, девушка снова вздохнула и расправила плечи, словно вдох помог ей вернуть самообладание. Она через силу улыбнулась мне и, засунув телефон в огромную сумку, подошла.

– Здравствуйте, – поздоровалась девушка и манерно протянула левую руку, а я увидел на безымянном пальце бриллиант размером с пятак. – Я – Руби Грейс Барнетт. Это вы покажете мою бочку?

– Я. – Я взял ее руку, нежная кожа в моей грязной, покрытой мозолями ладони показалась на ощупь как шелк.

Она поморщилась и отдернула руку, а потом, осмотрев ее в поисках грязи, потянулась к сумочке и вытащила небольшой тюбик с антисептиком.

– Я уже устала вас ждать. – Она выдавила каплю на руку и растерла ее. – Может, перейдем к делу?

Я хмыкнул и засунул руки в карманы.

– Конечно. Прошу прощения, мэм.

Я пошел к складу, где хранились бочки, но не стал смотреть, идет ли она за мной. Я услышал за спиной, как она спешно зацокала каблучками, пытаясь поспеть.

– Мэм, – скептически повторила она. – Так обращаются к моей матери.

– Извините, – сказал я, но в голосе и намека не было на то, что мне стало совестно. – Хотите, чтобы я обращался к вам «мисс»?

– Хочу, – сказала она, подстроившись под мой шаг. Когда мы вышли на дорожку, усыпанную гравием, Руби Грейс немного покачнулась. – Эм… мы пойдем пешком?

Я кинул взгляд на ее обувь.

– Да. Справитесь?

На самом деле для клиентов, желающих приобрести эксклюзивную бочку виски, у нас был служебный гольф-кар. И в глубине души я понимал, что стоило бы им воспользоваться. Мисс Барнетт была нашим потенциальным покупателем. Но памятуя о том, как ответила Люси на упоминание этого имени, как Руби Грейс фактически скривилась при виде меня, я очень кстати забыл о машине.

Малышка Руби Грейс и пешочком пройдет в этих туфлях, которыми она так любит притопывать.

В ответ на мое предположение она прищурилась.

– Прекрасно справлюсь. Просто удивилась, что у ваших клиентов… нет права выбора. Тем более, если учесть, сколько стоит товар, который меня интересует.

Ее фраза прозвучала странно – Руби Грейс произнесла эти слова с некоторым высокомерием, которое смягчил характерный для Теннесси говор. Словно она была еще девчонкой, напялившей мамины туфли, чтобы казаться старше.

Я резко остановился, и Руби Грейс, затормозив на гравии, чуть не врезалась в меня.

– Могу вас отнести, – предложил я и протянул руки.

Она слегка приоткрыла маленький ротик и провела взглядом по моей грязной футболке. И хотя Руби Грейс смотрела на меня, как