Влюбленный воин - Хизер Гротхаус

Апрель 1075 года

Гринли-Мэнор, Англия

— Стой! — выкрикнул человек, похожий на медведя. Он стоял в центре подъемного моста, а за его спиной виднелись черные железные решетки. — Объясни цель своего прибытия в Гринли. И кто едет вслед за тобой.

Тристан с улыбкой повернулся к своему темнокожему другу, сидевшему на вороном коне. Фаро поморщился и с явным раздражением проговорил:

— Неужели все время будет так трудно?

— Похоже на то, — хмыкнул Тристан. — Хорошо, что хоть мои владения сейчас в безопасности.

— Я спросил, какое у вас дело! — прокричал часовой на мосту. — Немедленно отвечайте или приготовьтесь встретиться с моим другом! — Он взмахнул огромным боевым топором, который держал в руке.

Глядя на великана с топором, Тристан мысленно улыбался. Было очевидно, что этот воин станет прекрасным дополнением к его новым владениям. Спешившись, он повернулся к другу и проговорил:

— Как чудесно здесь пахнет, Фар. И воздух замечательный.

Фаро, все еще сидевший в седле, сделал глубокий вдох, затем кивнул:

— Да, верно, воздух здесь замечательный, что особенно заметно после лондонского смрада.

— Предупреждаю в последний раз! — заорал страж, поднимая перед собой топор. — Кто ты такой?! Отвечай!

Тристан расплылся в улыбке и медленно направился к подъемному мосту. Баррет, крепко сжимавший рукоять топора, с некоторым удивлением смотрел на рослого светловолосого незнакомца, столь отважно приближавшегося к нему.

«Кто же он такой, — думал Баррет. — Сразить его или нет?»

Чужак по-прежнему улыбался, а покрой его одежды изобличал в нем человека благородного происхождения. Конечно же, он не был разбойником, явившимся грабить беззащитный замок. Возможно, это просто усталый воин, которому нужно подкрепиться, и пополнить запасы провизии?

Но с другой стороны, незнакомец не отвечал на его, Баррета, вопросы. Более того, он даже не обращал на него внимания. Возможно, это означало, что он очень хитер и хочет напасть неожиданно? А ширина его плеч и немалый рост свидетельствовали о том, что он мог бы стать достойным противником.

Светловолосый незнакомец подошел к краю подъемного моста и посмотрел в ров под ним. Затем, повернувшись спиной к Баррету, принялся развязывать тесемки на своих штанах.

— Прошу меня простить, — бросил он через плечо. Баррет понял, что должен что-то предпринять. Ради благополучия замка, который он обязан был защищать, ему следовало нанести удар немедленно, а уж потом можно будет решить, что делать дальше.

Сделав широкий шаг, Баррет оказался за спиной светловолосого незнакомца. Он занес топор над его головой, но тут вдруг его руки словно чем-то обожгло. Глухо вскрикнув, Баррет выронил топор. Потом в изумлении стал разглядывать свои руки — на них были отчетливо видны какие-то черные точки.

— Что же это за… — Он умолк и бросил взгляд на второго незнакомца, смуглого воина, помахивавшего небольшой кожаной сумой на ремешке. Услышав звук, похожий на журчание воды, Баррет снова повернулся к светловолосому. — Эй! — закричал он. — Как ты смеешь мочиться с моего моста?!

Тристан затянул тесемки на штанах и повернулся лицом к воротам. С улыбкой, указав на небольшое каменное строение, примыкавшее к стене замка, он спросил:

— Вон там, наверное, и находится то самое место, что предназначено для этой цели?

Баррет нахмурился и проворчал:

— Да, именно там. Так что не стоит мочиться с моста.

— Прошу принять мои извинения, — с ухмылкой ответил Тристан. — Но боюсь, что нанесенное вам оскорбление было неизбежным. Ведь я слишком долго ехал верхом. Еще раз прошу меня простить. Кажется, вы уронили свой топор.

— Кто вы такой?

— Я Тристан Д'Аржан, лорд Гринли. — Светловолосый отвесил легкий поклон.

Глаза стража от изумления округлились и стали такими огромными, что казалось, они вот-вот выпрыгнут из орбит. Он опустился на одно колено и, склонив голову, произнес:

— О, милорд, простите меня, я не знал…

— Ничего страшного, не огорчайся. — Тристан окинул взглядом великана, затем спросил: — Как тебя зовут, добрый человек?

— Баррет, милорд, — ответил тот, поднимаясь и сгибаясь в поясном поклоне. — Шериф Гринли. — Он потупился и добавил: — Но только до тех пор, милорд, пока вы не примите иного решения.

— Хорошо сказано, шериф Баррет. — Тристан снова улыбнулся. — Ясно, что ты отлично выполнял свои обязанности, пока меня здесь не было. Я утверждаю тебя в этой должности.

Тут Фаро, наконец спешился и, приблизившись к Тристану, проворчал:

— Он должен был раньше нанести удар. Слишком уж он медлил.

Тристан привык к странной внешности своего друга, а вот Баррет таращился на него в изумлении. С тюрбаном на голове и с лицом, покрытым оспинами, этот человек выглядел очень необычно.