Подарок золотой рыбки - Барбара Фритти

Виктория цинично усмехнулась:

— Все имеет свою цену, дорогой. Ты видел подобного дракона в одной из научных работ? Или, возможно, слышал историю о нем, очередную сказку? Мы знаем, как сильно ты любишь сказки, особенно китайские. Ты знаешь все, что нужно знать об этой дикой стране и ее народе. — Виктория выплевывала слова о людях, словно они оставляли неприятный привкус во рту. — Разве нет?

— В чем дело, Вики? — Мама ненавидела, когда кто-нибудь сокращал ее победоносное имя. — Искусство древних цивилизаций тебе всегда было совершенно безразлично.

— Ты прав. Но в кризисные годы его стоимость может быть особенно привлекательна.

Пейдж вздохнула, заметив, как родители обменялись взглядами взаимной неприязни. Мать была прирожденным финансистом, гениальной бизнес-леди, ответственным распорядителем инвесторов и компании. У нее был прекрасный нюх на прибыль, такой же, как у ее супруга — на истинные шедевры. Дэвид — страстный коллекционер и эксперт по искусству, для него каждая вещь — особая история. А Пейдж? Никто не сказал бы, какое место у нее в компании, тем более она сама.

— Да, чуть не забыл. — Дэвид засунул руку в карман и достал бархатный мешочек. — Я купил это на день рождения Элизабет, чтобы добавить к ее коллекции.

Пейдж наблюдала, как он вынимает маленького, изысканно вырезанного нефритового дракона, который, вероятно, сделан для навершия меча.

— Полюбуйся, детка. Он великолепен. И, кстати, идеально подойдет к другим сородичам, — сказал он, когда ее мать отвернулась. Виктория не любила говорить об Элизабет или слушать о том, что Дэвид продолжает покупать драконов каждый год в честь любимой старшей дочери, чего он никогда не делал для Пейдж. Когда Пейдж была маленькой, он подарил ей небольшой талисман — рыбку из золота, которая легко помещалась в ладошку дочери. С тех пор она носила ее с собой во внутреннем кармашке сумочки, не забывая переложить, если меняла аксессуары. Это стало своеобразным ритуалом — так она чувствовала себя спокойнее, как будто отец и высшие силы оберегали ее.

— Ты хочешь оставить его мне? — спросила Пейдж.

Дэвид вернул дракона обратно в мешочек.

— Нет, я подержу его у себя, пока мы не пойдем на кладбище на следующей неделе.

— Дэвид, — вмешалась Виктория и разочарованно покачала головой. — Прошло двадцать два года. Тебе не кажется…

— Нет, не кажется, — резко оборвал ее супруг. — Если ты не хочешь идти на кладбище, мы с Пейдж пойдем одни. Верно, детка?

Ежегодное празднование дня рождения Элизабет — одно из немногих событий, которое отец и дочь отмечали вместе.

— Конечно.

На столе пронзительно зазвонил телефон. Пейдж нажала кнопку селекторной связи, благодарная звонку за возможность разрядить обстановку.

— Миссис Делани на первой линии, — сказала секретарь.

— Спасибо, Моника. — Она нажала кнопку громкой связи. — Здравствуйте, миссис Делани. Рада, что вы позвонили. Мы хотели бы поговорить с вами о вашем драконе.

— Я так взволнована. — Голос в трубке предательски дрогнул. — Такой невероятный день — признаться, слов не найду, чтобы описать, насколько он фантастический.

Пейдж улыбнулась уязвимости и трепету пожилой женщины.

— Поверьте, для нас всех это очень волнительно. Мы надеемся убедить вас привезти дракона к нам в магазин, чтобы наши эксперты смогли произвести оценку подлинности и рассчитать предположительную стоимость. Может быть, заглянете к нам с утра пораньше?

— Завтра утром, боюсь, Райли не сможет отвезти меня. Только днем.

— Отлично. Знаете, у нас есть замечательный чай, может, вы слышали о нем, но…

— О, да, да, конечно, я слышала. — Голос стал тверже и уверенней. — Я уверена, что мы с вами отведаем роскошный сорт чая.

— Хорошо, мы хотели бы угостить вас и вашего друга или члена семьи, чтобы скрасить ваше ожидание, пока работают эксперты. Что скажете?

— Договорились. — Голос звенел от удовольствия.

— Хорошо, почему бы нам не…

— Секундочку. — В трубке раздался шорох, а потом сквозь него прорвался густой мужской голос:

— Мисс Хатуэй, добрый день. Меня зовут Райли Макалистер, я внук миссис Делани. У нас будет множество предложений от разных дилеров, надеюсь, вы меня понимаете, да? — Что ж, это было сказано грубо, но вполне откровенно.

— Конечно, мистер Макалистер, но я надеюсь, вы дадите нам шанс сделать лучшее предложение после проверки подлинности имущества вашей бабушки.

— Поскольку сотрудники вашего магазина названивали бабушке весь день, я абсолютно уверен в подлинности найденного нами раритета. Но, даю вам слово, что мы не примем никакого решения, не изучив репутацию компании, которая делает нам предложение. «Торговый Дом Хатуэй» не единственный игрок в городе. И я не позволю моей бабушке упустить выгоду.

Пейдж нахмурилась, но тон Райли ее не заботил. «Торговый Дом Хатуэй» имел безупречную репутацию, и никто не собирался лишать старушку части прибыли.

— Завтра моя бабушка привезет дракона, — с нажимом продолжал голос. — Она приедет с подругой и со мной. Мы будем в три часа.

— Это звучит… — В трубке словно раненая птица бился короткий гудок. — Как грубо, — Пейдж нажала отбой.

— Остается только молиться, чтобы с утра предприимчивый молодчик не повез дракона к другим торговцам. Заполучить дракона любой ценой — вот моя цель, — заявил Дэвид.

— Не доходи до абсурда, дорогой, — процедила сквозь зубы Виктория. — Ты разве забыл, что бюджет имеет свои пределы. Надо ли напоминать тебе об этом?

— Надо ли напоминать тебе, что о покупке принимаю решения я? — Дэвид посмотрел в глаза Виктории. — Не стой на моем пути, Вики, только не в этот раз. — С этими словами он повернулся на каблуках и вышел из комнаты, оставив Пейдж наедине с матерью.

— Всегда так драматично, — пробормотала Виктория.

— Почему, как ты думаешь, этот дракон настолько важен для папы? — спросила Пейдж.

— Понятия не имею. Приоритеты твоего отца — уже давно загадка для меня. — Она помолчала. — Держи меня в курсе дел, хорошо?

— Зачем?

— Потому что я управляю компанией.

— Не знала, что тебя заботят старые статуэтки.

— Меня беспокоит все, что касается магазина, особенно баснословно дорогие предметы искусства, которые заставляют твоего отца верить, будто он всесилен и у него карт-бланш.

Пейдж нахмурилась, мать вышла, аккуратно и плотно закрыв за собой дверь. Давненько у родителей не было общих интересов — ох, не к добру все это.