Отрицание - Диана Валеса

Относительно до четырнадцати лет все было спокойно. Мама успокоилась. Раньше она была медсестрой, но благодаря дяде Паше отучилась на терапевта и сейчас работала в местной больнице. В общем, на жизнь хватало. А мой отец перебрался в столицу, и сейчас воспитывал своего пятилетнего сына, моего сводного брата. Назвали Тарасом.

Вот собственно, с этого дня и начались проблемы у наших семей. Не знаю, как так вышло, но у дядя Вити и моей мамы появился сначала легкий флирт, а позже и что-то большее. Однажды шла со школы и застала выходящего папу Влада из нашей квартиры. Он странно отреагировал на мое появление, я тогда ничего не поняла в силу своего возраста, но поинтересовалась у мамы, зачем заходил дядя Витя. Она поведала о том, что попросила его помочь нам с краном на кухне, который, кстати, и правда подтекал. Ну, собственно, вот так он и починил не только кран, но и кое-что другое.

Об этом узнала и тетя Лариса. Был полнейший скандал, истерика и даже драка наших мам. Но как ни странно, дядя Витя не ушел из семьи, а терпел еще упреки жены несколько лет, пока её ревность и постоянная настороженность в край не напрягла. Два года назад он свалил из этого дурдома, и я после этого больше не видела дядю Витю. Зато наша с мамой жизнь превратилась в какой-то ад. Моя мама стала главной сплетней всего двора. «Увела мужика, да как «таких» свет вообще носит!». Лариса Николаевна и раньше была женщина не сахар, но после этих событий совсем с катушек слетела. Стоило маме появиться на горизонте, как у них возникал конфликт. Сначала это были просто оскорбления, но потом могло перерасти и в драку, в которой, кстати, я и Влад тоже были втянуты, дабы разнять наших матерей. Вскоре тетя Лариса добралась и до меня.

Однажды мой одноклассник, которому я нравилась, проводил меня до дома после школы, он поцеловал меня в щеку на прощание, и это попалось на глаза тёте Ларисе. С того дня я стала еще одной темой для обсуждения. Видеть её осуждающие глаза тогда были для меня очень обидно и неприятно. Я не понимала, в чем перед ней виновата. Позже меня заметили в компании с друзьями, а в следующий раз меня привез на мотоцикле парнишка из школы. А когда я стала носить короткие юбки и шорты, то это было для тети Ларисы словно красная тряпка для быка. Всю свою ненависть к моей матери, она выплескивала через меня. Моя мама была вне себя от ярости, когда слышала все эти слухи и из-за этого наша вражда стала еще яростнее. Однажды дошло до того, что мы сами с Владом зацепились языками и обливали друг друга нелестными словами. Мне было шестнадцать на тот момент, ему двадцать. Он устроил вечеринку со всем размахом дома, когда мать уехала на выходные в деревню. Мама вызвала полицию, чтобы приструнить этот шабаш, а попало от парня мне. На следующий день он зажал меня в лифте и грозился раздавить как букашку, если мы с моей мамой еще раз посмеем вызвать полицию. Я тогда, естественно, испугалась его. Он это заметил и при каждом удобном случае пытался как-то припугнуть. Я ненавидела его. Да о чем я говорю! Каждая наша встреча заканчивалась взаимной неприязнью, где он нелестно отзывался о моем разгульном образе жизни, который, кстати говоря, я поддерживала. Я не собиралась ни перед кем оправдываться и это только благодаря моей маме. Она научила меня не прогибаться перед толпой. Плевать, что о тебе думают другие.

Ну, а вчера я переспала с Владом. Этот дурацкий порыв невероятно меня злил, уничтожал изнутри. Зачем я позволила этому случиться? Почему не остановилась? Психоанализ моих действий привел меня только к одному выводу: я просто решила доказать ему, что не являюсь той, кем меня все считают. И нахрена, спрашивается? Потому что он моя первая детская любовь. Да, все складывалось именно к этому. Я просто полная идиотка, которая решила что-то кому-то доказать. Доказать Владу.

Тяжко вздохнув, я гляну на дисплей смартфона, часы показывали половину шестого вечера. Ленка опаздывала уже на полчаса. Мы договорились встретиться с ней в центре, чтобы прошвырнуться по торговому центру. Июльское солнце нещадно палило, и хотелось уже поскорее войти внутрь прохладного помещения, но я осталась ждать её у входа.

— Извини-и-и, — подруга остановилась возле меня, делая глубокие вдохи. Её волосы растрепались от быстрого бега, и от идеального каре не осталось и следа. Она пригладила челку и виновато улыбнулась. — На автобус опоздала.

— Ладно уж, — я недовольно фыркнула. — Пойдем уже, скоро магазины закроются.

— Ага-а-а, — протянула она, топая рядом в белых босоножках, в тон её платью. — Я еще хотела новые джинсы взять, те черные на заднице разорвались.

— Конечно, ерзаешь постоянно, вот и рвется, — я знатно поржала. — А мне маме надо на днюху что-нибудь подобрать.

— А-а, точно. В том году ты ей прикольную статуэтку дарила, в этом что планируешь?

— Не знаю. Мои подарки из года в год настолько банальны и однообразны, что я уже и не знаю. Ты ж меня знаешь, не мастер я поздравлять, — я развела руками.

— Да ладно, сейчас позырим что есть, всяко найдем что-нибудь, — Ленка взяла меня за руку и завела в первый попавшийся магазинчик с хозяйственной утварью.

Ленка была моей близкой подругой и одноклассницей, которая знала меня с самого раннего возраста. В этом году мы закончили с ней одиннадцатый класс и поступили в один университет. Только она подала документы на специальность дизайнер, а я на международные отношения. Не знаю, что меня подвигло на это, но звучало неплохо. Вдруг, из меня выйдет неплохой дипломат.

— А что на выходных было? Ты хотела мне что-то рассказать, — крутила в руке красивый хрустальный подсвечник.

Я уныло выдохнула, ставя на место набор декоративных свечей, которые привлекли меня ярким рисунком.

— Ну, случилось кое-что. Я даже не знаю, стоит ли тебе говорить….

Она повернулась ко мне, вытянув смешно голову, а её зеленые глаза, подведенные черным карандашом, прищурились:

— Так-так, это уже становится интересно. Выкладывай всё, как есть.

— Да, в общем, этот придурок опять устроил тусовку у себя на хате, а у меня было