Предатель. Я к тебе не вернусь! - Кира Вербицкая

— Не смей уходить от меня!

Властный, леденящий душу голос Марата.

4 глава

Оборачиваюсь и голос Марата материализуется в его самого. Теперь я не одна в своём измерении, а наедине с тем, кто меня предал. Променял на картонную куклу так легко, несмотря на все те признания любви, которые я получала каждое утро и каждый вечер уже столько лет. Каждый день.

— Я сказал, не смей уходить от меня. — рокочет низко и делает шаг вперёд.

И самое ужасное. Сердце реагирует совсем не так, как должно после такого.

Марат не оделся, всё ещё в белом халате, лишь крепче его подвязал, а ноги всунул в свои чёрные туфли, идеально подходящие для какой-нибудь деловой встречи, но естественно совсем не сочетающиеся с таким верхом. Это выглядит странно. Но сердце трепещет от какого-то глубинного восторга, перекрывая все негативные эмоции.

Ведь сам по себе Марат невероятно сексуален. Даже с растрёпанными от бега волосами. Даже с несколько-дневной тёмной и колючей щетиной. Даже с высоко поднятыми густыми бровями и раскрытыми, бешенными, практически чёрными глазами, словно сейчас уже накинется на меня, вцепится когтями и никуда не отпустит.

Он как в школе был самым красивым парнем, так и сейчас невероятный мужчина.

Высокий рост, широкие плечи и крепкие, огромные ручищи, а так же мощные, натренированные бёдра. Он идеальный. Выше минимум на голову, может закрыть тебя от всех бед своей спиной, а руками в лёгкую обхватить талию или поднять на руки и прокружить. Да даже сидя на его коленях, можно было бы представить, что сидишь на троне, как принцесса, ведь точно знаешь, что все завидуют.

— Не будь глупой девочкой. Всё нужно решать по взрослому. — его слова режут слух. Он делает ещё один шаг ближе.

Было очень удивительно, когда он, вот такой, главный красавчик школы, подошёл ко мне знакомиться. Я очень насторожилась тогда, но всё равно заговорила. Скучно было и любопытно немного.

И тут же, спустя пару мгновений я поняла, что его голос гипнотизирует, что его тёмные глаза сводят меня с ума и не дают даже шага назад сделать, когда он сокращает дистанцию.

Понимает, что я попала в ловушку, и его рот расплывается в усмешке, обнажая зубы. Позвал он меня в кино с наглой, каким я этого парня и считала, ухмылкой. Ещё более низким, будоражащим всё нутро, хищным голосом, не терпящим возражений.

И хоть я грубо послала его, всё равно поняла тогда, что пропала. В нём. Целиком и полностью.

И ничего не изменилось. Только Марат стал старше. А его взгляд ещё тяжелее.

Он невероятно сексуальный и опасный мужчина.

— Подойди ко мне, Лера. Мы поговорим.

Сердцу хочется заставить меня глупо захныкать, как маленькой девочке, надуть губки и попросить больше не обижать. Затем уткнуться в его крепкую грудь и получить самые тёплые на свете объятия. Утешающие и любящие.

Это мой первый и единственный мужчина, несмотря на боль, сердце от него трепещет.

Но мозг понимает, что случилось. Осознаёт, что если он любит, не изменил бы. Никогда и ни за что.

И когда Марат тянет ко мне руку, делая шаг вперёд, я наоборот, делаю его назад. Стираю одним рукавом с губ остатки рвоты, а другим подсохшие слёзы с щёк.

— Больше не подходи ко мне! — у меня и правда был острый язык в детстве и юности, тяжело было расти без отца и в бедной семье, постоянно обижали. И хоть с мужем я была всегда ласкова и нежна, полностью доверившись ему. Сейчас мой голос тут же сквозит холодом и злобой.

Я не позволю собой пользоваться. Не когда это произошло прямо в нашей квартире. В нашей спальне. На нашей кровати. Стоило мне просто сказать, что я уезжаю к маме в деревню, тут же притащил другую девку домой. Ждал всё это время?

Я подарила ему свой первый поцелуй. Свою невинность. Я вышла за него замуж. И спустя столько попыток, спустя столько страданий забеременела. А он сделал это.

Мерзость.

— Прекрати убегать. Говорю же. Я всё разъясню. Звучит глупо, но это не то, чем выглядит.

— Нам не о чём разговаривать. — слова Марата действительно звучат глупо, просто невероятно. Я даже усмехаюсь горько, — Возвращайся к своей Анжеле! Она не дососала, кажись. Твой мозг через…

— Хватит. — перебивает меня, да ещё так вздыхает тяжело, словно это я ему изменила! Прикрывает глаза на несколько секунд. Всегда так делал, когда считал, что я говорю глупость! — Анжела мне никто. И я не собирался тебе изменять. Эта дура просто приехала со мной, что бы получить документы, которые я забыл в кабинете дома. Она должна была сразу уехать с ними в другой мой офис, куда мне не нужно сегодня. Но она начала раздеваться.

Я не выдерживаю. Делаю ещё шаг назад, хотя Марат ко мне больше не подходит. Но мне просто паршиво стоять рядом. До противной дрожи по всему телу.

— Ах ты бедненький! Наглая прошмандовка разделась и напала на твои причендалы, сожрав их! А ты и вырваться не мог! — ладошки сами собой сжимаются до побелевших костяшек. Меня просто трясёт от гнева.

— Я даже не договорил. Что ты паясничаешь, как дура?! Это просто случайность! — и я даже ушам своим не верю, когда слышу слова мужа. Мне кажется, что я ослышалась из-за этой чёртовой тряски. Марат сказал другое. Уши просто заложило.

Глупо хлопаю ресницами, ещё ещё. Прохожит несколько секунд и медленно до меня доходит. Он так и сказал.

Назвал измену в нашем супружеском ложе просто…

— Случайность?!!

— Марат, ты сейчас серьёзно?! Случайность?! — голос даёт слабину, вздрагивает при вскрике. Глаза мокреют. Чёрт! Я просто действительно не понимаю. Он правда серьёзно сейчас?! Ещё утром писал мне, как сильно любит, но стоило Анжеле начать раздеваться, как просто забыл об этом и решил кувыркаться с ней.

Так ведь не делают, когда любят! Передо мной хоть сотня голых мужчин бы стояла, но я выбрала бы Марата! Даже не смотря ни на кого больше!

Да, я женщина, а он мужчина, мы разные, но…но нет! Так нельзя! Это не повод. Это просто какой-то бред!

— Да. Серьёзно. — вот так легко он отвечает.

Это же просто мерзко. Это нечестно. Я ведь так верила ему. В нашу чистую, ничем не разрушаемую любовь. Что он мой единственный и неповторимый. Навсегда и никак иначе!

Как назло перед глазами встаёт картинка спальни, в которой Марат снова сидит на кровати, а между его ног старательная Анжела.