Твоя оторва - Ирина Васильевна Давыдова

― Ему тридцать четыре, уже можно и подумать о семье.

― Кать, я не лезу в это. Каждый решает сама, когда ему жениться или замуж выходить. Мне бы не хотелось из‐за этого портить с ним дружеские отношения.

― А давай его с кем‐нибудь познакомим, ― неожиданно предложила мама, отчего у меня глаза на лоб полезли, и я едва не подавилась коктейлем, который так не вовремя отпила.

― Все хорошо, Лиан?

― Да, мам, все нормально.

― Катюш, у него для развлечения есть девицы, не хочу, чтобы кто‐то знакомых влюбился и страдал. Давай не будем.

Не получится, папочка, я уже влюбилась и страдаю. И не знакомая, а твоя любимая дочка.

― Дочка, мы с мамой хотим еще одного ребенка. Ты не против? ― неожиданный вопрос прозвучал, когда я засыпала на лежаке.

― Что? ― одновременно произнесли с мамой и я перевела на нее взгляд.

― Юра, прекрати. Мы взрослые люди и…

― И у вас тоже бывает это, мам, я знаю, ― хмыкнула я, усаживаясь и собираясь сходить на кухню.

― Дочка умная, взрослая, все понимает.

― Лиана, мы еще не решили, не слушай папу.

― Мамуль, так, а мне что? Я буду рада братику или сестричке. Я уже взрослая и, если нужна будет помощь, всегда помогу.

― Лиана, запомни простую вещь, ты наша дочка, а не няня ребенка. Своих будешь нянчить и любить, а нашего только любить.

― Юр, я еще не согласилась…

Я улыбнулась и поднялась с лежака. Какие же они забавные. Нужно Карине позвонить, сестра обрадуется таким новостям.

― Ты же не откажешь мне? ― услышала я, входя на кухню.

― Но мне же вынашивать, и я уже не молода.

― Что? Тебе напомнить сколько тебе лет? Ты у меня еще девочка совсем.

Я ушла, решив, что некрасиво подслушивать разговор родителей. Но мне стало немного грустно. Будут ли у меня такие отношения с любимым мужчиной? И будет ли это Даниил?

Глава 3

Мама постучалась в начале девятого вечера. Я всеми силами старалась делать вид, что сплю, но она бы просто так не ушла, не узнав о моем самочувствии. Пришлось «просыпаться».

― Лиан, ты чего? У нас гость, а ты не выходишь.

― Мамуль, передай мои извинения ему, и скажи, что я приболела. У меня месячные и я себя плохо чувствую, ― снова вру, и главное, чтобы мама не вспомнила, что у меня уже были месячные как раз перед отпуском.

― Тошнит?

― Живот болит и спину тянет, все как обычно.

― Таблетку пила?

― Да, пока не очень.

Мама взяла меня за руку и наклонившись ко мне поближе, поинтересовалась:

― А когда я учила тебя врать?

Мои глаза полезли на лоб.

― Мам.

― У тебя месячные уже были. Цикл сбился?

― Да, цикл.

Она покачала головой.

― Ты же знаешь, я уважаю твое личное пространство и не стану проверять. Но мне не нравится, что ты меня обманула.

Мне тоже не нравится.

― Прости, мам.

― Что случилось? Почему ты не хочешь выйти к нам? ― я молчала, не зная, что нужно ответить. ― Не хочешь говорить?

Я покачала головой.

― Не нравится мне это, Лиана. Ты знакома с Даниилом?

― Я… мам, прости меня пожалуйста. Я больше не буду врать тебе. Но прошу, ни о чем не спрашивай.

― Я, кажется, понимаю к чему ты ведешь. И нет, дочка, я не могу не спрашивать, когда дело касается моих детей. Тебе больно, я вижу. Тебя кто‐то обидел?

― Нет.

― Давай говори мне, или я отца позову.

Я вздохнула и присела в кровати.

― Мам, это не честно. Ты же знаешь, он разнесет все вокруг, но узнает.

― Может потому я и хочу его помощи?

И что мне делать? Сказать маме правду? А как еще? Сама же только что сказала, что больше не будешь врать! Вот же дура!

В двери снова постучали.

― Девочки, ну вы где? ― в комнату заглянул папа. ― Гость ждет, а вы тут заперлись.

― Юр, Лиана плохо себя чувствует. Я сейчас приду.

― Что‐то серьезное? ― тут же заботливо поинтересовался отец.

― Нет, пап.

― Все хорошо, милый. Так бывает.

― Хорошо. Выздоравливай, дочка.

Я улыбнулась отцу и тут же заметила его заинтересованный взгляд на маме. Как они это делают?

― Сейчас подойду, ― кивнула она улыбаясь.

Я прикусила губу.

― И так, милая моя, сейчас я спущусь к мужчинам, но потом, ты мне обо всем расскажешь. Договорились?

― Мам, ты просила не врать. Правду я все равно не скажу.

― Ты влюбилась в него, что ли?

― Не скажу, ― едва не покраснев, ответила я и тут же отвела взгляд в сторону.

― Вот это да. Ладно, отдыхай. Принести мяса?

― Угу, ― словно нашкодивший котенок.

― Хорошо. Люблю тебя, дочка, ― она поцеловала меня в висок.

― И я тебя люблю, мам. Спасибо тебе.

Она повела головой и вышла, а я почувствовала себя свинье. Как же не люблю обманывать родителей. Но я не могла сказать им о своих чувствах к взрослому мужчине. Но как мама догадалась? Я понятия не имею.

Устав думать о том и об этом, я поднялась с кровати и прошла к окну. Жаль, мои окна выходили не