Солнце мира богов. Том первый - Анна Цой

правящий род Танатоса, были самыми странными созданиями, выведенными искусственно одним из своих древних представителей. Девятая раса демонов, как ненавидели себя называть они сами — поголовно попадающиеся исследователи и энтузиасты, отличные ото всех, пусть и не только внешностью, но и особой магией. Но обо всём по порядку. Серебровласые и зеленоглазые демонята, а также женщины их рода имели природную нетерпимость к солнцу. Этот мир пытался уничтожить биологически опасных существ, способных истребить своим человекоядным рационом всё население, однако тут появилась я и… всё всем испортила. Теперь Сахарный домик и столичные земли прикрывала большая бандура в виде ещё одного спутника, а мир уже три года синел от недостатка солнечного света, вбирая его от искусственных подкрепителей — магов или демонического дара Жизни своего Владыки.

И пусть сама я по солнцу скучала неимоверно, видеть его могли только в других угодьях Высших лордов, куда мой путь мог пролегать разве что во сне.

— Доброе утро, Элла! — обрадованный голос от окна, — выглядите… как всегда впечатляюще!

Опять его наказали? Честное висталочье, у Агератум совесть атрофировалась — сколько можно мучать голодом бедного младшего лорда?

— За мной! — по-командирски воскликнула я.

— Но леди приказала…

Я махнула рукой на его слова, отворила встроенную замаскированную под стену дверь, забежала по узкой лестнице и шагнула к своей двери, игнорируя вскрик толпы старших леди сбоку:

— Превеликий Цикл! В следующий раз ты будешь совсем не одета⁈

Улыбнулась им, кивнула и скользнула внутрь своей спальни. Затем, правда, опомнилась и вернулась, чтобы утянуть за собой вечно мнущегося парня и поймать «Ах!» от коридорных женщин.

— Наругает, — насупился он, наблюдая за тем, как я откидываю подушки в ноги кровати и надавливаю обеими руками на край матраса в изголовье.

Легкий бульк, который я каждый раз пропускаю и проваливаюсь, потому и бьюсь лбом в перекладину и шиплю, доставая припасённые на ночь пирожки. Я каждый раз оставляла их в леднике, чтобы местный Владыка пришел и съел их сам, прямо сообщая мне о похудении. Но я не сдавалась.

— На, — сунула ему тарелку я, — и ешь быстрее — Зигмунд будет держать их не более пяти минут.

Говорила ему это я, уже топая в ванную.

— Может, помочь тебе набрать воду? — понеслось вдогонку мне, — или… я не знаю.

Я приподняла бровь, воззрившись на него с сомнением. Его мальчишеское лицо порозовело, он откусил первый пирожок и опустил голову.

— Леди Агератум часто просит делать это вручную, — спалил он всех.

Если бы милая Гера знала, что про неё рассказывает мальчик, то меня уже прикопали бы в её любимой части сада. Причём, в самом неприглядном горшке для праха, выбранным ею лично.

— Можешь отправить мне маячок, а я в этот момент отправлю Владыку к ней в гости, — ничего лучше я не придумала.

Он поднял голову, откусил от пирожка второй раз, съел его полностью и качнул головой:

— Можешь в следующий раз припасти что-то без грибов? — он сквасился, — у тебя странные предпочтения, а я их терпеть не могу.

Я качнула в воздухе кулаком, забежала в ванную и вспомнила:

— Лерой, там ещё пряники были, но ты не успеешь, потому что…

В голове звякнул маячок. Дверь открылась так же резко, как это происходило обычно. Парень перестал пытаться залезть в мой кроватный схрон, обернулся, побледнел и выпрямился, спустив ногу с моей кровати. Я не успела опомниться, как он склонился и замер, пискнув короткое:

— Владыка!

Зигмунд чеканно дошагал до меня, прошёл в ванную первым и ответил уже со специально установленной для него резной лавочки:

— Уйди.

Я прикрыла дверь, оставив только свою голову, и добавила полушёпотом:

— И пряник возьми!

Послала импульс в схрон, открывая его этим, и исчезла за дверью ванной, где меня ждал разговор. А он был сдержанным и немного скрытным, как и сам собеседник у пустого бассейна.

— Я думала, ты подождёшь в лаборатории, — я зевнула от усталости, добрела до вентиля и повернула его на полную, — настолько интересно?

Я хрюкнула и принялась стягивать порядком надоевшие чулки.

— Да, — ровно ответил он.

Мне даже страшно представлять, что он сейчас чувствует и о чём думает. Только вот молчит как обычно, реагируя где-то внутри сознания. Его характер был для меня загадкой в какой-то мере, однако одну из черт я видела изначально — нерешительность. Не частое, но возможное стеснение, меланхолия и тревожность. Скажи я ему сейчас что угодно, он примет это, не сказав мне и слова упрёка.

— Никаких серьёзных отклонений от плана, — я вспомнила голубые глаза своей привязки, — у подопытного просто не было шансов, — перед глазами встала тормознутость Варга в первые мгновения, — знаешь же меня.

Второй чулок отправился на пол, а я приступила к рубашке.

— Сейчас смою с себя всю эту пакость и… знаешь какой затхлый там был этот… — я затупила, словив целую пачку воспоминаний, — который «таверна». Никогда в таких не была, а тут меня просто, — хмык, — принесли туда. Я, пока его ждала, успела выпить, а потом, когда ещё этот спор, — рубашка полетела вниз, — и этот Виктор, который зачем-то привязался. Чувствовал он меня что ли?

Я откинула чужую рубашку, подметив то, как повёл носом Хакгард, узнав запах её бывшего владельца. И продолжила расслабленно болтать так, как любила делать это в его присутствии. Он в какой-то мере был идеальным собеседником, потому как почти всегда молчал, позволяя болтливой не по делу мне нести всякую чушь.

— Но ты не переживай — если меня будут искать, то точно не здесь, — ноги ступили в теплую водичку, отчего на душе стало в разы приятнее, — может только если потом. М! Ты бы записал анамнез, пока я не легла спать, — у меня вырвался смешок, — я, помимо того, что четыре часа там просидела, цедя это безвкусное вино, так ещё потом эти… тот, — поправилась я, — хотя, всё прошло вполне интересно, а даже не симулировала.

Я подарила ему улыбку, вытянула ноги в водичке и напомнила, ни капли не смущаясь под его ревнивым взглядом:

— Дневник перенеси. Или, нет! Давай я сама потом, у меня почерк всё равно лучше, — несколько поспешных кивков под его пронзающим взглядом.

Но он даже слова не скажет, я в этом уверена больше, чем в самой себе.

— Интересно, ребёнок будет черноглазым или больше похожим на меня? — я выдохнула и откинулась спиной назад, давя на губах улыбку и прижимая ладонь к животу, — но то, что это девочка, я гаран…

Я резко села и почти вдавила руку в собственный живот, сканируя крохотную уже зародившуюся клеточку. В голове