Рай в шалаше - Патриция Хэган

Элтон Синклер сразу понял: что-то произошло. Впрочем, за клубничным десертом Твайла не промолвила ни слова. Непривычно молчаливая Анджела почти не притронулась к своему печенью. Единственным человеком, который непринужденно вел себя за столом и ел с большим аппетитом, была Клодия. Глаза ее сияли, словно она только что узнала какой-то важный секрет. Почуяв неладное, Элтон предпочел молчать. У Твайлы было правило: избегать некоторых тем за едой; в их число входило и обсуждение семейных проблем.

Тем не менее долго выдерживать такую напряженную обстановку хозяин дома не мог. Когда подали первое блюдо – жареные креветки с капустой, он кивком велел слуге наполнить бокал холодным мускатом и попытался сам завести разговор.

– Кажется, в этом году сахар получится лучше, чем в прошлом, – с гордостью заявил Элтон, ни к кому конкретно не обращаясь. – Полагаю, что будет около тысячи бочек.

Кисло улыбнувшись, Твайла равнодушно проговорила:

– Просто чудесно, дорогой.

– Это все, что вы можете сказать? – возмутилась Клодия. – Чудесно? Только и всего? Мама, да известно ли вам, что каждая бочка весит больше тысячи фунтов? Тысяча бочек! Да это же настоящий рекорд для Бель-Клера!

– Знаю-знаю, – кивнула Твайла, явно не заинтересовавшаяся этим сообщением. – Я же веду все домовые книги, Клодия, ты не забыла?

– Тем более вы должны радоваться! – Клодия повернулась к Элтону. – Папа, это просто замечательно! Чудесно! Я в восторге!

Вопросительно взглянув на Анджелу, Синклер понял, что в мыслях его дочь находится за тысячи миль от дома. Что же могло произойти? Чем занята ее головка? Уж во всяком случае не романтическими грезами о Реймонде Дювале. Элтон давно заподозрил, что дочь относится к грядущему замужеству, как к выгодной сделке, и не более того. Собственно, так оно и было. Он ведь и сам женился на Твайле по договоренности родителей. Но Анджела еще так юна. Его девочка успокоится, когда у нее появится собственная семья; она будет счастлива, а все нынешние тревоги забудутся.

Элтон попытался сосредоточиться на обеде, но мысли его то и дело возвращались к Анджеле. Как бы он хотел, чтобы после замужества она осталась жить в Бель-Клере! У него не было сыновей, о которых он мечтал, но Анджелой он заслуженно гордился. Жаль, что ей придется переехать в город, ведь она могла бы стать настоящей женой плантатора – такой, как Твайла, которая умудрялась одновременно быть хорошей матерью, хозяйкой и наставницей домашних рабов. При этом Твайла еще вела большую часть счетов. А ведь Бель-Клер славился своим сеном, фасолью, ирландской картошкой, горохом; здесь выращивали свиней, быков, лошадей, мулов, овец. Рабы изготавливали сахар и кирпичи, чинили обувь, делали телеги да еще работали при этом на хлопковых полях. У Синклеров было много квалифицированных работников – кузнецов, механиков, инженеров, кожемяк, мельников. И всеми этими людьми Твайла прекрасно управляла.

А начал дело отец Элтона – Эверет Синклер, приехавший в Америку в конце восемнадцатого столетия. Его мечтой было стать удачливым хлопководом. Это он построил большой особняк и назвал его Бель-Клером.

Когда после смерти отца хозяйство полностью перешло в руки Элтона, он решил, что рабы, трудившиеся на плантации (а каждый из них стоил почти две тысячи долларов), не должны заниматься другой работой. Поэтому он стал нанимать ирландских эмигрантов, и те рыли каналы, вырубали лес и пахали землю. Вскоре Элтон пришел к выводу, что не стоит отказываться и от услуг каджунов.