Волчья ягода - Наталья Юрай

— Прошу гостевать, девица жданная!

— Кем это жданная?

Но ответа не последовало.

Деревянные ступеньки слегка поскрипывали под ногами, и отчего-то вспомнился бабушкин старый деревенский дом. Мурашки пошли по коже, и я передернула плечами, отгоняя непрошенные мысли. Нельзя расслабляться, нужно разобраться, чего от меня хотят. Хозяин шёл сзади, отсекая пути к бегству. Такого здорового легко не оттолкнуть, ещё и сдачи даст — с него станется! Внутри было как в сказке. Нет, правда — у меня в детской книжке про Сивку-Бурку был изображён именно такой расписной зал с длинными столами и скамьями, с деревянным царским троном.

— Проходи, садись. Есть хочешь?

Что-то неуловимо изменилось в стиле общения.

— Хочу. Только не кисель!

— Хм... Это ты зря. Кисель здесь варят овсяный, от всех хворей полезный. Витаминов полно и микроэлементов. Клетчатка опять же!

— Слушайте, если вы моё тело на органы решили пустить, то это зря. Меня ведь ищут уже!

Мстислав Годинович снял шапку и небрежно бросил ее на стол. Чуть влажные от пота волосы прилипли ко лбу, и он пальцами зачесал их назад. Теперь можно было дать ему лет этак тридцать — тридцать пять. Не старый ещё мужик. Симпатичный.

— А если вы рассчитывает на выкуп, то единственное, что могу предложить, это отцовская «семёрка», которую я где-то потеряла. Понимаю, трудно в это поверить, но так и есть. Честно.

Хлопнув в ладоши, хозяин сел на свой трон с высокой спинкой и откинулся назад. Как любят вот такие люди изображать из себя вершителей судеб. Сидит, наверное, на бюджете, туризм внутренний развивает и наслаждается властью. В комнату вошли давешние девушки и принесли глубокие миски с едой, хлеб и крынку с каким-то напитком.

— Поешь. Еда успокаивает и настраивает на мирный лад.

Меня не нужно было уговаривать, тем более, что прямо перед носом поблескивали золотистыми бочками куриные ножки, искрилось капельками влаги сбитое в горку масло, а ржаной каравай пах так вкусно, что рот моментально наполнился слюной.

— Давайте так, — прожевав нежнейшее мясо, я совершенно по-свински утёрла ладонью жирную струйку, сбегающую с подбородка, — вы меня просто докинете до Кленового стана, и мы разойдёмся без обид. Зачем вам проблемы?

— Не могу, — Мстислав вытянул ноги, отчего слегка съехал вперёд, — нет твоего Кленового стана.

— То есть как? — кусок хлеба с маслом намертво застрял в горле, я начала задыхаться, но выкашлять проблему не удавалось.

Хозяин вскочил, в два прыжка оказался рядом, подхватил под живот и резко вскинул моё тело вверх. Злополучный кусочек вылетел изо рта, но горло нещадно саднило, из глаз и носа потекло. Мстислав принялся вытирать влагу с моего лица полотенцем.

— Когда я ем, я глух и нем. Слыхала про такое?

— Еще в детском саду. — дыхание постепенно выравнивалось, и я с благодарностью приняла из рук спасителя кружку с напитком, напоминающим не слишком сладкий компот.

— Узвар ягодный. Нынче год был урожайный, запасов сделали много.

— Понятно. Финансирование урезали, да? На подножный корм перешли?

— Ничего тебе не понятно, Женя!

— Точно! Не понятно, как это — нет Кленового стана?

— Не появился ещё. Ну, или появился, но не здесь. Ты в другую реальность попала, милая.

— Ой, выходите уже из роли, я вам не наивная туристка. Меня это вот всё совершенно не удивляет. Даже ваше водевильное имечко: Мстислав! А чего не Вещий Олег или Ярослав Мудрый, к примеру? Совершенно не впечатляющую постановку разыгрываете!

Резко нагнувшись к моему уху, Мстислав прошептал:

— Погоди, впечатлений будет еще много!

— Только не говорите, что у вас тут подпольный бордель, и вы девушек на трассе воруете. Ей-богу не смешно!

— Трассы тоже нет! — белые зубы вонзились в куриное мясо, и мое сердце пропустило один удар: клыки у Мстислава были чуть длиннее и острее человеческих. Может, он вампир? Ну, а что, ворует людей, кровь из них пьёт. Глотнув узвара, я хрипло поинтересовалась:

— Денег на солярку для грейдера тоже не выделяют? Тяжко вам приходится!

— Грейдеров нет, солярки, дорог и асфальта. Автобусов, электричек, автомобилей и даже велосипедов. Не-ту!

— Не смешно!

— А я и не смеюсь, милочка. Сквозь дыру ты прошла. Как и другие.

— Дыру? Какую дыру? Сами-то верите в свой бред?

— Все стадии прошёл, хотя было тяжело. Но, как видишь, освоился. Обжился. И тебе советую. Кстати, ты бы одежду сменила, а то народ у меня простой, без затей. Завалят и своё возьмут.

— Своё?

— Твоё, Женя.

И тут я задала мучивший меня вопрос:

— А почему жданная? Откуда знали, что я потеряюсь, и вы меня найдёте?

— Знак был, люди видели. Студенец вроде как сигнал посылает, что готов заморозить очередную перешедшую портал жертву — сполохи в небе запускает над тем местом, где человек погибает. Вот тебя Ляшка и нашёл.

— Кто?

— Ляшка, у которого ты в избе ночевала.

— Ну и имечко!

— Какое уж есть.

— А Студенец кто? Местный маньяк? — этот придурок перестанет издеваться надо мной или нет?

— Можно и так сказать, — хозяин улыбнулся.

— Прикольно у вас тут всё организовано. Весело. Хорошо, ну сани-то есть в вашем хозяйстве? Я готова ехать на санях до ближайшего населенного пункта, где есть телефон и электричество.

— Ты не поняла. Отсюда невозможно уехать. Из этого мира. Да и не ищет тебя никто.

— Ищут, ищут!

— Подумай хорошенько...

И тут я вспомнила разговор с теткой, и той, другой Евгенией. Сразу пропали аппетит и настроение. Я еще разберусь, что за дела творятся в моей семье!

— Хорошо, дам тебе возможность самой во всём убедиться. — Мстислав смачно облизал пальцы и зычно крикнул:

— Волче!

Тот, кого звали, не показывался минуты две, хозяин встал и, добавив к крику удар кулаком по столу, рявкнул со злостью:

— Волче, пёсий сын! Шкуру спущу!

Скрипнула дверь под низкой притолокой, и в гостиную, или как там её называют, вошел мужчина, одетый в серые меха с ног до головы: шапка, полушубок странные сапоги, чем-то напоминающие сибирский пимы. Серая гора поклонился своему господину и что-то буркнул.

— Давно плетей не получал? Приспалось ему! С чего приспалось-то? С кем приспалось? Опять у бабы какой меж грудей? Сколько раз говорено: не порть мне девок! Где обещанный глухарь?