Хозяйка магического экспресса - Анастасия Милованова

— Маркус Риглер Фаст, — надменно вскинув подбородок, начинаю я, — или ты сейчас же объяснишь, какого межмирья ты тут забыл, или я высаживаю тебя на каком-нибудь богами забытом островке!

Фаст закатывает глаза и уже собирается выдать что-то очень остроумное, как из-за моей спины доносится громогласное:

— Маркус, дружище, ты ли это? — я оборачиваюсь и вижу, как к нам по коридору шагает Освальд.

Из-за своего высокого роста и мощной мускулатуры муж Миранды и вне поезда выглядит угрожающе, а в тесном проходе склада так и вовсе пугает до жути. Но сейчас я ему рада — чем дольше я нахожусь с Маркусом наедине, тем тяжелее мне становится. Давно забытые воспоминания и похороненные чувства слишком резво решили напомнить о себе.

— Ос, брат, как я рад тебя видеть! — Фаст проскальзывает мимо меня, направляясь к машинисту. А по совместительству инженеру, охраннику и мастеру-на-все-руки.

— Вальд! — на хищном лице Освальда вспыхивает предупреждающая улыбка. — Совсем забыл, что за "Оса" тебе не раз влетало!

Они пожимают руки, а потом, рассмеявшись, сжимают друг друга в дружеских объятиях. А мне остаётся лишь нервно закусить губу. Не такого приёма для Фаста я ожидала. Рассчитывала, что Вальд, помня, в каком я была состоянии после исчезновения этого жулика, как минимум отвесит ему знатных затрещин.

— Как же не помнить! — похлопывая Вальда по плечу, произносит Маркус и отступает назад. — Дружище, да ты стал ещё больше! Чем тебя таким убойным Миранда кормит?

— А ты бы не шлялся где-то на задворках миров, может, и знал бы! — усмехается машинист и смотрит на меня. — А где наш лазутчик, хозяйка? Миранда мне в трубку так шипела, что я чуть не оглох спросонья.

Я молча киваю в сторону Фаста и с удовольствием наблюдаю за резко приподнявшимися бровями Вальда.

— Это наш Маркус и лазутчик? Да не поверю. Он, конечно, тот ещё прохвост, но точно не вредитель!

— Ой, да ну вас, — наконец, не выдерживаю я, — меня там Розмари и Мири ждут.

Краем глаза замечаю, как моментально меняется выражение лица Фаста. Голубые глаза темнеют, на лбу залегает глубокая морщина.

— Как Рози? — он придвигается ко мне и испытывающе смотрит в глаза.

— В порядке, — я несколько ошарашенно отстраняюсь от него, всё время пытаясь придерживаться хоть какой-то дистанции между нами. А потом догадка вспыхивает в моей голове. — Ты что? Тот самый папа-пират?!

— Он самый! — тут же ориентируется Маркус и вновь растягивает губы в нахальной улыбке.

А я ему не верю. Да быть такого не может!

— Мне-то не ври! Какой из тебя папаша? Ты же только о себе и способен заботиться! — я не осознанно начинаю на него наступать, чеканя каждое слово выговором. Пока очередная пугающая мысль не мелькает в моей голове, — Ты что, украл девочку?!

Недоумение в глазах Маркуса сменяется злостью, которой я раньше не видела в его взгляде. Никогда Фаст не смотрел на меня с такой неприкрытой агрессией.

— Ерунды не говори, — цедит плут и принимается приводить в порядок свою одежду, явно пытаясь успокоиться. — Рози… Да, она мне не родная, но она моя подопечная и я отвечаю за неё.

— Так отвечаешь, что бедняжке пришлось прятаться в моей ванной от жердей? — я складываю руки на груди и скептически поглядываю на Маркуса. Знаю, как его бесит, когда я начинаю его отчитывать.

— Ой, вот не надо мне тут выговаривать, — Фаст не обманывает моих ожиданий, взрываясь, как и раньше. — Мы так и так планировали попроситься к тебе пассажирами, кто ж знал, что за нами увяжется патруль!

— Ребята, ребята! — прерывает нашу перепалку Освальд, сгребая нас обоих в охапку. — Пойдемте-ка лучше чаю попьём? Мири там, наверное, уже вся извелась!

Здоровяк не выпускает нас из своих примирительных объятий и в таком виде ведёт в столовую. А я вспоминаю детство, когда точно так же Освальд разнимал нас с Маркусом, когда тот в очередной раз устраивал мне розыгрыш.

Мне было десять лет, когда я попала на "Торопыгу" — точно так же, как и малышка Розмари, залезла в первый попавшийся состав, лишь бы скрыться от преследователей. Только в отличие от девчушки — я была совсем одна. Мой мир был разрушен, а семья погибла…

Долгое время я скиталась по мирам, где-то проезжая "зайцем", а куда-то попадая в неконтролируемом прыжке меж граней. Вот как раз после одного из таких скачков, когда я была обессилена и с трудом понимала, что происходит, на меня вышел патруль жандармов. Дядя Руперт не просто спас меня. Он принял меня в свою семью, в которой, помимо наёмных рабочих, уже были беспризорники Мири и Освальд. И Маркус. Обаятельный, бесстрашный и с напрочь отсутствующим инстинктом самосохранения. Для той меня он казался идеальным! Ключевое слово "казался"…

— Папа! — Розмари бросается к Фасту, как только мы входим в столовую.

Девочка виснет на Фасте, ловко изображая маленькую обезьянку, цепляется за его бежевое пальто. Только сейчас я замечаю, как плохо выглядит Маркус. Потрёпанная одежда, невидимые в полутьме склада, тени под его глазами, явно не небрежная щетина на щеках — всё это говорит мне, что старый "друг" долгое время скитался. И путь его был не лёгок.

— Малышка! — Маркус сжимает девочку в крепких объятиях и от души целует в макушку. — Как ты тут? Не обижали?

— Нет, — Розмари широко улыбается и бросает на меня хитрый взгляд. — Гратти Агата меня спрятала, как ты и говорил!

— Гратта, — машинально поправляю я и отвожу глаза, почему-то не в силах смотреть на эту милую картину.

Маркус не признался в отцовстве, но мне достаточно видеть реакцию Розмари — не всякого мужчину ребёнок назовёт "папой".

— Я и не сомневался. Агата никогда твоего папу не подводила! — наглец подмигивает мне, перехватывает поудобнее малышку и шагает в глубину вагона. — Миранда, душа моя, накормишь доброго странника?

Моя помощница, всё это время с интересом вглядывавшаяся в нашу компашку, выходит из-за стойки и, уперев руки в бока, выдаёт:

— Маркус Риглер Фаст, да чтоб у тебя все рельсы под ногами спутались, где тебя межмирье носило?

А я в который