Спорим на желание? - Кристина Майер

– Уверена, что он поправится, – я не уверена, я боюсь, что тот мог умереть. Не хочу даже думать об этом и косвенно быть замешанной в убийстве человека. Кошусь на парня, избившего Геру. Он тоже смотрит на меня. Ощущение, что злится. Мы на миг встречаемся взглядами, он мой словно удерживает, не позволяет отвести его в сторону.

– Арданов, на выход, – к решетке подходит молоденький полицейский, заметно нервничая, открывает дверь.

– Позвони своим, – бросает Грач, не скрывая обиды, не глядит на друга. Руслан поднимается, но, прежде чем выйти, негромко, но требовательно произносит:

– Девочку с собой забери.

– Не было таких распоряжений, – чуть ли не заикаясь, отвечает полицейский.

– Девочку забери с собой, – повторяет сквозь зубы.

– Ломакина, на выход, – не просто удивляюсь, пребываю в шоке, что полицейский послушался преступника.

Переглядываюсь с Антоном, он сжимает мою руку, но сорвавшееся в места сердце это никак не успокаивает. Руслан не смотрит в нашу сторону, но не уходит, будто ждет, когда я выйду.

– Ломакина, ты глухая? – со мной полицейский куда смелее.

Неприятно, что мужики в погонах силу демонстрирует на слабых. Поднимаюсь и иду на выход. Зло усмехаясь, взглядом меня провожает Грач.

Надеюсь, мы больше никогда с ним не встретимся.

Руслан входит в кабинет начальника отдела. Именно об этом гласит табличка на двери, а я остаюсь в коридоре вместе с молодым полицейским. Здесь есть скамьи с тремя откидными стульями, ощущение, что они из прошлого века. Достались отделению после ремонта какого-то театра, выкинуть было жалко, вот и раздали по участкам. Стены давно не крашены, на окнах решетки. Атмосфера гнетущая и тяжелая, но больше всего раздражает въевшийся во все поверхности запах табака, будто это курильня, а не отдел полиции. Опускаю одно из сидений, присаживаюсь на самый край, будто готова в любой момент отсюда сбежать. Молодой полицейский стоит рядом, словно чувствуя мое желание. Ощущаю его взгляд на своем лице, старательно делаю вид, что не замечаю его внимания.

– Ты с ними была? – в голосе слышится недоумение. Понял, что не за ту меня принял?

– Нет, – мотнув головой. – Я домой шла с работы, а у подъезда драка.

– Дома знают, что ты здесь? – обводит головой помещение. Тон его голоса меняется.

– Нет.

– На, – протягивает телефон, – позвони.

– Номер не помню, – это неправда, мамы и папы номера знаю с детства. Помню и номер Марины, но звонить, да еще с незнакомого номера...

– Хотя бы несколько номеров нужно всегда держать в голове. Никуда не уходи, – разворачивается и уходит.

Отсюда уйдешь без вашего разрешения...

Возвращается полицейский через пару минут, протягивает мой телефон.

– Я сообщение напишу, – поясняю, прежде чем включить экран. Не рискну при ком-то звонить отцу, рядом наверняка будет сидеть Валя и все слушать.

Пропущенных звонков нет, что не может меня не радовать. Марина обычно звонит перед тем, как я ложусь спать, уточняет, все ли дома в порядке.

«Я с подругами. Немного задержусь»

Телефон мне оставили. Отец сообщения так и не прочитал. Обычно они с Валей рано закрываются в спальне. Если он так и не узнает, что я не дома, удалю сообщение.

А дальше все очень быстро завертелось. По коридору шли двое высоких крепких мужчин старше тридцати. По телу прошлась легкая дрожь, их приезд не был случаен. Столько власти и уверенности в каждом движении могут демонстрировать только очень влиятельные люди. Прошли мимо меня, словно не заметили.

Мой «охранник» бегает из кабинета в кабинет. За дверьми начальника отдела было тихо, будто ничего не происходило. Договариваются? О чем?

Антона вызвали в кабинет, но минут через десять отправили в больницу. Вызвали в кабинет и Грача. Я ждала, когда же возьмут у меня показания. Нервно теребя в руках телефон, посматривала на часы.

– Всего доброго, – вышел провожать мужчин начальник.

Рассматриваю новое лицо, потому что заняться нечем. Чуть старше сорока, выше среднего роста, голубые, глубоко посаженные глаза, крупный нос, спортзал, судя по округлой фигуре, не посещает.

– Идем, – кивает мне Руслан, который выходит со своим другом следом за мужчинами. Я уже думала, что стала невидимкой, последние полчаса на меня никто не обращал внимания.

Не спрашиваю, куда и зачем. Очень надеюсь, что на выход.

– Отцу позвони, – один из мужчин бросает Арданову. Фамилию запоминаю, как и лица мужчин. Пока не знаю, для чего.

– Позвоню, – сухо. Мужчины больше ничего не добавляют.

Нам возвращают на проходной все вещи. Закинув сумочку на плечо, одной из первых оказываюсь на крыльце. Осматриваюсь, в какую сторону идти. Может, прямо сюда вызвать такси?

– Пойдем, довезу тебя до дома, – обходит меня Руслан, останавливается напротив. – Мне все равно машину со двора забирать...

Глава 5

Влада

– Спасибо, я сама доберусь, – не чувствую в его предложении подвоха, но ехать с ним отказываюсь. Он меня пугает. Холодный, отстраненный и очень жестокий. В моем воображении он представляется в роли маньяка. Я не забыла, как он избивал Геру и Антона: играючи, равнодушно, четкими, выверенными движениями, словно робот-убийца.

– Садись в машину, – повелительно, когда возле крыльца останавливается темный, полностью тонированный внедорожник. Ассоциации такие в голове, что я оглядываюсь на запертую дверь полицейского участка. Там было не так страшно.

– Руслан Ахметович, едем? – спрыгивает с подножки молодой улыбчивый парень, в ушах гарнитура, а за спиной кобура. Вряд ли это игрушка. Открывает дверь, вижу, что спереди сидит еще один мужчина. Отступаю на пару шагов, прижимаюсь спиной к двери.

– Меня подкинешь? – откинув полы удлиненного пуховика, Грач прячет руки в карманах. Стоит на нижней ступеньке и смотрит насмешливо. Глаза при этом остаются холодными и злыми.

– К Аслану подойди, он в центр едет, – не глядя на товарища, бросает Руслан. – Идем, не бойся, – тут же обращается ко мне. – Ребята из охраны. Тебя никто не обидит, – его голос внушает доверие, будто кто-то сидит внутри и требует поверить, но мой мозг сопротивляется. Я видела своими глазами, насколько он может быть жестоким.

– Спасибо, но... – стараюсь вежливо отказать. – Я такси вызову, – вежливость хромает, потому что я чуть ли не заикаюсь. Руслан до сих пор стоит в распахнутой куртке, не спешит закрыть