Черт побери! - Кейти МакАлистер

«Тебе не надо уступать чему бы то ни было», – нашептывал в моей голове вкрадчивый голос. «Зачем подчиняться, когда ты можешь властвовать? У тебя есть сила, Эшлинг Грей. Используй же ее для защиты своего супруга».

– Заткнись! – прорычала я, яростно промокая, выкатившиеся из глаз слезы.

– Голоса? – спросил дядя Дэмиен Джима, насторожено глядя на меня.

– Темная сила. Она с ней говорит.

– Темная сила?

– Тебе лучше не знать, – проговорила я, шмыгнув носом и предпринимая попытки не дать слезам уничтожить макияж, на который моя мачеха потратила кучу времени, приводя меня в божеский вид. Ощущения от переизбытка влаги в глазах были неприятными. Я старалась хоть как-то это исправить, но сделала только хуже.

– Вот черт! По-моему, у меня контактная линза выпала. Стоять! Не двигаться!

Я присела на корточки и, стараясь не подметать подолом платья пол, принялась высматривать пропажу. Джим тоже приобщился, обнюхивая все вокруг.

– Нашла. Фух. – Я поднялась, держа контактную линзу на кончике пальца, и, выдавив из себя улыбку, потянулась к сумке.

Испуганный вздох заставил меня замереть с бутылочкой жидкости для очистки линз в руках. Дядя поднял мой подбородок и всмотрелся в лицо.

– Что за чертовщина с твоими глазами? И это что, кровь?

Я скомкала салфетки, которыми вытирала слезы.

– Это временно. Надеюсь. Я… ох, слишком долго рассказывать. Если перейти сразу к концу, то меня отлучили и один из побочных эффектов отлучения – смена цвета глаз и кровавые слезы.

– «Отлучили»? Разве это не то же самое, что «прокляли»?

– Я тоже так думала. Но насколько я поняла из объяснений, это лишь одна ступень на пути к вечному проклятию. Должен быть способ избавиться от него, но нам пока не удалось выяснить, как обратить процесс. В принципе, физические изменения несущественны, хотя белые глаза и выглядят слегка чудно. Поэтому чтобы не пугать людей, я ношу цветные контактные линзы.

У него заняло какое-то время переварить поученную информацию. Завершив процесс, он кивнул и вынес вердикт:

– Умно.

– И мы так думаем. – Я прочистила линзу и, используя карманное зеркальце, вернула ее на место. Только я вытерла оставшиеся кровавые разводы, как дверь распахнулась.

– … и я сказала ей, что глупо заниматься организацией свадьбы самой, когда у нее есть я. Но вы же знаете, преподобный Миллер, все девушки в наши дни такие… упертые, всегда и во всем, собственно и Эшлинг в том числе. О, моя дорогая, где он? – Паула схватила меня за руки и слегка их сжала. – Уже час прошел, а преподобный Миллер говорит, что через тридцать минут назначены крестины!

– Мне очень жаль, что приходится вас торопить, – произнес священник, на его лице отражалось искренняя обеспокоенность. – Видите ли, у четы Маккензи тройняшки, а мистер Маккензи состоит барабанщиком в одной из тех рок-групп, которые откусывают головы у шоколадных летучих мышей[2]. Так вот, они уже здесь и готовы предстать перед прессой… ну, и… я сожалею, но мистер Маккензи настаивает, чтобы мы приступили к обряду.

– Конечно, – успокоила я его, приняв быстрое решение. – Я прошу прощения, что мы вас так сильно задержали. Пожалуйста, передайте ему, что мы испаримся буквально через несколько минут. Джим, служить. Молча.

Мой демон одарил меня взглядом, в котором читалось, что он прекрасно понимает, когда ему отдают приказ и мне это еще припомнят.

– О, Эшлинг, это ужасно, просто ужасно. Дэмиен, где он? Неужели мы ничего не можем сделать?

Оставив мачеху заламывать руки и жаловаться дяде Дэмиену, я направилась в основную часть церкви. Сделав глубокий вдох, я ощутила обычные для этого места запахи воска и древесины, дополненные пьянящей ноткой белых роз, которыми была украшена каждая скамейка. Разговоры всех присутствующих, а их насчитывалось около трех сотен, стихли мгновенно, и они выжидательно посмотрели на меня. Я нервно улыбнулась, разглядев в толпе парочку знакомых лиц. Из моей семьи на свадьбу приехало всего несколько человек: мой отец, мачеха, дядя и две кузины, которые как раз направлялись обратно в Штаты после года работы в коммуне где-то в Италии. Драконов я почти не знала, многие пришли сюда только из уважения к Дрейку.

– Эй! Пошевеливайтесь уже! – выкрикнул кто-то у входа в церковь, где стояла толпа народа с замысловатыми прическами и в готическом прикиде – определенно это и есть та самая рок-звезда и компания.

– Прошу минуточку внимания. Всем привет. У нас возникли непредвиденные трудности, и, боюсь, свадьбу сегодня придется отменить. Дрейк задерживается, а в церкви вот-вот должны начаться крестины. Хочу поблагодарить всех вас за то, что почтили нас своим присутствием и сказать – мне жаль, что ничего не получилось. Но мы попробуем повторить… э-э, – я посмотрела влево туда, где стоял священник. – У вас найдется завтра время?

Он призадумался.

– Я мог бы выделить вам час после полудня. Скажем в три, подходит?

– Да, спасибо. Все – завтра в три часа. Я пойму если вы не сможете присутствовать, но тех, кто придет, я буду искренне рада видеть.

Стоило мне замолчать, как помещение наполнилось гулом разговоров. На меня тотчас накинулись кузины с вопросами. Пообещав объяснить все позже, я быстренько отделалась от них, так как передо мной возникла другая знакомая фигура.

– Mon amie, в этом платье ты выглядишь просто очаровательно. Но что случилось с Дрейком?

– Рене, рада тебя видеть, – улыбнулась я, когда он меня обнял. – Где твоя жена?

Его глаза улыбались вместе со всем прилагающимся.

– Ах, она страдает от аллергии, помнишь я рассказывал? И так получилось, что именно сейчас ее одолел синусит[3], чувствует себя ужасно. Она очень удручена тем, что приходится пропускать твою свадьбу, но, похоже, это уже не важно.

– Мне жаль, что она заболела. И, да, все пошло коту под хвост. Может… э… ты слышал что-нибудь о Дрейке?

Улыбка Рене слегка померкла.

– Это совсем не так работает, ты же понимаешь?

– Знаю, просто подумала, что раз ты приставлен ко мне, то возможно тебе известно, что случилось с Дрейком. В смысле, это же оказывает непосредственное влияние на мое