Параллель - Яра Князева

– Почти уже добрались, прорычал Лев.

– Ты уверен, что стоит нести ее к Амарильс?

– У тебя есть другие предложения? Если хочешь, давай отнесем ее к Аргельсам, хотя, мне казалось, ты не особо рвешься увидеться с Прокс, или все уже наоборот? – лев заинтересованно посмотрел на медведя.

– Сколько можно вспоминать эту историю, Ален? – разозлился медведь, я уже сто раз говорил…

– Фух. Пришли.

Перед странной компанией величественно возвышался белый дом с пятью колоннами, одну из которых обвивал виноград. По бокам, на стенах были вылеплены вензеля. От дома в великолепный сад, весь засаженный цветами, вела извилистая дорожка из розового гранита. В воздухе пахло ароматом редких цветов и трав. Вдалеке как будто играла свирель и слышались отголоски песен.

– Пароль, прожурчал ласковый голосочек.

Лев подошел к ручью, изгибающемуся около его ног.

– Какой еще пароль, наяда?

Послышался веселый смех, всплеск и на встречу им вышла девушка в полупрозрачном синем платье. Каждое ее движение, каждое слово напоминало журчание ручейка. У нее были необычайно красивые пепельные длинные волосы, почти до пояса, ниспадающие волнами по белым рукам. Глаза были голубого цвета с вкраплениями грозовых тучек у зрачка. Правую руку обвивала лилия.

– Уж и пошутить нельзя, мой грозный лев, сказала наяда, поглаживая его морду. От ее прикосновений казалось, он сейчас замурлычет, аки домашняя кошечка.

– Кхм-кхм. Мы по делу, наяда. Как всегда, со свойственной ему скромностью сказал Макс. Амарильс дома?

– Амарильс… да, кажется, да.. а что случилось? – проговорила наяда, косясь на Алена… и на его странную ношу..

– Боже мой! Кто это? – В ужасе девушка-ручей шарахнулась в сторону.

– Не бойся, кто бы это ни был – она все равно без сознания.

Но наяда уже успела скрыться в своей стихии, явно не собираясь слушать их дальнейшие объяснения.

– Как всегда, в своем репертуаре, пробурчал Макс. И как ты это терпишь?

– Ладно, пошли, – лев был явно расстроен.

– Фу-ты, какой яркий свет, не понимаю, зачем зажигать столько свечей, они что, слепые что ли? – пробурчал Ален, оглядываясь вокруг. – Судя по всему Ри у себя в комнате, позови ее, Макс, а я пока поищу Вивьет. Девчонку оставим здесь, думаю, она сейчас не в состоянии сбежать.

Девушка, все еще боявшаяся открыть глаза, почувствовала прикосновение огромных львиных лап с острыми когтями, которые очень бережно положили ее на что-то теплое и мягкое. Еще пару минут она лежала в темноте и прислушивалась. Кажется, ушли. Очень осторожно она приоткрыла глаза и начала осматриваться по сторонам.

Это был огромный белый зал с полом в виде шахматной доски, у стен было несколько белых кожаных диванов, а в правом углу у окна стоял рояль, расписанный красными розами. Повсюду горели свечи и стояли цветы. В центре находился небольшой журнальный столик, как ни странно тоже белый, вокруг которого стояло четыре стула. После долгого времени, проведенного в темноте, глазам было очень трудно привыкнуть к столь яркому освещению, поэтому девушке вновь пришлось зажмуриться, что было очень кстати, так как за дверью послышались голоса. Два мужских были уже ей знакомы, а вот женские она слышала впервые.

– По-моему, принести ее сюда было не самой лучшей идеей, Ален. Сказал более низкий женский голос. Даже если все то, что ты говоришь, – правда.

– Но Амарильс, мы же не могли оставить ее там?

– Да, но ты бы мог отнести ее к Аргельсам, уж они всегда могут за себя постоять, а вот если они нагрянут в мой дом… с горечью произнес второй, более высокий женский голос.

– Будет тебе, Вивьет, – вступился за друга Макс. – Можно подумать, вы не в силах себя защитить.

– Что могут две слабые женщины, Макс? Кокетливо возразила Вивьет, и подмигнула Амарильс.

Так. Ну это уже совсем бред. Начнем все свои воспоминания сначала, подумала девушка. Видимо, я умерла. Но вообще, я как-то по-другому представляла себе рай и ад… или куда там мы попадаем после смерти. Вряд ли же мы попадаем в лес… Хм. Однако именно туда я сначала и попала. Может я не умерла, может я всего лишь на всего получила большие травмы, когда упала под этот поезд и сейчас в коме? Хотя как можно было выжить после такого? ОК. Надо сосредоточиться. И еще раз все проверить. Зажмурим глаза.. и так сначала вокруг была темнота и сырость, видимо недавно прошел дождь. Вокруг деревья, а лежала я на траве. Видимо на какой-то лесной лужайке. Невозможно было ничего рассмотреть из-за темноты. Помню, пробовала пошевелить руками, ногами… вроде все хорошо. Только вот голова трещит аж до сих пор, а так можно было бы сказать, что я даже очень неплохо себя чувствую. И все-таки очень интересно, где я, и что происходит. Насколько я помню, сегодня был обычный институтский день, я почему-то собралась домой на метро (ах да, родители уезжали в отпуск), так… Не смогла выйти на нужной мне остановке, проехала станцию, ко мне клеился какой-то мерзкий мужик, я выбежала из вагона, ждала поезда, и вдруг на меня навалилась глухота и ослепили фары. Ну точно. Я умерла. Только почему я здесь? Ведь полагается видеть свет в конце туннеля и еще что-то в таком роде. Или возможно сначала надо дождаться своей очереди, лежа на лесной лужайке? А потом тебя подберут какие-то существа похожие на льва и медведя и понесут в странный дом, показывать непонятным женщинам. Хм, сомнительно.

Размышления перебил настойчивый женский голос, который, судя по всему, уже несколько раз повторял одну и ту же фразу.

– Ну же, девочка, как твое имя?

– Настя… выдавила она из себя с трудом и открыла глаза.

Перед ней стояли два молодых человека, возраста приблизительно двадцати пяти лет и две девушки, одной на вид лет 20, другой около 37, хотя возраст совершенно ее не портил, наоборот, она была как будто пронизана женским обаянием, не красотой или свежестью юности, а именно женственностью. Небольшого роста с заостренными ушками и темными волосами, в длинном белом платье из шелка, она являла собой воплощение женской красоты. Та, что помладше, в узких джинсах и обтягивающей футболке, выглядела напротив очень современно, задорно и дерзко, как выглядят уверенные в себе девушки 20 лет. Можно было подумать, что она только что сошла с обложки какого-то модного журнала, настолько в ее образе было все четко продумано. – А-н-а-с-т-а-с-и-я… чудное имя, как у Великой княжны, – грустно прошептала она.

– Привет, – сказал рыжеволосый мускулистый парень, подходя ближе. Я Ален.