Подарок для Мажора - Любовь Белых

Зло сверкнув глазами, я уставилась на вставшего на моём пути мужчину и упрямо поджала губы.

— Ты надо мной издеваться заявилась? — злобно прошипел Мажор. — Так и скажи, что пришла за деньгами! Какая у тебя работа?!

— Нет, ты точно глухой. — вздохнула, привстав на цыпочки, и выдохнула ему в лицо: — Не нужны мне твои деньги. Просто помощь! Два месяца помогать или всю жизнь растить и воспитывать дочь? Не считаешь моё предложение выгодным?

— Да это не моя дочь! Если она не моя?! Откуда я знаю, что ты говоришь правду?

— Тогда я принесу тебе свои глубочайшие извинения, а ты просто поможешь хорошему человеку, оказавшемуся в тяжёлой жизненной ситуации.

Паша завис. Застыл, некрасиво приоткрыв рот и приподняв левую бровь.

— Ты… — понемногу начал оживать, — Ты считаешь себя хорошим человеком? Как ты вообще всё это уместила в одном предложении, Маша? Ты сама не уверена, что этот ребёнок от меня. Значит, изменяла мне, но говоришь, что я должен помочь хорошему человеку…

— Ну вот такая я. Извини. Может, поэтому мне и некому, кроме тебя, помочь. — кое-как выговорила, мысленно проклиная себя за такие слова в адрес покойной сестры.

— Как это никому? У тебя есть мать и сестра. Неужели лучше заявиться к бывшему?! Я не понимаю, правда… Если ты не пришла за деньгами… Нет, я вообще ничего не понимаю.

Опустилась на стопу и сразу почувствовала себя уязвимой. Маленькой, даже крошечной под серо-голубыми, глядящими на меня, как на букашку, сверху вниз, глазами.

— Не смотри на меня так, будто ненавидишь. Я разве сделала тебе что-то плохое? — старалась сойти с опасной темы. — Говорю же, некому помочь.

— С ребёнком?

— С дочерью. С Викой. — предостерегающе исправила я.

Его это вечное «ребёнок» начинало уже бесить. Она личность! Человек! Пусть маленький, пусть беззащитный и слабый, но не какой-то предмет.

— Три женщины не могут справиться с ребён… с твоей дочерью? А я должен заменить и твою мать, и твою сестру, и справиться? Ты что за бред опять несёшь?! — рявкнул так, аж уши заложило. — Я сейчас тебя из своей квартиры выставлю, а ребёнка передам органам опеки! — сильная хватка обожгла предплечье. — Там и проведём тест на отцовство. Мой — заберу. Но такая чокнутая мамаша рядом быть не должна. — пальцы на моей руке сжались ещё сильнее.

Меня встряхнули как тряпичную куклу и потащили к выходу, несмотря на мои жалкие попытки отыскать точку опоры пятками.

— Они не могут помочь! — вскрикнула, осознав, что без полуправды уже не обойтись. Одной наглости, перенятой у сестры, для Мажарского, очевидно, было маловато. — Сестра покончила с собой, а мать горе и скорбь топит в бутылке! Если я останусь в той квартире, которая с каждым днём всё больше и больше становится похожа на притон, куда стекаются местные алкаши, у меня отнимут дочь! — поймала-таки равновесие и упёрлась ногами в пол, заставив мужчину остановиться. — Я устала с ними бороться. Уже даже участковый непрозрачно намекает, что мои жалобы и жалобы соседей не тревожный звоночек, а набат! Я перестала звонить ему, перестала обращаться в полицию. Мать не останавливается. Я не могу на неё повлиять. Она дочь потеряла! Дочь! — как в бреду бормотала я. — Но соседям это разве объяснишь? Они пару месяцев терпели, но стало только хуже… Некому мне помочь. Некому, Мажор. Если Вика — твоя дочь, ты позволишь нам вернуться в такие условия сейчас?! Зная, слыша, что я только что вывернула перед тобой всю душу наизнанку, ты нас отпустишь туда?! Отвечай!

Мажарский вздрогнул. Взглянул на меня, будто на пустое место. Даже, кажется, побледнел и ужаснулся.

— Молчишь? — пытаясь сдержать выступившие на глазах слёзы, давила я. — С совестью сейчас договариваешься?

— Сашка… Саша умерла? — игнорируя мои вопросы и моё состояние, хриплым шёпотом выдохнул он.

Я кивнула, тут же ощутив, как хватка на моей руке ослабла, а мужские пальцы затряслись.

…ну, вот, уже саму себя похоронила, то ли ещё будет.

Глава 4

Глава 4

Мажарский Павел

Чувствовал, что меня водят за нос, но не понимал, в чём именно. Всё это дело с моим предполагаемым отцовством выбивало из колеи. Маша в открытую сказала, что это может быть не мой ребёнок. Даже не единожды. В чём тогда подвох? В чём ложь и причины моего недоверия к каждому её слову?

Возможно, истинные причины моего к ней отношения кроются в прошлом. Я сам прошёл многое, прежде чем взять себя в руки и изменить свою жизнь, а она стала матерью…

Казалось бы, взять и успокоиться — ничего сложного, дождаться утра, позвонить в клинику, провести этот чёртов тест и настоять на получении результатов, как можно раньше, но я не мог сидеть и ждать подходящего времени, что и так тянулось невероятно медленно.

— Оставайтесь здесь, мне нужно отъехать. — поставил в известность Машу, уже стоя в дверях готовым к дороге.

Комментариев и вопросов не дождался, так что, молча подхватив ключи от квартиры и машины, вышел в подъезд.

Запер их, разумеется. Рискованно её оставлять в своём доме, а так хоть ничего не стащит и не свалит в туман. Правда, у меня и брать нечего. Пара подарочных часов и, можно сказать, коллекция галстуков, но кто Машу и её способности знает? На что она там может свой глаз положить…

— Зачем ты это сделала?

— О чём ты, дорогой? — наивно хлопала глазами платиновая блондинка, сидящая на заднем сиденье такси вместе со мной.

— Тот гусь за баром, что перебрал и отключился. Я видел, как ты стащила у него портмоне. — внутренне закипая, объяснил я.

— Да? — ядовито выдохнула Маша. — Что же тогда не поднял шум? Что же назвал таксисту мой адрес, а не заставил меня вернуться и вернуть украденное? Это не твоё дело. Видел и забудь.

Я был пьян, растерян и зол, но ответить на её вопросы не смог. Она сразу же вышла из клуба и уже отзвонилась мне, сказав, что на сегодня с неё достаточно тусовок. Пропажу заметили практически сразу же. Друг того гуся, не умеющего пить, растолкал