К черту любовь - Таррин Фишер

Он жарит её на гриле на террасе, дизайн которой, по его словам, придумала я. И мне приходится снова напомнить ему, что у меня не хватило бы фантазии для такого великолепного дизайна. Но в памяти всплывают кусочки книжки-раскраски с резными домиками на деревьях и фонариками, висящими на ветвях. Рыба очень вкусная. Но к тому моменту, когда Кит уводит Бренди и Тома в ванную, чтобы искупать их перед сном, я уже почти на грани. Прокручиваю в голове фильмы, которые могли бы мне помочь: «Начало» (Прим.: «Начало» (англ. Inception) — научно-фантастический триллер Кристофера Нолана, основанный на идее осознанных сновидений), «Большой» (Прим.: «Большой» (англ. Big) — фильм-комедия 1988 года, снятый Пенни Маршалл с Томом Хэнксом в главной роли), «Волшебник страны Оз» (Прим.: «Волшебник страны Оз» (англ. The Wizard Of Oz) — американский музыкальный фильм-сказка 1939 года производства студии «MGM», самая известная и коммерчески успешная экранизация романа 1900 года «Удивительный волшебник из страны Оз»). Когда Кит возвращается, держа в руках бутылку вина и два бокала, я плачу и разрываю на мелкие кусочки бумажную салфетку.

Он никак не комментирует мои слезы, а просто открывает бутылку, наполняет бокал и ставит его передо мной.

Я отталкиваю его, ведя себя как какая-то малолетка. Но я и есть малолетка, а не мать.

— Все это неправда, — говорю я. — Если всё это по-настоящему, то где мои воспоминания?

Он садится рядом со мной и закидывает ногу на колено.

— В тот день, когда я в тебя влюбился, был днем, когда ты впервые нашла себя. И ты даже не была моей.

Сквозь слезы он выглядит размытым и нечетким, но я не вытираю их, а продолжаю слушать.

— Ты всегда утверждала, что у тебя лучше развито левое полушарие, но я в это не верил. Творческий человек всегда распознает подобного себе. И мы интуитивно нашли друг друга. Как-то вечером мы все выпивали и зависали в квартире Дэллы. Она заявила, что хочет порисовать, и притащила все свои раскраски, цветные карандаши и фломастеры. Мы, как пятилетние дети, лежали на полу и раскрашивали. Это была одна из тех ночей, которые невозможно забыть, потому что она была совершенно невероятной, — он делает паузу, — а ещё потому, что я влюбился.

Мне хочется, чтобы он продолжал. Рассказанные им события никогда не происходили, но звучали очень реально.

— Я лежал на ковре рядом с тобой, а по другую сторону от тебя был Нил. Твой рисунок оказался самым лучшим. Не просто хорошим, а превосходным. Все были в восторге, а я чувствовал себя круче всех, как будто и так уже это знал. Мы начали шутить, что тебе нужно стать художником, и именно тогда ты заявила, что мечтаешь научиться рисовать и создать свою собственную серию книжек-раскрасок. А я предложил тебе попробовать.

Ловлю себя на мысли, что сижу с открытым ртом и остекленевшим взглядом, а он говорит со мной так, как будто меня знает. Все это настолько личное. Мне всегда хотелось разобраться в себе, но я не знала, откуда начать.

— Я не умею…

— Рисовать, — заканчивает он за меня. — Да, ты так и сказала. Но потом пошла на занятия. Не сказав никому, кроме меня.

Мне хочется взять в руки ручку и проверить, правда ли это, есть ли у меня скрытые таланты, о которых я даже не подозревала. И мне хочется узнать, почему из всех людей я доверилась только Киту. Если это не сон…

Это сон.

— Т-так чем мы вместе занимаемся? — спрашиваю я у него.

Кит облизывает губы.

— Мы с тобой одинаковые, — отвечает он. — Не смотри так на меня.

Я фыркаю, когда начинаю смеяться, и прикрываю рот тыльной стороной ладони.

— Мы очень разные. — Он улыбается. — Я — оптимист, а ты — пессимист. Я избегаю конфликтов, а ты бросаешься в них с головой.

— Так чем же мы похожи?

— В какой-то момент мы оба искали что-то настоящее. Но иногда истинное предназначение одного человека — быть любовью другого.

Не представляю, что он имеет в виду, но боюсь в этом признаться.

— А есть что-то, что нравится нам обоим?

— Да. — На его лицо падает тень, но я слышу, как он проводит кончиками пальцев по щетине на подбородке. — Нам нравится искусство. Еда. Незначительные моменты, которые длятся вечность. Мы любим заниматься сексом. Любим наших детей… — От последней фразы у меня мурашки бегут по коже. — До того, как родилась Бренди, мы успели немного попутешествовать. И надеемся, что получится продолжить. У нас даже есть список мест, где мы хотели бы заняться любовью…

— И что в этом списке? — перебиваю я, ощущая сухость в горле.

Он понижает голос и говорит:

— «Голубой Поезд».

— Что это? — Я наклоняюсь чуть ближе к нему.

В ответ он улыбается.

— Это поезд в Южной Африке. Он идет от Претории до Кейптауна.

Я откидываюсь назад.

— Поезд? Ааа.

Глядя на меня, Кит выгибает бровь.

— Это экскурсионный поезд. Он провезет тебя по одним из красивейших мест в мире. Плюс отдельные апартаменты и услуги личного шеф-повара.

Мои брови взлетают вверх.

— А что ещё?

— Кладбище в полнолуние. Домик на дереве.

Он наклоняется вперед и наливает себе ещё один бокал вина.

— А что мне… что мне нравится в тебе?

— Ты хочешь быть собой, — отвечает он. — И меня это совершенно не раздражает.

И я опять не понимаю, о чем он говорит. Я была совершенно безобидной. Скучной. Быть мной не требовало вообще никаких усилий.

В тишине мы допиваем бутылку вина, прислушиваясь к кваканью лягушек, шуму воды и деревьев — какофонии тварей божьих. Поднявшись на ноги, я ощущаю головокружение. Меня так качает, что приходится схватиться за спинку стула. Кит тоже встает. Не знаю, из-за вина ли это, или потому что я убедила себя, что вижу сон, но я смело иду к нему. Мы уже делали это раньше. Именно такое появляется ощущение, когда его руки находят меня. Все в нём кажется таким знакомым: его плотное тело, запах, мозоли на кончиках пальцев. Это не похоже на неловкие объятия двух людей, которые впервые прикасаются друг к другу. Прежде чем я успеваю дотянуться до его рта, он расстегивает мой лифчик и снимает с меня футболку. И по пояс голая я впервые его целую, а в это время его большие пальцы проводят линию чуть ниже моей груди. Дуновение ветра на коже ощущается так эротично. Ко мне прикасаются руки, которые так отличаются от длинных и худых рук Нила. Крупные, теплые ладони и грубоватые пальцы. У него вкус вина.