Эскортница - Ольга Вечная

Глава 3

Вдох-выдох. Я чувствую, что бледнею. Страшно.

Девчонки хлопают по плечам.

— Алинка, давай! Удовлетвори старика полностью.

Пробивает смех. Дурочки. Парни смущаются, они у нас те еще скромняги. Глаза отводят. Нервишки шалят у всех: сдать историю государства и права профессору Савченко сложнее, чем выбиться в космонавты. О его предвзятости ходят легенды. Пока стоим в коридоре, о чем только не трещим.

Что ж, пошла!

Открываю дверь и попадаю в огромную аудиторию. Профессор предпочитает принимать экзамены строго по одному. Ответы устные. Ни шанса списать.

— Драгунская Алина, — вежливо представляюсь я и присаживаюсь за стол, готовая тянуть билет.

Волнение адреналином горячит кровь, достигает максимума, а затем исчезает, лопнув, как мыльный пузырь.

Оно больше не уместно. Время действовать.

Савченко протягивает зачетку:

— Свободна.

— Что? — не понимаю.

Он вздыхает. Складывает руки перед собой и объясняет будто нехотя:

— Я знаю, что вы готовы. Вы знаете, что я знаю, что вы готовы. Предлагаю нам обоим не тратить время, а заняться своими делами.

Я хмурюсь. С места не двигаюсь. Чувствую подвох. Дрожащей рукой беру зачетку, открываю.

Савченко хрипло смеется.

— Нравится мне ваше упорство, Драгунская. Серьезность на грани фола. Но иногда стоит просто поблагодарить за доверие. Не все в этом мире хотят вас подловить или подставить.

Там высший балл. Вот теперь улыбка касается губ, я все еще запрещаю себе радоваться, но сердечко вновь пускается вскачь.

— Спасибо! Спасибо вам огромное! Тогда я иду деканат. Если меня переведут на бесплатное, то увидимся в сентябре. Тьфу-тьфу-тьфу. — Стучу по столу.

— Увидимся. Это пятый или шестой автомат за мою карьеру. — Савченко повышает голос: — Не вздумайте подвести меня, девушка. Например, влюбиться и выскочить замуж за предстоящее лето. Дал же Боженька внешность. К сожалению.

— Не в ближайшие годы! — Я поднимаюсь на ноги и напоследок делюсь: — Мне позвонили из юридической фирмы Осадчего, предложили подработку после зимней сессии. Представляете? — Пританцовываю на месте.

— Осадчий? Аплодисменты, Драгунская!

Я хлопаю в ладоши, делаю эффектный пируэт по всем балетным правилам и, осознав, что переборщила, изрядно смущаюсь. Прошу прощения, рассыпаюсь в благодарностях и поспешно покидаю аудиторию. Прижимаю к сердцу зачетку, выбегаю в коридор и обнимаю девчонок. Буквально падаю в объятия! Нервы сдают, плачу. Не верю, не верю!

— Что там у нее? — Подруги отбирают, смотрят. — Сдала! Сдала! Чего ревешь-то, глупая?!

Волнение возвращается, теперь оно приятное.

Первым делом пишу маме: «Сдала на пять».

Я сумасшедшая. Два года назад закончила школу и поступила в местный вуз. Дедуля подарил машину, чтобы ездить в универ. Но, проучившись пару месяцев, я поняла, что это не то, о чем мечтаю. Бросила. Поехала на юг работать барменом, накопила денег, продала дедулину старую «Волгу», оплатила два семестра. Не хватило двух баллов до бюджета. Цена этим баллам — все, что у меня было. Даже больше: подарок любимого дедушки.

Через три часа мы с девчонками закрываем сессию, и я пишу заявление на перевод. Впереди грандиозные планы — сон и поход в ночной клуб.

Выходим на улицу, я делаю несколько шагов в сторону широченной дороги и застываю.

— Алин, там нет перехода! Ты куда?

— Сейчас! Минуту. Идите, я догоню.

Вновь смотрю на трассу. Развожу руки в стороны, диковато, безумно-возбужденно улыбаюсь. Машины снуют с бешеной скоростью. Взгляд приклеивается к строптивому порше, пролетающему мимо. Вау! Обдувает горячим сухим воздухом. В ушах стоит приятный гул мегаполиса. У всех этих людей важные дела. Бизнес. Деньги. Любовь.

Что ж, столица. Я Алина Драгунская, я существую. И я остаюсь здесь.

Утром просыпаюсь с дикой головной болью. Что-то невообразимое. Больше никогда, ни за что, никаких коктейлей!

Погуляли, правда, славно. Танцевали половину ночи! Потом Наира подъехала, и мы переместились в ночную забегаловку, где пили кофе и болтали до утра обо всем на свете. В основном, конечно, о сексе. И о мужчинах, симпатичных и не очень. Богатых и бедных. Опасных.

В общежитии атмосфера значительно комфортнее: последние две недели я живу в другой комнате. Проситься было неудобно, но вариантов не осталось, и я решилась. Поняли, посочувствовали. Тайком от коменданта взяли четвертой. Девчонки собираются на экзамен, разговаривают вполголоса, чтобы меня не тревожить. Мысленно желаю им крепкого здоровья и долгих лет жизни. София и Вера бы спецом врубили «Металлику» на полную, чтобы обеспечить соседке «счастливое» похмелье.

Переворачиваюсь на живот и зарываюсь лицом в подушку. Улыбаюсь. Один очень симпатичный парень взял мой номер телефона. Кстати, о нем! Проверяю мобильный — есть сообщение! Класс!

Еще парочка от родителей, с поздравлениями. От брата, его жены. Тети... Отлично. И пропущенный из деканата.

Я резко сажусь, чуть не перевернув несчастную раскладушку! Ладони потеют. Так быстро готов ответ?

Галопом в душ, потом чистить зубы. Причесываюсь. Хочу переодеться, а то несолидно, но сотовый вновь вибрирует.

«Деканат».

Ох. Мысленно я призываю себя к спокойствию. Как есть, в полотенце на голое тело, принимаю звонок.

— Да?

— Алина Мирославовна Драгунская?

Сердце колотится.

— Да-да. Это Алина, то есть я Алина. Слушаю вас.

— Деканат. Мы рассмотрели вашу заявку по переводу на бюджетную форму обучения...

А дальше происходят странные вещи. Секретарь продолжает говорить как обычно, это что-то с моими барабанными перепонками приключается. Смысл с трудом пробивается сквозь слои отрицания и протеста.

— Как нет мест? Они же были еще вчера, я узнавала, — начинаю спорить.

— Увы. Не расстраивайтесь, вы теперь первая в очереди. После зимней сессии будут все шансы... Она сложная... частые отчисления... продолжайте так же стараться... все получится... увидимся в сентябре.

Бормочу что-то сдавленно. Какое-то «спасибо» жалкое или что-то в этом роде. Спорить бессмысленно. Хлопает дверь — соседки ушли на экзамен. Я остаюсь одна. Пялюсь в одну точку. Под ногами пол трескается, я делаю последний в жизни вдох и проваливаюсь под лед.

Прямо в ледяную воду отчаяния.

Захлебываюсь. Остываю. Не существую.

Так не бывает. После прошлой сессии освободились места. Декан лично сказал, что нужны пятерки. Я всё сделала правильно. У меня нет пропусков. Как и денег. Ни копейки.

Представляю, как забираю документы. Глаза бегают. Результаты ЕГЭ больше не действуют, и пересдать уже не успеваю. Придется возвращаться домой к родителям. Вновь учить, терять еще один год. Работать в баре. Все с самого начала.

Вдох — и я захлебываюсь пониманием, что, если так сделаю, Москва даже не заметит. Никто не заметит пропажи девчонки из