Небеса другого мира - Терин Рем

– Ненавижу тебя! Столько лет ненавидел! – едкие слова сопровождались беспощадными ударами мужских кулаков по моим рёбрам. Я не сразу почувствовала эту боль, она как будто догоняла меня яркими вспышками в этой темноте, наполненной злобным рыком Игоря. – Ты никому ничего не расскажешь, потому что мёртвые не говорят.

Вывернув мои руки за спину, мой муж рывком поднял меня, заставляя взвыть от адской боли.

– Заткнись! – потребовал он, просовывая мне между зубов какую-то тряпку.

Игорь выволок меня на лестничную площадку, и, воровато оглянувшись, с силой толкнул меня вниз.

Говорят, что перед смертью мы как будто проживаем заново жизнь, а я только слышала хруст своих костей и с ужасом осознавала, насколько бесцельно я жила, цепляясь за иллюзию брака. Боль! Даже не так – БОЛЬ! Она обрушилась на меня, поглощая всё, растворяя в темноте небытия и горького чувства сожаления.

Глава 3. Сделка

Что-то монотонно пикало под ухом, усилия гамму неприятных ощущений. Больно… Такое ощущение, что в теле не осталось ни единой целой косточки, потому что болит абсолютно всё.

О том, что случилось накануне, я помнила отлично, а вместе с этим осознанием накатил страх. Никогда не думала, что буду опасаться Игоря, но теперь боюсь. Пытаюсь двигаться, только тело не слушается, а вместо крика из горла вырывается булькающее сипение. Языком нащупала во рту пластиковую трубку и попыталась разлепить глаза и даже почти преуспела: один из них открылся, на второй как будто что-то давит.

– Очнулась? Хорошо. Всё-таки удивительная штука – это лекарство! Жаль, что мы ещё не можем такое производить, – беседуя со мной, как со старой знакомой, произнёс пожилой врач, склонившись надо мной. – Не трать силы на попытку разговаривать, просто слушай. Тебе, красавица, чудовищно не повезло с мужем, я так понимаю? Не смотри так удивлённо. За сорок лет практики, я научился отличать следы от кулаков, и с отметинами от падения с лестницы я уже их не перепутаю. Не буду скрывать – всё плохо. Не знаю, какая сила позволила тебе продержаться до сих пор, но современная медицина не в силах справиться и с половиной из твоих травм, – вынес мне приговор неизвестный врач.

Жалко. Я уже почти поверила, что смогу отомстить и начать сначала, а тут… Из глаз невольно выкатились слёзы, щекотно скользнув по щеке.

– Ну-ну! Не плачь. Имеется и хорошая новость: вылечить тебя я не в силах, но тебе повезло родиться под счастливой звездой. Есть контора, которая сможет тебя поставить на ноги. Это они дали мне то лекарство, что привело тебя в сознание. Думаю, что они скоро прибудут, а потому буду краток: у тебя редкая группа крови и не только она, хотя тебе наверняка неинтересны подробности. В общем, ребятки из госучреждения, которого официально не существует, ищут таких девушек и забирают. Ты ведь не хочешь умирать? По правилам нужно было, чтобы ты дала согласие и подписала договор хм… биологическим материалом, но я сделал это за тебя. Прости, если я ошибся, но ты так цеплялась за эту жизнь. Удачи тебе, девочка, – с сочувствием сказал доктор, как раз в тот момент, когда в палате послышались тихие голоса других мужчин.

Надо мной склонился человек в медицинской маске и уколол что-то в шею. Раздиравшая меня боль утихла почти мгновенно, а вместо неё пришла усталость, позволяя соскользнуть в сон.

Дальше мои воспоминания были какими-то обрывочными и странными. Вот вместо врача надо мной склонился странный серый человек с крупными чёрными глазами. Потом гул какого-то аппарата, яркий свет и злобное шипение серокожего мутанта. Вот другой хм… зелёный гуманоид водит надо мной плоским прибором и скалит острые белые зубы явно чем-то крайне раздражённый. Чего только не увидишь под действием анестезии.

К счастью, окончательно проснулась я на удивление бодрой. Ещё сильнее изумилась, не обнаружив на своём теле следов от операций и даже синяков. Интересно, сколько я спала?

– Кира Николаевна, вы уже пришли в себя? Как ваше самочувствие? – спросил вошедший в мою палату мужчина в сером костюме.

Я пыталась дать определение вошедшему, но на языке крутилось лишь одно слово – безликий. Весь такой невзрачный, обычный и незапоминающийся такой, что выйди он из палаты, и я тут же забуду, как незнакомец выглядел.

– Нормально. Сколько я была без сознания? – уточнила я.

– Несколько дней. Да уж, Кира Николаевна… Вы всех нас заставили переволноваться. Первый раз мы получили девушку в таком незавидном состоянии. Официальный отчёт мы читали, но наш специалист, скажем так, сильно сомневается в его достоверности. Расскажете, что с вами случилось? – спросил мужчина, присев на стул неподалёку от кровати.

– Как мне к вам обращаться? – уточнила я, прежде чем ответить. Естественно, я не собиралась делать тайны из моей истории, просто неудобно говорить с незнакомцем.

– Моё имя не имеет никакого значения. Могу заверить, что я никоим образом не наврежу вам, наоборот – хочу помочь, – заверил меня мужчина.

– Хорошо. Меня избил и скинул с лестницы муж, когда я пригрозила, что раскрою аферы с налогами, которые они прокручивали в своей фирме, – призналась я.

Если честно, то ничего кроме злорадства, сообщая эту информацию неизвестно кому, я не испытывала. Понимаю, что нехорошо быть такой мстительной, но в отношении бывшего мой лимит всепрощения и человеколюбия себя исчерпал.

– Понятно. Могу я уточнить один личный момент? Что заставило вам угрожать супругу? – поинтересовался мужчина, дождавшись моего согласного кивка.

Нервничая и комкая в руках край одеяла, я рассказала бесславную историю последнего дня своей жизни в деталях. Незнакомец меня не торопил, задавал наводящие вопросы в частности то, зачем я забрала компрометирующие Игоря бумаги.

– У меня и в мыслях не было шантажировать кого-то. Просто, когда я нашла дома документы, то, как аналитик сразу посмотрела и пришла в ужас. Мне было страшно за супруга. А потом позвонил Игорь и попросил эту папку сжечь. Я не представляла, как сделать это незаметно, поэтому просто отнесла её в банковскую ячейку, а потом и вовсе забыла о ней, до вчерашнего дня. Я пригрозила от бессильной злобы, понимаете? – призналась я, зачем-то оправдываясь.

– Ну что вы, не нервничайте так, Кира Николаевна. Ваш бывший супруг этого не стоит. Я хотел бы задать вам один непростой вопрос: вы помните о том, на что согласились до того, как врач вколол вам сыворотку? – озадачил меня «безликий».

– Я помню, что согласилась. Мне не хотелось умирать, – практически не соврала я.

– Так я и думал. Обычно