Обольщение по-королевски - Дженнифер Блейк

— Ты понимаешь всю грозящую тебе опасность? Я — не Максимилиан с его чопорными манерами и безукоризненной светской вежливостью. Я иду своей собственной дорогой в жизни, которая, может быть, и приведет меня, как некоторые утверждают, к черту в ад. Но будь уверена, я потащу тебя туда за собой, нагую и обесчещенную, если это понадобится для достижения моей цели!

Задохнувшись от ужаса, Анджелина попыталась оттолкнуть его, но хватка принца была железной. Она испуганно взглянула ему в лицо и увидела, что он, улыбаясь, смотрит на нее. В ее памяти вдруг всплыло письмо Клэр, написанное пару месяцев назад. Надеясь однажды стать женой Максимилиана, Клэр болела его заботами, проявляла интерес к его семейным делам и делам страны, в которой, как она думала, ей предстоит жить. В это время их обоих как раз тревожило скандальное поведение брата Максимилиана, который не считал нужным скрывать своих связей с распутными женщинами по всей Европе, кутил с ворами и цыганами, убил на дуэли нескольких человек и редко в какие дни бывал совершенно трезв. Дикие выходки Рольфа и слава о них по всей Европе приводили в отчаянье его брата и вызывали бешенство у их отца, короля Рутении. В семье укоренилось мнение, что Рольф бесчестит их род и свое государство, хотя, может быть, и непреднамеренно — просто в силу своей склонности к авантюризму. Но несмотря на это, такие качества, как сила характера, невероятная отвага и презрение к опасностям, красноречие и особая тяга ко всему возвышенному, поэтическому, — привлекли к Рольфу множество верных сторонников и почитателей, а также возбудили любовь к нему среди простых людей страны. Его восторженно встречали повсюду, где бы он ни появился. Рольфа часто называли Золотым Волком — такой герб украшал его оружие, он перешел к нему по наследству от русского дедушки — во всяком случае, так считала Клэр. И вообще она не понимала, как такой человек может вызывать хоть какие-то положительные эмоции, после всего того, что было известно об его образе жизни! Но самое досадное во всей этой истории заключалось в том, что популярность Рольфа намного превосходила популярность в народе Максимилиана или даже самого здравствующего короля.

Постепенно к Рольфу и Анджелине присоединились другие танцующие пары. Некоторые кавалеры из свиты принца уже танцевали с юными леди, испросив предварительно разрешения на танец у их матерей. Анджелина чувствовала себя неуютно, как бы зажатая среди белых мундиров. Они окружили ее со всех сторон, образовав что-то похожее на бастион, отделявший девушку от остальных гостей, которые не могли теперь видеть то, как обращается с нею принц. Анджелина растерянно искала взглядом тетю. Лицо мадам де Бюи сердито, брови нахмурены, губы поджаты, а в тяжелом взгляде маленьких черных глаз читался приговор… В следующее мгновение широкие плечи смеющегося темноволосого юноши загородили Анджелине обзор.

Она глубоко вздохнула и в глубине ее серо-зеленых глаз зажегся огонек.

— Я же сказала вам, что ничего не знаю. А то, что вы не верите мне, вовсе не дает вам права оскорблять меня и даже угрожать!

— Это — не угрозы, это — обещания.

— Но такие обещания трудно сдержать на людях, будучи на балу в частном доме…

— Итак, я вынужден подтвердить или опровергнуть ваши последние слова, — вкрадчиво сказал он. — Я выбираю первое.

Он был уверен в своей полной безнаказанности и способности держать всю ситуацию под контролем. Анджелине так хотелось уязвить хоть чем-нибудь его непробиваемую броню. Но Рольф смотрел на нее с иронией, наблюдая за ритмичным покачиванием девственной груди и разрумянившимся от волнения и стремительного движения лицом.

— Ну, а теперь, когда мы более или менее поняли друг друга, может быть, вы все-таки скажете, как умер мой брат?

— Я ничего вам не скажу, потому что ничего не знаю. Как мне убедить вас, что меня не было там?

— Вас видели выходящей из дома в третьем часу ночи, через несколько часов после этого моего брата застрелили в его собственной постели. На простынях и подушках обнаружили несколько длинных рыжих волос, а ночную рубашку из зеленого шелка с вышивкой опознали слуги брата, они признали эту рубашку — вашей! Итак, вы были там.

Анджелина сбилась с ритма и спутала шаг. Выбитая из колеи, она нечаянно толкнула принца, и его рука поддержала ее, прижав к сильной, показавшейся ей твердокаменной груди, холодные пуговицы и ордена его мундира впились в тело Анджелины. Она поспешно отпрянула, опустив длинные ресницы, чтобы скрыть свое смущение.

— Должно быть, произошла страшная ошибка.

— Должно быть. И сделал эту ошибку сам Максимилиан, когда разрешил вам провести с ним еще одну — последнюю — ночь после того, как дал вам окончательную отставку. Хотя я должен признать — после знакомства с вами, что его уступка вполне понятна и простительна.

В том, что он подразумевал, не оставалось никакого сомнения. Клэр была любовницей Максимилиана. Анджелине очень хотелось бы ошибиться, но все совпадало, и эта подробность ставила последние точки над «i». Это объясняло некоторые умолчания в письмах Клэр и утрату ею интереса к делам Рутении, а также определенный цинизм в словах и поведении, замеченный Анджелиной в кузине за эти два дня. Заметила она и странные перегляды двоюродной сестры с тетей.

— Вас расстроило то, что все открылось?

— Если меня и расстроило что-то, — раздраженно сказала она, — то это некоторые подробности относительно жизни Клэр, о которых я предпочла бы ничего не знать.

Выражение его лица сразу стало ледяным. Сжав зубы, он процедил:

— Вы отлично все знали, мадмуазель. Итак, или вы помогаете мне или…

— Во всяком случае, — Анджелина разозлилась и осмелела, наконец, — давайте обсудим, кто может быть заинтересован в смерти вашего брата? Давайте подумаем вместе, Ваше Величество, кто получит выгоды от устранения наследника трона? Кто этим приобретает хоть что-то, — например, богатство, почести, высокое положение?

Ее голос набирал силу. Боковым зрением она заметила реакцию одного из людей принца — плотного, светловолосого мужчины с полукруглым шрамом на лице. Он с изумлением глядел то на нее, то на своего повелителя.

Анджелина не почувствовала смены настроения в своем партнере по танцу. Но внутри она ощущала такой жуткий страх, которого не испытывала никогда в жизни.

— Думаю, что нам лучше поговорить с глазу на глаз, — медленно произнес Рольф.

— Это ничего не даст вам, если даже я и соглашусь на такой разговор, чего я, впрочем, не намерена делать!

— Для мужчины, который смеет, согласие женщины вовсе необязательно.

Желваки нервно заходили по его напряженной щеке, а в бирюзовых глазах зажегся мрачный огонек.

— Вы не сделаете этого… вы не сможете этого сделать…

— Не смогу? Не существует таких средств — сумасшедших или даже бесчестных, которыми бы я ни воспользовался для того, чтобы узнать, кто убил моего брата, доказав, что это не было самоубийством или, если вам угодно, мадемуазель, оправдавшись в глазах отца и моей страны и сняв с себя то обвинение, на которое вы изволили так тактично намекнуть.