Сбежать от Грифа - Сусанна Ткаченко

— У тебя что-то случилось, ледяная принцесска? — спросил он у меня своим противным сексуальным голосом, и я вмиг забыла о Лиле.

Это прозвище он мне давно уже придумал и частенько меня им называл, вызывая неизменное раздражение.

Но не в тот день. Мне в тот день было так фигово — одиноко, тоскливо, — и домой не хотелось, вот я с дуру и ляпнула:

— С мачехой поругалась, и ещё защита завтра…

— Хочешь, доедем до платины, посмотришь из окна на дождь, подумаешь. Вода успокаивает, — предложил он так просто, без обычных своих подколок, что это меня даже не насторожило.

Наоборот. Предложение прозвучало так заманчиво, так вовремя, что я согласилась.

Мы действительно ехали молча, Матвей меня разговорами не доставал, и я в самом деле думала. Правда, не о дипломе, и даже не про обстановку в семье. Я думала о том, каким парфюмом Грифин пользуется. Неужели дешёвая туалетная вода может так пахнуть? А ещё я бросала взгляд на его сильные руки, лежавшие на руле, и мне почему-то было трудно дышать…

В итоге, когда мы доехали до платины, и он, заглушив двигатель, просто перетянул меня к себе на колени, чтобы удобнее было целовать, я даже не пикнула и не подумала сопротивляться. Наоборот, сама за него цеплялась. Ну и, как следствие, все случилось прямо там. В стоящей под проливным дождём на платине машине.

Очень достойный поступок. Молодец, Диана. Мама бы тобой гордилась!

А вишенкой на торте явилось резиновое изделие, которое порвалось в самый неподходящий момент. Гриф извинялся, уверял, что вовремя успел выйти, предлагал заехать в аптеку за какими-то там таблетками, но у меня после этого известия пелена с глаз упала, эйфория схлынула, и я потребовала отвезти меня домой. Спорить он не стал и сделал, как я просила.

Дома я долго-долго мылась и молила бога, чтобы все обошлось…

Опять смахнула набежавшие слёзы. Ну чего я расчувствовалась-то? Позади же всё! Что ж теперь поделать? Не жить? Глупости! Было и было. Главное, мне тогда все понравилось, и в тот момент я ни о чем не жалела. Операция-дефлорация прошла успешно.

Это потом я осознала и накрутила себя. Особенно, когда поняла, что Гриф сделал из этого события вывод: будто мы теперь с ним встречаемся. Ещё чего?! Пришлось резко осадить. Разругались мы тогда очень сильно. Он обозвал меня ледышкой, а я его уродом.

Я потом всю ночь не спала от того, что было плохо на душе и ныло сердце. Не люблю я ругаться!

Так, всё. Хватит о нём, и так в последнее время все мысли о Матвее Грифине! Надеюсь, больше никогда в жизни его не увижу.

Почему-то в этот момент опять замутило и потемнело в глазах. Вот ещё так реагировать на то, что у этого ущербного даже аккаунта в соцсетех нет! Подумаешь? Переживу, что не увижу, именно поэтому не увижу… не расстраиваться же? Это даже к лучшему, а то поддавалась бы искушению…

Сложила бижутерию и драгоценности, рамку с фотографией, где я, мама и отец на отдыхе, мне пять… Опять собралась расплакаться, но строго-настрого запретила себе думать о плохом. Впереди новая жизнь, о ней лучше помечтать.

Взялась собирать обувь, и тут подал голос мобильный. Глянула на экран — Руслан. Уф, ну ладно. Можно и перерыв недолгий сделать.

— Я на тебя обижен, Ди, — раздалось из трубки, не успела я даже сказать «алло», — ушла, не прощаясь, продинамила опять, я не пойму… ты хочешь расстаться? — наехал Кривцов.

Видимо, долго продумывал разговор. Готовился. Обычно он не такой смелый.