Ребенок под елку - Вероника Лесневская

В другой ситуации меня бы порадовала близость с природой, но только не сейчас.

Крепче сжимаю ладонь Маши, чмокаю Колю на моих руках — и ускоряю шаг, стараясь не отставать от постоянно оглядывающегося Димы.

Мы все следуем за пилотом, который единственный знает нужное направление. По крайней мере, я очень на это надеюсь.

— Долго еще? — капризно тянет Марина, обращаясь ко всем сразу.

— Потерпи, родная, — отзывается Влад незамедлительно.

А затем раздается голос нашего «Сусанина»:

— Населенный пункт должен быть уже здесь. Мы почти на месте, — фраза звучит неуверенно.

Чувствую, что Дима собирается взорваться. Готовлюсь к неизбежному, как вдруг…

— Смотрите, там свет вдали! — вскрикивает Карина. — Похоже, чей-то дом!

Долго вглядываюсь в сумрак. Но лишь приблизившись, замечаю очертания двухэтажного особняка. В одном из окон действительно горит свет.

Наше спасение. Свет в конце тоннеля.

Не сговариваясь, увеличиваем темп. Буквально несколько минут — и мы уже стоим на запорошенном снегом крыльце.

Стучим сначала неуверенно. Но нам не открывают. Потом громче и смелее…

И в конечном итоге начинаем барабанить в дверь, которая от наших буйных манипуляций неожиданно… открывается сама.

Замираем на пороге, но манящее тепло заставляет нас забыть о правилах приличия — и буквально ввалиться в просторную гостиную.

Мебель здесь почему-то накрыта чехлами, зато в камине гостеприимно играет оранжевыми языками пламя.

От сквозняка дверь позади нас захлопывается с грохотом. А мы, как по команде, вздрагиваем. Я даже вскрикиваю от страха.

Нужно срочно позвать хозяев дома. Представляю, как они отреагируют на такой «цыганский табор» в их тихом, уютном доме.

Кто-то находит включатель, озаряя помещение желтоватым светом. Мужчины бросают сумки прямо на пол, устав от их тяжести.

— Есть здесь кто живой? — первым подает голос Вилен. — Впрочем, призраки тоже подойдут, лишь бы не очень агрессивные, — поворачивается к Ангелине и подмигивает ей, тут же получая толчок в бок.

Отвлекаюсь от этой милой семейной пары и гипнотизирую взглядом лестницу наверх, откуда доносится скрип деревянных половиц.

Сухой кашель, недовольное рычание, словно кто-то проклятие насылает или демона вызывает.

Шаги тяжелые, громкие.

Нервно сглатываю, замечая, что остальные тоже замирают на месте. И даже дети умолкают.

Дерево скрипит все сильнее и зловеще.

В потоке лунного света, падающего из окна, появляется темный силуэт. Огромный, как туша медведя, с битой в руке, он выглядит устрашающе. А утробный, хищный звук, который раздается через секунду, окончательно отключает мой разум и выпускает на волю эмоции.

Гостиная мгновенно заполняется истошными воплями. Нашими с девчонками воплями…