Влюбленная пленница - Дорин Оуэнс Малек

– Что происходит? – в ужасе озираясь, вопрошала миссис Сполдинг, когда карета резко остановилась.

– Там двое в масках, – начала было Эми, но тут же испуганно замолчала, увидев, как тот из двух, кто повыше ростом, достал из-за пояса пистолет.

– Ах, боже мой! – только и смогла она пролепетать, широко открывая глаза.

– Что? – спросила одна из сестер, становясь еще бледнее, чем раньше, – что это такое?

– Похоже, нас собираются ограбить, – прошептала Эми.

В этот момент вторая из сестер громко вскрикнула, потому что дверь кареты резко распахнулась как раз с той стороны, где сидела Эми, и путники оказались лицом к лицу с двумя вооруженными бандитами.

Высокий пристально взглянул на девушку и коротко приказал по-английски: «Выходи!»

Эми посмотрела на миссис Сполдинг: та выглядела так, словно сию минуту упадет в обморок.

– Выходи! – повторил бандит, и Эми не оставалось ничего другого, как подчиниться, подвинувшись вплотную у двери и неуверенно глядя на землю, которая казалась очень-очень далеко. Приставная лесенка, которую обычно ставил возница, сейчас лежала на крыше экипажа, вместе с багажом.

Бандит шагнул вперед и легко снял девушку. Эми успела ощутить силу этих рук, которые так быстро перенесли ее на землю. Она тут же отстранилась и начала отряхивать юбку.

– Все остальные, тоже выходите! – скомандовал разбойник, пистолетом подчеркивая свой приказ. Те послушались и медленно начали спускаться. Никто даже не осмелился возразить – ведь рядом стоял второй бандит. Эми оглянулась на первого, который не отрывал взгляда от ее лица, и моментально ощутила гипнотическую силу его огромных темных глаз. Над высоким гладким лбом вились шелковистые черные волосы, тонкий орлиный нос был наполовину прикрыт шелковым шарфом.

«Он молод», – зачем-то подумала Эми, но тут же вздрогнула, потому что мистер Эймс резко схватил бандита за ту руку, в которой тот держал пистолет.

Все, что случилось потом, произошло так быстро, что Эми едва успела запомнить подробности. С удивительной легкостью, словно танцуя, бандит высвободил руку и с силой ударил соперника по голове рукояткой пистолета. Эймс, словно мешок, упал на землю, а разбойник молча обвел глазами оцепеневших пассажиров словно спрашивая, не желает ли кто-нибудь еще проявить никому не нужный героизм. Все в ужасе смотрели на него, и, немного подождав, он приказал:

– Отдайте все ценности. Сейчас же! Эми поспешно сняла кольца и браслет и положила их на расстеленный на земле платок. Вынимая из ушей гранатовые сережки, она взглянула вверх и увидела, что возница с заткнутым кляпом ртом привязан к своему месту. Она и не заметила, когда второй разбойник сделал это. Ничего не оставалось, как побыстрей отвести взгляд.

Первый бандит подождал, пока горка денег и драгоценностей достигла своей максимальной высоты, и произнес: «Всем садиться на места!»

Пассажиры послушно полезли обратно в карету, надеясь на то, что жизнь их уже вне опасности. Второй помогал женщинам, потом взвалил через плечо лежащего на земле коммерсанта и достаточно бесцеремонно бросил его на пол кареты. Когда же подошла очередь Эми, высокий бандит произнес по-английски:

– Не Вы!

Сердце девушки упало, и она отчаянно взглянула на миссис Сполдинг, которая снова поднялась со своего места.

– Что Вы имеете в виду? – возмутилась добропорядочная леди. – Вы уже получили то, что желали. Отпустите ее!

– Она поедет со мной, – коротко пояснил бандит, увлекая Эми к поджидающему его коню.

– Я буду протестовать, – вступился Харрингтон. – Это нарушение…

Высокий бандит поднял пистолет над головой и выстрелил. Путешественники тут же замолчали и забились по своим углам. Миссис Сполдинг зашлась в рыданиях.

– Следующая пуля достанется ей, если все не успокоятся, – пояснил он, засовывая пистолет за пояс. Взял Эми за талию и поднял ее в седло. Затем сам уселся сзади и пришпорил коня.

Эми подождала, пока он увлечется ездой, и резким движением стукнула его по лицу, а сама попыталась спрыгнуть с коня. Бандит обхватил ее, словно стальным обручем, и шепнул прямо в ухо: «Попробуешь еще раз – очень пожалеешь».

Эми в отчаянье смирилась и затихла. С безысходностью в душе прислушивалась она к стуку копыт по сухой земле, не в силах забыть истерические рыдания миссис Сполдинг.

* * *

– Держи нюхательную соль, Листак. Сейчас она очнется, – приказал Джеймс служанке, суетившейся вокруг его жены. И правда, скоро потерявшая сознание Беатрис кашлянула, пошевелилась, сморщила нос.

– Спасибо, Листак, можешь идти, – распорядился Джеймс.

Служанка вышла из комнаты, а Беатрис села, опершись на подушки и переводя взгляд с мужа на сжавшуюся в кресле рыдающую женщину. События начали постепенно восстанавливаться в ее памяти.

Лицо миссис Сполдинг совсем сморщилось от горя, а покрасневшие от слез глаза распухли.

– Ну скажи же, что все это мне приснилось в страшном сне, – прошептала она Джеймсу, который с озабоченным видом суетился над ней. – Скажи, что к нам не приезжал человек из посольства. Скажи, что Эми вовсе не похитили.

– К сожалению, это не сон. Эми похитили. Беатрис застонала и закрыла глаза.

– Господи, зачем же мы живем в этой проклятой стране, где западная женщина не может чувствовать себя в безопасности? Сначала Сара, теперь вот Эми. Это все похоже на непрекращающийся кошмар!

Миссис Сполдинг снова разразилась слезами и причитаниями, драматически склонив голову на грудь.

– Разве можно сравнить то, что случилось с Сарой, с этим несчастьем? Сара добровольно осталась в гареме султана Хаммида, чтобы обучать английскому его дочь, принцессу Роксалену, а потом была продана Калид-шаху согласно законам Оттоманской империи. А Эми похищена разбойниками с большой дороги.

– Какая разница? – продолжала кричать Беатрис. – С обеими язычники обошлись, словно с вещью! Почему мы не можем вернуться в Бостон, где хоть по улицам можно ходить без опаски?

– Мы не можем вернуться в Бостон потому, что у меня здесь дело, – терпеливо и спокойно объяснил Джеймс. – А неприятные вещи случаются и в Америке; один из примеров – война между штатами.[4]

Беатрис посмотрела на миссис Сполдинг.

– Будь так добр, не читай мне сейчас лекций по истории, Джеймс, – я не в состоянии выслушивать их. И куда же, черт возьми, подевалась Листак? Она должна проводить миссис Сполдинг наверх, чтобы гостья могла отдохнуть.

– Со мной все в порядке, – тоненьким голоском пропищала миссис Сполдинг. Потом, прижав руку ко рту, добавила: – Я чувствую за собой огромную вину!