Один твой взгляд - Айрис Джоансен

На губах Топаз заиграла едва заметная улыбка.

– Понимаю. Что ж, я все равно благодарна вам за то, что вы проявили такое здравомыслие в минуту опасности. Нам с Риккардо повезло.

Топаз ускорила шаг, и вскоре они ступили под густые кроны тропического леса.

Оглядев пещеру, куда привела его Саманта, Флетч тихонько присвистнул.

– Черт побери! Отличное укрытие.

– Красиво, не правда ли? – Саманта осветила фонариком каменные стены. Высоко над их головами свисали со стен сталактиты причудливой формы и разных цветов, от нежно-кремового до ярко-розового. – Здесь мы в безопасности. Вход надежно замаскирован кустами. Нам повезло, что мы обнаружили это место.

– И давно вы скрываетесь здесь?

– Около двух лет. Когда мы пришли сюда впервые, все было по-другому, – с грустью про­изнесла Саманта. – К армии Риккардо присоеди­нились около пятисот человек. И нас вела впе­ред надежда. – Расправив плечи, она словно бы стряхнула с себя грусть и уныние. – Ну что ж, все это осталось в прошлом. Когда четыре меся­ца назад Риккардо понял, что у него все равно не хватит сил свергнуть хунту, он распустил свою армию, велел людям возвращаться по домам. И нас осталось четверо – Риккардо, я, Пако Раналто и доктор Салазар. Мы организовали не­сколько налетов на Аббатство. Но все понимали, что это конец. Два дня назад Риккардо отослал Пако и доктора. Но ему нужен был кто-то, чтобы помочь переправить освобожденных уз­ников на Барбадос. Поэтому Риккардо не возра­жал, когда я сказала, что не оставлю его.

Нет, она ни за что не покинула бы Лазаро, подумал Флетч, испытывая при этом странное чувство, похожее на боль в старой ране.

– Но что с вами было бы, если бы вас схва­тили?

– Ничего хорошего, – с напускным равно­душием произнесла девушка. – Но мне сохранили бы жизнь. Я не так уж нужна им. Им необ­ходим Лазаро, чтобы казнь его стала назиданием для непокорных. Ваш вертолет был его послед­ним шансом на спасение, но я знала, что Риккардо ни за что не согласится на это по доброй воле.

– И ты позаботилась о том, чтобы у него не оставалось другого выхода? Кстати, где ты взяла снотворное и шприц?

– У доктора Салазара. Доктор помог Риккардо появиться на свет и готов был на все, чтобы сохранить ему жизнь. Он очень любит Риккардо.

– Так же, как и ты?

Саманта снова взглянула на него через плечо, и лицо ее озарилось лучезарной улыбкой.

– Так же, как и я.

И сердце Флетча вдруг сжала такая острая боль, что он едва смог перевести дыхание. Поче­му его так волнует и так раздражает готовность этой девчонки отдать свою жизнь за Риккардо Ла­заро? Она ведь ему никто. Конечно, Топаз кра­сива весьма своеобразной красотой, но ему ни­когда не нравились женщины такого типа. Его последняя любовница была жгучей пышной брю­неткой, достаточно опытной, чтобы удовлетво­рить все его прихоти. А эта малышка… да ее страшно было бы заключить в объятия – вдруг сломаешь что-нибудь.

– Сколько тебе лет? – быстро спросил Флетч. Саманта подняла на него удивленный взгляд.

– Двадцать. – Она вдруг нахмурилась. – Вообще-то нет. Уже двадцать один. Просто в пос­ледние годы никто из нас как-то не вспоминал о своих днях рождения.

Флетчем снова овладели странные чувства, встревожившие его еще больше, чем беспричин­ные уколы ревности. Сострадание и нежность. Он испытывал нежность к этой девочке, лишен­ной жестокой судьбой даже дня рождения, к одинокому ребенку, которому приходится жить в пещере, в мире страха и жестокости… Нет! Он не имеет права испытывать ничего подобного! Это так не похоже на него, так странно! Как, впрочем, и все его чувства к Саманте Бартон. Она вовсе не была одиноким ребенком. Топаз была женщиной Риккардо Лазаро, женщиной сол­дата, которая сама выбрала свой путь.

– И сколько ты уже с Лазаро? – поинтересо­вался он.

– Шесть лет.

Боже мой, так ей было всего пятнадцать, ког­да она впервые оказалась в его постели! Разве могла она в таком возрасте сделать сознатель­ный выбор? И снова жгучая ревность завладела его сердцем. Флетч представил себе Саманту в постели с Лазаро, ее хрупкое тело, прижатое к простыням огромным телом Риккардо, тонкие пальцы, сжимающие его смуглые плечи…

– А сколько лет вам? – поинтересовалась Саманта.

Вздрогнув, Флетч вернулся к действитель­ности.

– Тридцать семь.

– Я думала, вы старше.

Конечно, по сравнению с ее молодым, пы­шущим здоровьем любовником он должен был показаться ей Мафусаилом.

– Я и впрямь достаточно стар… Саманта рассмеялась.

– Какая я грубая, правда? Нет, вы вовсе не выглядите старым. У вас… у вас словно бы вооб­ще нет возраста. Как у моря, скал или древних статуй…

– Ну спасибо!

Саманта не обратила внимания на иронию, звучавшую в его словах.

– Но я вовсе не поэтому думала, что вы старше. Просто вы столько успели добиться в жизни! Я читала о вас в газетах. Вы действитель­но мультимиллионер?

– Действительно.

– Готова биться об заклад – у вас совсем нет времени, чтоб тратить свои деньги. – Саманта внимательно разглядывала его с любопытством маленькой девочки, видящей перед собой нечто необычное. – Мне кажется, вы очень добрый человек. И путь к цели значит для вас куда боль­ше награды, которую вы получите.

– Смотря что это за награда, – невольно усмехнулся Флетчер. – Уверяю тебя, я далеко не равнодушен к роскоши. При любых других об­стоятельствах эта твоя пещера нравилась бы мне не больше двадцати минут.

– О, эти стены очень быстро начинают да­вить на человека, – Топаз рассмеялась, и глаза ее зажглись золотистым светом. – Особенно на­доедают сталактиты. Боже правый, мне казалось, что я сама превращаюсь в один из них, когда пришлось однажды провести здесь несколько недель. Но я постараюсь вывести вас отсюда до того, как вы превратитесь в камень.

– Вывести меня? Почему в единственном числе? Разве ты сама не полетишь с нами? За­втра в вертолете будет достаточно места.

– Я пока не могу покинуть остров. Мне надо вызволить отсюда Пако.

– Но ты сказала, что Лазаро отослал его домой.

– В тот момент это было единственным ре­шением. Доктор, возможно, в безопасности, но Пако… Он был правой рукой Лазаро. В один пре­красный день кто-нибудь узнает его и выдаст солдатам.

– Но мой вертолет – твой последний шанс выбраться отсюда невредимой. Топаз решительно сжала губы:

– И все же мне придется найти другой вы­ход.

– Ты хочешь, чтобы тебя схватили вместе с Пако? – Флетч понимал, что слова его звучат слишком резко, но не собирался сдерживаться. Саманта хотела остаться одна посреди этого ада – мысль об этом приводила его в ярость, вы­зывала панику, которая казалась такой же не­объяснимой, как и все остальные чувства, вла­девшие им с тех пор, как он увидел Топаз. – Это не просто глупо! Это безумие!