Герой (не) её романа - Елена Соловьева

Бледный вид имели все: начальник караула; начальник штаба, заместитель по материально-техническому обеспечению, другие должностные лица. После истории Полины воинская часть вздрогнула, засуетилась, как развороченный муравейник. Два десятка солдат отправились чинить забор. Еще десяток во главе с Петровым — искать другие дыры «на свободу».

В кабинет командира вошел начальник штаба и доложил:

— Денис Симаков переведен в другую воинскую часть по распоряжению вышестоящего руководителя.

— То есть? — не понял Роман. — В стройбат, что ли? Наказан за проступок?

— Никак нет, — отринул Иванов. — Наоборот… гхм, с повышением. Симаков переведен по личному требованию Величко, бывшего начальника части.

Роман поерзал на стуле и нахмурил брови. Постучал шариковой ручкой по столешнице, а после направил ее сторону начальника штаба, точно ствол ружья.

— А-а-а, — догадался вслух. — Так Симаков — это тот самый солдат, что обрюхатил дочку бывшего командира.

— Ага, — поддакнул Иванов. — У этого солдатика большое будущее. Он теперь законный зять Величко.

Роман поблагодарил подчиненного и отпустил. Сам же задумался: как сказать Полине, что ее любимый женат на другой? Девочка себя не жалела, добиралась в такую глушь, только ради встречи. Теперь придется ни с чем возвратиться?

А самое главное: передать дурную новость придется ему, Роману. Вроде бы и не виноват, а на душе кошки скребут. И все из-за какого-то бабника и карьериста.

— И почему в этой жизни везет подонкам? — задумался Роман вслух.

Почему Полина не выбрала объектом любви другого парня? В воинской части больше трехсот солдат, плюс офицеры. Да каждый душу бы отдал за такую верную и преданную девушку. Родину бы больше любил, защищал с честью, зная, что дома ждут и верят.

Но нет, выбор пал на Симакова.

В дверь снова постучали: на сей раз дежурный привел Полину, виновницу горестных мыслей Романа. Девушка стояла возле двери, боясь поднять взгляд. Комкала в руках олимпийку и тяжко вздыхала.

— Как нога? Болит меньше? — участливо поинтересовался Роман. — Да ты пройди, сядь.

Полина нерешительно подошла к одному из стульев, опустилась на самый краешек. Подняла лицо и спросила:

— Вы мне скажете, что с Денисом? Почему он перестал писать?

Роман подавил тягостный вздох и усилием воли не дал себе отвернуться. Смотреть на Полину — сущее испытание. На допросе у арабов, пожалуй, было проще. Не так больно и страшно. Не беда, что едва не лишили зрения.

— Боюсь, я не могу устроить вам встречу, — признался Роман. — Дениса перевели в другую часть.

— В какую? Далеко? — забеспокоилась Полина.

Перегнулась через стол, упершись взглядом в лицо командира. Ей и оружия не нужно, чтобы выпытать все тайны. Этим огромным, беззащитным и в то же время сильным глазам невозможно соврать.

— Очень, — Роман попытался отделаться малой кровью. — Тебе лучше вернуться домой и забыть о Симакове.

Полина не собиралась сдаваться. Поднялась со стула, подошла к Роману и уперла руки в бока. Из раненой лани моментально превратилась в разъяренную тигрицу, готовую сражаться за любовь до последнего вздоха.

— Где Денис? Что вы с ним сделали?! — напустилась она на командира. — Почему мне лучше о нем забыть?

— Потому что он не достоин такой преданности, — честно признался Роман. — Возвращайся домой и найди другого. Хочешь, я на строевой смотр тебя приглашу? В инженерных войсках солдаты как на подбор: умные и красивые.

«С ними дядька Черномор, то есть командир части полковник Казанцев», — чуть не добавил Роман. Но вовремя осекся. Глядя на рассерженное и расстроенное лицо Полины, шутить расхотелось совершенно.