Скандальный брак - Кэти Максвелл

— Ты совсем не похожа на ведьму, — сказал Девон, стирая пену с лица. Он тоже посмотрел в зеркало, и их взгляды встретились. — После родов ты выглядишь усталой, но… красивой.

Красивой. Этот комплимент неожиданно смутил ее, и ещё ее смущало его присутствие.

Она решила сменить тему разговора.

— Мои братья никогда сами не бреются, — сказала она.

Девон удивленно вскинул брови.

— Что же они будут делать, когда рядом не окажется камердинера?

— Они уверены, что никогда не попадут в такую ситуацию. Он засмеялся, и даже Ли не сдержалась и улыбнулась. Вся её прошлая жизнь казалась ей теперь такой далекой. Однако внизу, в пивной, сейчас пировали живые напоминания о ней. Ли снова стала серьезной.

— Девон, я боюсь.

— Чего ты боишься? — спросил он и, вытерев лицо, отложил в сторону полотенце.

Она взглянула на своего сына. Бен посматривал по сторонам своими голубыми, слегка мутноватыми глазами.

— Боюсь возвращаться, — тихо сказала она. — Боюсь того, что скажут люди.

Девон подошел к кровати и опустился перед ней на колено.

— Ли, тебе совершенно нечего бояться. Ты возвращаешься в Лондон виконтессой. Этот титул дает определенную власть. Нужно только уметь ею пользоваться, — сказал он, проведя пальцем по головке Бена. Малыш сразу повернулся к нему. — Ты должна смотреть на всех свысока. Если ты будешь вести себя соответствующим образом, то никто ничего не посмеет тебе сказать. Напротив, все наперебой начнут поздравлять тебя с тем, что тебе удалось заарканить такого завидного мужчину, как я.

Его слова рассмешили Ли.

Однако она так и не успела ничего ответить, потому что и этот момент раздался громкий стук в дверь. Кто-то с такой силой колотил в нее, что эта несчастная дверь просто ходила ходуном. Вздохнув, Девон поднялся на ноги.

— Чего тебе, Карратерс?

— Откуда ты знаешь, что это я? — закричал он. Посмотрев на Ли, Девон страдальчески закатил глаза.

— Кто же еще может так стучать? — ответил он.

— Спускайся вниз и выпей с нами, — крикнул Карратерс. — Милан и Скарлегон уже там. Мы все ждем тебя. Попроси свою жену присоединяться к нашей компании.

Девон недовольно поморщился.

— Мне лучше спуститься. Если я не спущусь, то они не оставит нас в покое. Тебе и ребенку нужно отдохнуть.

— Тебе тоже нужно отдохнуть.

— Я хорошо себя чувствую, — ответил он и достал из кожаной сумки чистую рубашку. Надев ее через голову, он подошел к двери. — Я скоро спущусь, дружище. Откройте пока для меня бутылку кларета.

— А как насчет твоей жены? — поинтересовался Карратерс.

— Моя жена отдыхает, и ее нельзя беспокоить, — ответил Девон тоном, не терпящим возражений.

Карратерс понял, что больше он ничего не добьется, и ретировался.

Девон завязал шейный платок в свойственной ему небрежной манере. Посмотрев на своего мужа, Ли положила Бена на кровать и подошла к нему. Осторожно отодвинув его руки, она перевязала платок.

— Не мешало бы его накрахмалить, — сказала она.

— От крахмала у меня чешется шея.

Ли улыбнулась.

— Да, представляю себе, как ты мучаешься, — сказала она и отступила на несколько шагов от Девона, чтобы полюбоваться своей работой. В этот момент в дверь снова постучали. На этот раз это был не Карратерс, а две горничные, которые принесли ужин.

Поставив поднос с едой на стол, они ушли. Девон сразу схватил фазанью ногу и впился в нее зубами.

— Очень вкусно, — объявил он. — Не жди меня. Понадобится довольно много времени, чтобы перепить Карратерса.

Подойдя к Ли, он поцеловал ее в лоб так, как обычно муж целует жену, уходя из дома по делам. Несмотря на то что это был холодный, официальный поцелуй, у Ли на душе сразу стало легко и спокойно. Такого ей еще никогда не доводилось испытывать.

Теперь она почувствовала себя настоящей женой.

— Прошу прощения, миледи, — обратилась к ней Бесс, старшая горничная, после того как Девон ушел. — Куда следует поставить колыбель? — спросила она. В этот момент в комнату вошел помощник конюха. В руках он держал колыбель, сделанную из дубового дерева. Эта колыбель, похоже, была довольно старой.

— Колыбель? — обрадовавшись, переспросила Ли. — Поставьте ее возле кровати, — распорядилась она. Так вот о чем Девон шушукался с хозяином гостиницы! — Видишь? — сказала она Бену, взяв его на руки. — Твой папа заботится о нас.

Малыш никак не отреагировал на слово «папа», однако Ли поняла, что сегодня они с Девоном пересекли некий рубеж. Сначала к ней вернулось знакомое чувство волшебства. Да, она явственно увидела его мерцание. Потом появилось еще и нечто новое, неожиданное. Девон начал проявлять заботу. Теперь он всегда будет заботиться о ней. У нее в жизни будет надежная защита и опора. То, чего у нее еще никогда не было. Она же, в свою очередь, постарается сделать так, чтобы он снова полюбил ее. И уж будьте уверены — у нее это получится.

Ей хотелось смеяться, танцевать и прыгать от радости.

В комнату вошла еще одна горничная. В руках она несла платье из темно-синего, бархата, отделанное белыми кружевами.

— Я нашла вот это, Бесс. Как ты думаешь, оно понравится лорду Хаксхолду? — спросила она у старшей горничной.

Бесс посмотрела на Ли.

— Миледи, ваш муж спрашивал мистера Фрэнсиса, нет ли у нас каких-нибудь платьев, — сказала она. — Женщины иногда оставляют у нас свои платья, если им нечем заплатить за комнату, — понизив голос, объяснила она. — Вам нравится это платье? Лорд Хаксхолд очень хотел, чтобы мы нашли для вас что-нибудь подходящее. Кажется, это платье действительно вам пойдет. Его даже и ушивать не придется. О-о, я совсем забыла. Еще вот это, — сказала Бесс и, засунув руку в огромный карман своего фартука, достала расческу с серебряной ручкой и несколько кусков мыла. — Лорд Хаксхолд просил мистера Фрэнсиса принести также еще и вот это, и наш хозяин решил преподнести вам эти вещи, миледи, в качестве небольшого свадебного подарка, — объяснила Бесс. — Лорда Хаксхолда очень любят все, кто служит в этой гостинице.

От мыла исходил запах дикой жимолости и весенней свежести. Ли взяла в руки два этих мягких шарика и расплакалась.

— Извините меня, — с трудом произнесла она. — Я просто… я хочу сказать… это такой чудесный подарок. Как раз то, что нужно. И платье тоже, — сказала Ли, пытаясь взять себя в руки. В этот момент Бен решил, что проголодался, и тоже заплакал.

Горничные обменялись многозначительными взглядами, а Бесс засмеялась.

— Не волнуйтесь, миледи, — сказала она. — У меня трое детей, и я по себе знаю, какими чувствительными становятся после родов женщины. Просто нужно выплакаться, и вам сразу станет легче, а через денек-другой плаксивое настроение вообще как рукой снимет.