Репетиция конца света - Елена Арсеньева

Говорят, театр начинается с вешалки. Домсвиданий отнюдь не начинался с прихожей. В том смысле, что его прихожая почтине отличалась от прихожей самой обыкновенной квартиры. Обычное зеркало вметаллической раме с какими-то мещанскими финтифлюшками. Рядом – бра. Чуть встороне, в небольшой нише, – вешалка, на которой висят две мужскиедубленки и кожаное пальто с подстежкой. Тут же стояли три пары мужской обуви:теплые зимние сапоги, ботинки и фривольные туфли, чуть ли не лаковые. Рядом сними каракулевая, с оторочкой из ламы, подчеркнуто женственная шубка Алены и ееботфорты смотрелись чужеродно. «Такое ощущение, что я по ошибке оказалась вмужском туалете», – прошла краешком сознания мысль.

– У вас красивые ноги, – сказалаКатерина, проворно снимая сначала один сапог с Алены, потом другой и глядя нанее снизу вверх своими очень темными глазами. – Уверена, вы нравитесьмужчинам...

У нее была какая-то странная интонация, иАлена только чрезвычайно глупо улыбнулась в ответ. Не забывать делать вид, чтоей подобные приключения не в новинку! Поэтому она подмигнула Катерине испросила:

– Итак?..

Словно ей бог знает как не терпелось!

– Прошу сюда, – проговорилаКатерина, поднимаясь с колен и всматриваясь в Алену.

«Господи, уж не узнала ли она меня?! –испугалась та. – Узнал ведь Александр! А вдруг и эта...»

– К вашему платью подойдет зеленаякомната, – сообщила в эту минуту Катерина, и Алена с облегчением перевеладух: так вот чем вызвано ее пристальное внимание! Какие тонкости, надо же... Кзеленому платью – зеленая комната. А если бы она пришла в сиреневом? Нашлись быу них сиреневые покои? Это вопрос! С другой стороны, сиреневого платья у Аленывсе равно нет, так что и вопроса нет.

В зеленой комнате и впрямь преобладали именноэти тона: обои, плафон бра, покрывало на широкой низкой кровати... И дажемаленький пушистый зайчик, с детски невинным видом сидевший около магнитофона,был зелененький, с серебряным бантиком на шее.

Этот зайчик Алену просто доконал. Особенно всочетании с томными вздохами, несшимися из магнитофона. Музыка была знакомая –«Эль кондор паса», – однако в такой эпатирующей аранжировке слышать ееАлене еще не приходилось.

– Может быть, чай? Вино? Кофе? Извините,вас предупредили, что у нас предоплата? – на одном дыхании осведомиласьКатерина.

Алена расстегнула сумочку и вынула двепятисотки и две сотенные. Катерина проворно сгребла денежки, чуть царапнув поее ладошке длинными ногтями. Алена мысленно завистливо вздохнула, потому что унее такие ногти никогда не вырастали и вырасти не могли. Она нарочноподпиливала их покороче, чтобы не мешали работать на компьютере. И вообще –длинные ногти у нее как-то не приживались. А у Катерины были просто обалденныеногтищи!

Алена понимала, что нарочно цепляется закакие-то маловажные детали, потому что ей страшновато.

«Ну чего бояться? Ничего же не произойдет!» –мысленно твердила она себе, но все равно боялась.

– Ах, боже мой, Алена! – вдруг воскликнулаКатерина, глядя на нее с таким ужасом, как если бы обнаружила, что у клиенткивдруг порвались колготки на коленке. – Я совершенно забыла... Вы ведьхотели встретиться с Костиком? Но, к несчастью, его сейчас нет.

– То есть как? – откровенно опешилаАлена.

– Понимаете, его неожиданно заказалапостоянная клиентка... Она вообще встречается только с Константином, большеникого не хочет. Причем она не приезжает к нам, а присылает за ним машину. Инаш босс очень дорожит этим сотрудничеством, поэтому ее заказ исполняетсявсегда в первую очередь. Она позвонила буквально через полчаса после вашегозвонка, но я ведь не могла вас предупредить, потому что не знала номерателефона.

Потребовалось не менее минуты, прежде чемАлена въехала, что Костик, несмотря на то, что его заказали, похоже, все-такижив. Просто временно отсутствует.

– Почему же вы не предупредили меня вприхожей? – задала она законный вопрос, и Катерина на совершенно голубомглазу ответила:

– Забыла. Честное слово, забыла. Но ведьна Костике свет клином не сошелся, верно?

Опять эти клинья...

– Не жалейте вы о Костике, – махнуларукой Катерина. – Сейчас как раз свободен один потрясающий парень. Онпрофессиональный стриптизер, у него така-ая фигура... Очень красивый молодойчеловек, поверьте. И великолепный любовник. Его зовут Влад. У нас к нему записьчуть не за неделю, но вас обслужат без очереди, все-таки фирма перед вамивиновата... И скидочку получите. У Влада вообще-то расценки повыше, он беретполторы тысячи в час, но для вас оставим обычную цену. Как у Костика.

У Алены сейчас было только одно желание:ущипнуть себя покрепче. Чтобы все это безумное и в то же время карикатурноенаваждение рассеялось и она проснулась дома, в своей постели. Одинокой постелисоломенной вдовы...

– Кстати, вы почему хотели именноКостика? – продолжал звучать интимный шепоток Катерины. – Потому чтоон бисексуал? Да, я слышала, особые ощущения... Но, быть может, вам лучшепригласить... девушку?

– О господи, нет! – резко выставилавперед ладонь Алена. – Уж лучше стриптизера!

– Как угодно.

Катерина проворно выскочила из комнаты, и уАлены осталось странное ощущение, что она несколько обиделась на такуюкатегоричность. Уж не принадлежит ли сама диспетчерша дома терпимости к числулюбительниц розовых чувств? Этот брючный костюм, эта короткая стрижка...Катерина чем-то напоминает Кэй Ди Лэнг – одну из лучших мировых эстрадныхпевиц, которая нарочно культивирует в своем внешнем облике мужские черты.Впрочем, когда слушаешь ее волшебный голос, это кажется не просто второстепенным,но и вообще забывается.

Но тут же мысли о сексуальной ориентацииКатерины вылетели из головы Алены, потому что дверь отворилась и на порогепоказался темноволосый молодой человек в черных кожаных штанах и такой жекуртке. Куртка, надетая на голое тело, мелодично позвякивала множествомметаллических блях, вшитых меж бахромы, обрамляющей рукава.

– Добрый вечер, Алена, – сказалпарень чуть хрипловатым, приглушенным голосом, слишком, пожалуй, интимным дляего широченных плеч и рельефной груди. – Меня зовут Влад. Вы... любитетанцевать?