Мэрианн - Техно Ведьма

проскачем ближе к броду. Судя по шуму впереди, там мелководье. Всё шло относительно успешно. Флэм уверенно переставляла ногами, поднимая брызги и окатывая водой, но видно она всё же устала, потому как оступилась на одном из камне. После этого камень сдвинулся и поток воды хлынул с двойной силой, сдвигая и соседние камни. Потеряв опору, мы погрузились в воду. Побарахтавшись, я попыталась поднять голову над водой, но быстрое течение уносило меня всё дальше.

Одно дело спокойно плавать летом в месте где водная гладь практически всегда ровная, без каких-либо волн, если конечно, кто-то не брызгается намеренно. Другое дело держаться на плаву, когда река растекается всё шире, а течение не ослабевает. Ниже по течению я увидела круп и голову Флэм. Бедная, она была не только сама в разы тяжелее меня, так ещё и с вещами. По отдельности мы с большим трудом выбрались на берег. Под конец так и вовсе можно сказать вода сама выкинула на сушу. По крайней мере меня. Отплёвываясь, я огляделась в поисках Флэм. Она была ниже по течению, но тоже выходила на берег. Я лежала тяжело дыша прямо на илистых камнях. Боковым зрением увидела, как приближается Флэм.

— Флэм, милая… Ты ж моя молодец…

Послышался ещё какой-то шум. Приподнявшись на локтях, я покрутила головой. К противоположному берегу реки с трёх сторон вышли небольшие группы солдат с собаками. Однако перебраться на нашу сторону никто не решался. Опустившись обратно на камни посмотрела на небо. Пусть ловят. Я не сдвинусь с места, пока не отдохну. Спустя некоторое время стало тихо. Недовольно вздохнув села и посмотрела на противоположный берег. Солдаты стали скрываться обратно с лесу. Должно быть будут идти в обход. Я задумалась. Если я верно помню карту приграничных территорий, то около порта берут начало две реки — Рейн и Везнер. Вот только одна долгое время петляет вдоль границ, тем временем как другая как главная вена королевства проходит по всей территории почти до самой столицы, расходясь в разные стороны мелкими каналами. Пока я размышляла о траектории дальнейшего пути Флэм за моей спиной недовольно заржала. Вздохнув, я тяжело встала. Надо хоть на время снять вещи с лошади и дать ей отдохнуть. Заодно проверить масштаб бедствия и узнать на сколько всё плачевно.

Выходило всё и правда грустно. Сумка с письмами хоть и уцелела, но почти все письма размыло и прочесть что-либо на них было практически невозможно. Я разложила листы сохнуть на камнях под солнцем. Одежда, как и остатки еды уплыла полностью, элементарно отцепившись от седла. Сохранился только плед и платье в котором выезжала из дома Илин и то только потому, что его я убрала глубже всего, не планируя вовсе носить в лесу, как наиболее не практичное. Плед я свернула в жгут и закрепила вдоль седла, поэтому он и уцелел. На негодование и возмущение элементарно не было сил.

Путь мы продолжили только через час, когда Флэм отдохнула и наелась сочной травы, а я смирилась с общим положением дел, постирала уцелевшее платье и плед. Хорошо бы было ещё поспать, но это непозволительная роскошь. Идти вдоль реки тоже теперь было опасно. Солдаты скорее всего схватят меня при первой же возможной переправе в брод. Так что ничего не оставалось, кроме как снова вернуться в лес.

Вообще знающие люди могли бы сказать что в лесу невозможно умереть от голода. Но это если хоть немного знаешь куда смотреть и что собирать. Единственное, что знала я, это что осенью собирают урожай. А что собирают сейчас, когда лето едва начинает сменять весну? Первая робкая зелень только начала пробиваться на ветвях.

Солнце начало клониться к закату, окрашивая мир в яркие оттенки красного и розового. Я же к тому времени уже валилась с ног. Ехать по бурелому снова верхом мне не позволила совесть. Мы с Флэм монотонно перебирали тремя парами ног, когда я заметила вдали что-то интересное, выделяющееся меж деревьев чем-то каменно серым. После всего произошедшего была слишком вымотана чтобы бояться, а потому уверено повела лошадь в ту сторону. Послышался лай. Не агрессивный, как от псов солдат, но уверенный и монотонный. Выйдя из-за деревьев, увидела просторную лужайку с ладным одноэтажным домом. Из трубы валил дым, внушая надежду, что жилище жилое. Стало понятно, откуда собачий лай. Серый пёс с длинной серой шерстью лаял неспешно, но уверенно. Верёвка, как и просторный ошейник нёс скорее символический характер. При желании пёс вполне мог вылезти из него.

— Кто там, Арчи?

Из дома вышла пожилого вида женщина. Сложно было определить её возраст. Для пожилой она держалась слишком бодро, но трость в руках и то как опиралась о крыльцо дома свидетельствовало, что женщина уже далеко не так молода как ей хотелось бы. Из-за спины выглянула девчушка лет двенадцати с двумя короткими, но толстыми косами.

— Ба, да у нас гости!

— Да, Рози, я вижу.

— Извините, что вторглись в ваш покой, — начала я, понимая что молчать и дальше будет крайне невежливо, — я сбилась с пути и заблудилась. Можно ли нам с моей лошадью переночевать у вас?

— Отчего же не можно, проходите. Рози, помоги с лошадью.

Девчушка бодро обошла бабушку и подбежала к нам. Взяв у меня из рук поводья, она направилась куда-то вглубь двора. Увидев, что всё хорошо, пёс перестал лаять, равнодушно лёг на землю, положив морду на лапы. Вместе с девочкой мы сняли с Флэм мои вещи и седло.

— Вы проходите в дом, я сама почищу и накормлю вашу лошадь.

— Это Флэм.

— Пламя? На неё похоже.

Взяв основную сумку, я направилась в дом. Изнутри он казался ещё уютнее и просторнее, чем снаружи. Женщина накладывала мне в тарелку картошки с мясом. Хозяева явно садились ужинать, когда я помешала.

— Садись, краса, не стесняйся. Ты кем будешь?

— Мэрианн.

— Интересное имя. С Герфельда?

— Родилась в нём, выросла в Крэйволе. Вот хотела родину посетить, да заплутала.

— Всякое случается. — Женщина покивала со снисходительной улыбкой.

— А вы?

— А я Жаннет. Младшая — Рози. Приёмыш мой.

— И не страшно вам вот так отдельно?

— А чего бояться. Сюда то с Герфельда, то с Крэйвола захаживают, мы всем рады. Рози не хочет жить ни с тем, ни с другими, вот и прибилась ко мне. Да ты кушай, девонька. У нас ещё банька топится, отдохнёшь.

— А баня где? Я видела только один дом.

— Так тут же, через стенку, — засмеялась женщина от моей недальновидности, — её ежели растопить, так