Беги, если осмелишься - Кинг

Машина останавливается, телохранители уходят. Варан снимает мое платье через голову, аккуратно расстегивает бюстгальтер, я помогаю ему с рубашкой. Хватаюсь за плечи и целуя, трусь о ткань штанов под которой напряженный член. Одна его рука гладит мою спину, другая массирует грудь.

Пальцами отодвигает трусики, проверяет насколько я влажная, убирает руку, расстегивает ширинку, выпуская каменный стояк, от нетерпения я сама пытаюсь на него запрыгнуть, но мешают трусы. Варан смеётся. Никогда не слышала столько раз за день его смех и не видела столько улыбок.

Он снова отодвигает трусы, и я наконец-то чувствую его внутри. Теку так сильно, что слышны влажные хлюпания, отталкиваясь ногами, вверх — вниз, пытаюсь ускориться, чтобы ощущения стали острее. Но получается не очень.

— Хочешь быстрее? — отрываясь от поцелуя, спрашивает Державин.

— Угу.

— Сейчас, цветочек.

Спустившись ниже, он берет меня за талию и начинает таранить снизу. Я кричу на все лады, не сдерживаясь, появляется желание кончить, вцепляюсь ногтями в его плечи, он кажется всё понял и ускорился ещё больше. Сокрушительный оргазм обрушился на меня, волна расслабления прошла по моему телу, я уже не подмахиваю, он всё делает сам и кончает в меня.

— Цветочек, любимая моя, я так скучал по тебе.

Лежу на нем, его запах такой родной, от его тела исходит успокаивающее тепло.

— Я тоже скучала.

— Люблю тебя, цветочек.

— Я тоже тебя люблю, Саша.

— Как ты меня назвала? — Варан смеётся.

— Что смешного? Ты такой веселый сегодня, это пугает.

— Просто ты никогда меня не называла по имени. Это удивило меня.

— Можно так называть тебя?

— Конечно, цветочек, как угодно называй.

Тянусь к его губам, Варан подается ко мне, наши губы соприкасаются. Голова кружится и я снова хочу близости.

Мы начинаем одеваться, он помогает мне.

— Скажи, почему ты пошла с ним тогда?

— Когда?

— Ты с Годзилой ушла на пол дня, когда я уехал.

— Мне хотелось выйти, а ты запрещал, Игнат помог мне, когда я сходила с ума.

— Я не думал, что тебе было так плохо, прости меня.

— А ты прости, что я сбежала, на тот момент мне казалось это единственным решением.

— Как он нашел тебя?

— Он следил за каждым моим шагом от самого Питера.

— Тебе он нравится?

— Нравится, но ты больше.

— Ну спасибо.

— Лучше было соврать?

— Нет, я рад, что ты откровенна со мной. Пожалуйста, если он снова выйдет на связь, дай знать мне.

— Хорошо. Только не убивай его.

— Это я сам решу.

— Нет! Он попал в неприятности из-за меня.

— О чем это ты?

— Меня схватил какой-то мафиози. Доган прострелил ему голову, отправил меня в укрытие, а сам пошел на разборки.

— Я всё улажу, цветочек. — целуя меня в лоб, говорит Варан.

Мы приходим в гостиницу, Державин помогает снять босоножки и берет меня на руки.

— Куда мы?

— Мы в душ, цветочек.

Он ставит меня в кабинку, снимает одежду с себя и с меня, включает теплую воду, берет шампунь и начинает намывать, словно ребенка. Варан намыливает моё тело мочалкой, переодически касаясь руками, его касания пробуждают желание.

— Цветочек, я снова хочу тебя. — голос у мужчин хриплый, посылающий волну мурашек по моему телу.

— Я тоже, Саш.

В душе мы снова занимаемся любовью. Державин ставит меня спиной к себе, я наклоняюсь, чтобы ему было удобно, он входит в меня. Вода ласкает тело, я становлюсь очень чувствительной.

После душа он вытирает меня и себя, приносит пакет, в котором лежит новая длинная мягкая ночнушка.

Наматываю полотенце на волосы и выхожу к Варану в новой ночнушке, на мужчине надеты только боксёры, не могу отвести взгляд от шикарного тела.

Он встает на колени предо мной и прикладывает ухо к моему животу, который ещё не округлился.

— Привет, малыш, скоро увидимся. — говорит Варан милым голосом, несвойственным этому мужчине.

Глажу его по голове, перебирая волосы.

У меня текут слезы, я не знаю почему это так растрогало меня, но я счастлива так сильно впервые.

Глава 28. Команда?

Утром я просыпаюсь в объятиях Варана. Аккуратно высвобождаюсь, чтобы не разбудить мужчину. Ночью работал кондиционер и без близости горячего тела мне становится холодно. Бегу в ванную, принимаю душ и привожу себя в порядок. Кроме ночнушки в пакете лежало летнее платье, я не сразу заметила его. Надеваю новый наряд и иду заказывать завтрак. У входа в номер есть телефон для связи с ресепшеном, я беру трубку в руки, в следующую секунду дверь открывается и на пороге оказывается Игнат. Из трубки кричит администратор:

— Алло! Говорите, алло! Проблемы со связью?

Я смотрю на Догана и не могу сказать что-то или сделать. Это сон такой или что?

Игнат держит пушку в руках, от её вида внутри меня поднимается паника, я хватаю ртом воздух, его вдруг становится катастрофически мало и словно в бреду вешаю трубку. Тру руками глаза.

— Малыш, слава богу я нашел тебя!

Он кладет пистолет в кобуру на поясе сбоку. Видок у него пугающий: волосы взъерошены, под глазами темные круги. Он что всю ночь не спал? В то время как я наслаждалась близостью Державина. Меня охватывает стыд.

Годзилла подходит ко мне ближе и хватает руками, притягивая к себе с какой-то одержимостью, как будто он смертельно больной, я а его единственное лекарство. Мне хочется оттолкнуть его сразу, но я чувствую себя виноватой, из-за моего побега мы все в опасности.

От запаха его тела и парфюма голова начинает кружиться. Игнат зарывается в мои волосы носом, гладит меня по спине.

— Я думал тебя убили. Как хорошо, что ты жива! Ни тебя, ни моих людей в особняке не оказалось.

Упираюсь руками в крепкую грудь Игната.

— Прошу, пусти меня.

Он прижимает меня к стене и закидывает мои руки себе на плечи, я возвращаю их и толкаю мужчину в грудь, как домкрат. Игнат смотрит прямо мне в душу своими шоколадным глазами.

— Я думал, ты погибла, понимаешь? Чуть с ума не сошел.

— Варан убьет тебя, если увидит, что ты коснулся меня. Отпусти.

Толкаю его, но он точно камень.

— Ты тут с ним? Он же обижал тебя, а у самой глаза блестят от счастья. Я не прав?

— Игнат, пожалуйста. — я шепчу практически в его губы, они находятся в миллиметре от моих.

— Не могу отпустить, дай мне успокоиться, ты так напугала меня! Я выследил машину моих людей, она стояла на дороге пустая, думал Ястреб забрал тебя, понимаешь?

— Кто такой Ястреб?

— Неважно, тебе нельзя нервничать, главное,