Избранница для принца крови. Похищенная ночь - Александра Салиева

— Как ты меня нашёл? — так и не отвернулась от костра, но решила не впадать в окончательное уныние.

— Я всегда найду тебя, — не сообщил ничего нового Амитиас Адальстейн Эльрилейрдский.

Решила перефразировать.

— Это понятно. Но зачем? Мы же оба знаем, из аксартонских пустынь до некоторых пор я никуда не денусь.

Можно было бы спросить напрямую. То, о чём говорила Элене. Правда ли он чувствует мою боль? Но я не спросила. Не посмела. Быть может потому, что не хотела выдавать себя. О том, что теперь знаю об этом. А может в глубине души просто-напросто опасалась услышать не менее прямое подтверждение такому открытию. Не зря говорят, порой неведение — благо, а истина бывает опасна.

— Зная тебя, я не настолько уверен в том, что действительно никуда не денешься, — ухмыльнулся эйн.

— Особенно теперь, когда ко всем твоим существующим недостаткам, стало известно ещё об одном, самом жирном, — не удержалась от ехидства.

Он… опять промолчал. Сперва.

— Прежде мне было всё равно, сколько их во мне существует и сколько из них ты во мне увидишь. Помнится, тебе и самой было всё равно. Разве нет?

Да. И нет.

И…

— Прежде? — переспросила, повернувшись к нему и взглянув ему в глаза. — А теперь?

Глава 9.2

— А теперь… — улыбнулся в ответ мужчина.

Жаль, не договорил. Его безжалостно перебили.

— А теперь вы оба сперва вернёте всё как было, уже потом в своей безмерной любви друг другу сколько влезет признавайтесь, — сурово заключил Жнец.

Тот, о ком я начала забывать, возник рядом с границей моего защитного круга. Аккурат тогда, когда исцелённый эйном маг крови пришёл в себя и поднялся, собираясь выбраться из круга. Так и не выбрался. Замер, настороженно взирая на сущность в серой хламиде. Выглядела хламида, к слову, довольно устрашающе. Две красные точки в глубине капюшона светились чистейшим негодованием пополам с праведной яростью. Хотя лично меня это нисколько не проняло.

— Никакой безмерной любви друг к другу у нас нет! — возмутилась. — К тому же, у нас с тобой был уговор, и я его не нарушала. Чего ещё надо? Такие, как ты вроде как не вмешиваются в чужие жизни и вообще предпочитают оставаться невидимыми, — съехидничала. — Зачем отступать от верности своим привычкам?

Где-то здесь Жнец определённо разозлился. Красные точки в глубине капюшона вспыхнули ярче. Костлявые ручонки высунулись из рукавов хламиды и угрожающе сжались в кулаки, когда он ступил мне навстречу.

— Ты сказала, чтоб я заново зажёг в нём искру жизни для того, чтобы он помог тебе воспользоваться порталом в К´Арин. Порталом ты воспользовалась, а он всё ещё дышит! Ты снова вмешалась, валькирия!

— Да не вмешивалась я! — возмутилась снова.

— Ты притащила с собой ещё одного, — ткнул пальцем в эйна, — и попросила отсрочить этот отпущенный срок!

Красные точки сузились не менее гневно, нежели прежде расширялись. И злился тут не только Жнец. Эйн от подобного поворота событий оказался тоже не в восторге. Стоило Жнецу сократить расстояние между нами в четыре шага, как один из клинков повелителя огненных пустынь сверкнул солнечным бликом, прежде чем уткнуться остриём в горло Жнеца, частично раскроив серую хламиду.

Тут я… откровенно удивилась. Удивился и Жнец. Но если сперва мы оба — тому, откуда у эйна столько смелости и глупости нашлось, чтобы попытаться противостоять тому, кто является частью самой смерти, то немного погодя лично я продолжила удивляться уже тому, как опасливо замер сам Жнец, а упирающееся остриё клинка обагрилось двумя проступившими алыми каплями.

Ситуация стала выглядеть действительно опасной!

Вот и поспешила всех успокоить:

— Ничего я у него не просила. Только спросила, будет ли он ему помогать или нет. Вся инициатива исходила исключительно от него самого. Кто я такая, чтоб запрещать одному смертному помогать другому смертному? — открестилась от столь громких обвинений. — К тому же, если ты вдруг забыл, дословно было: «Тебе придётся помочь ему вернуться к жизни. Временно». Никто ж из нас троих его бессмертным не сделал. Как начнёт помирать снова, он весь твой, чего привязался? Говорю же, все условия сделки соблюдены, — возмутилась по новой.

Не была уверена в том, повёлся ли Жнец на аргументированность моей речи или же ему настолько не понравилось торчать, будучи наживлённым на остриё клинка, принадлежащего когда-то одному из Старых Богов, но по окончанию моих слов послышался обречённых вздох. Проворчав что-то о том, чтоб все валькирии провалились в геенну огненную, сущность в серой хламиде банально растворилась в воздухе и исчезла, а последующая за первым исчезновением ализариновая вспышка поглотила не только воскрешённого мага крови, служащего предметом случившегося спора, но и кусок площади вместе с моим защитным кругом. Правда, к моему прискорбию, на этом всё не закончилось. Злиться Амитиас Адальстейн Эльрилейрдский и тогда не перестал.

— Уговор и сделка, да, Фрейя? Опять? Стоило мне оставить тебя ненадолго, как ты снова непонятно кого себе нашла, — произнёс пугающе тихо и вкрадчиво. — Что я тебе по этому поводу говорил? Напомнить? — угрожающе навис надо мной.

Напоминать не пришлось. Я и сама прекрасно помнила.

— Да он даже не воин! — возразила.

Как возразила, так и вспомнила в том числе о том, что в былом предупреждении эйна речь шла не только о воинах, но и о «не воинах» тоже.

Он об этом тоже вспомнил.

— Но всё равно мужик, — шагнул ко мне ближе.