Пломбир от Ледяного дракона - Риска Волкова

Мы поднялись по лестнице на третий этаж. Мужчина закрыл дверь. Я в недоумении уставилась на огромную кровать и столик рядом с фруктами, вином и закусками.

– Ивар…

Он посмотрел на меня.

– Единственный способ разорвать твою связь с этим драконом оказался так прост, что я долго смеялся, когда узнал, что именно необходимо сделать.

Нахмурилась, пока не спеша говорить, что уже совсем ничего и делать не хочу.

– И что же?

– Связь по большей части образована не между тобой и Ледраном, Финни. Она образована между вашими драконами. И пусть его дракон вполне себе настоящий, то твоя драконица пока не инициирована. Если между вами ничего не было, то она еще спит. И она весьма безболезненно умрет, не причиняя тебе вреда, и тогда со связью будет покончено. Мы сможем быть с тобой вместе!

– Мне совсем не нравится эта идея, Ивар… – сказала серьезно я. – И потом, можно ли эту драконицу убить?

– Можно. Она очень хрупка и уязвима, пока еще не проявила себя. И самое ужасное, чего она не сможет перенести… Это если инициацию вместо ее пары проведет кто-то другой. Финника…

Он подошел ближе, обхватил мое лицо ладонями.

– Я тебя не понимаю… – пробормотала я.

– Тебе не надо ничего понимать, глупенькая. Я все сделаю сам…

Фроська

– Ну? – спросила ее суровая госпожа, когда девушка вошла домой.

Хотя, называть это жуткое и пронизанное холодом место было довольно странно. Куда как уютней было в кабинете Верховного. Тепло, и совсем не страшно. Широкоплечий мужчина в скрывающем его одеянии оказался тем самым спасительным плотом, за который Фроська уцепилась обеими руками. За чаем с вареньем, ягодами и шоколадом, он мягко, но очень подробно расспрашивал девушку о том, где она живет и с кем, чем интересуется, что планирует делать по жизни. Эти вопросы, казалось бы, были ни о чем, и заклинание, что сдерживало девушку, если и реагировало, то очень мягко. Лишь один раз Фрося поморщилась, ощущая боль – когда сказала, что тоскует по прежней жизни и что она… Не властна над тем, что происходит с ней сейчас.

А после Верховный указал на кулон с лисичкой… Спросил, не желает ли она его забрать. И Фроська ответила, что да. И надела кулон, который прежде был с ней почти всю жизнь, дрожащими пальцами застегнув застежку.

– Скоро все будет хорошо, – сказал мужчина. – Не бойся ничего. Я помогу. Мы все поможем.

Сейчас, когда ее Снежная королева повторила вопрос, явно теряя терпение, Фроська снова вернулась в реальность. Чуть замешкавшись, она протянула женщине письмо, которое та, взяв, с нетерпением развернула.

– Приглашение на бал? – удивленно пробормотала она. – И… Артефакт, избавляющий от безумия?!

Она расхохоталась. Зло, сердито, надрывно. А Фросе всего на мгновение, на миг вдруг показалось, что в этом зловещем хохоте было и еще кое-что – затаенная боль.

– Хочешь на бал, дорогуша? – спросила Ледяная королева.

Фроська подняла удивленный взгляд.

– Да… А можно?

Женщина кивнула.

– Пойдешь со мной. Вот только, нужно будет подыскать тебе подходящее платье…

В это же время, у входа в этот же дом замер мужчина. Если бы рядом был кто-то из его знакомых, он бы без труда опознал Ледрана. Он стоял, прислонившись спиной к покрытой инеем стене и сосредоточенно выплетал лозу из хрустального льда. На ее конце светилась огоньком поисковая магия. Магия, которая позволила бы ему определить, где точно находится его сестра. Жаль, ему не удалось. А, может, и к счастью. Дракон внутри него вдруг ни с того ни с сего взревел. Дико, яростно, зло.

– Финни! – коротко выдохнул Лед и, почти сразу же оборачиваясь на глазах у изумленных прохожих, взмыл в небо.

ГЛАВА 20

Финника

– Отойди! – крикнула возмущенно я. – Ты не в себе!

Я и правда не могла понять, почему человек, которого я знала столько лет, вдруг настолько изменился. Почему из доброго и понимающего друга он превратился сейчас в чудовище? От которого хочется убежать и спрятаться.

Полоз лишь усмехнулся. И вместо того, чтобы отойти, двинулся ко мне ближе, хватая за руку. Мне удалось ее вырвать. Я отскочила к двери, попытавшись выйти, но та оказалась закрыта. Нервничая, задергала ручку, но тщетно.

– Финни, это ты не в себе. Я не узнаю тебя, – с сожалением в голосе сказал Ивар. – Все эти годы ты была моим светом! Все эти годы я желал лишь тебя! И, поверь, я знаю, что мои чувства были взаимны… Ты только вспомни, Финника! Мы же хотели пожениться! Мы надеялись на счастье!

– Ивар, я люблю его! – вырвалось у меня. – Люблю моего Льда!

Я надеялась, что эта искренность его остановит, но, видимо, зря.

– Любишь! – расхохотался мужчина. – Это все чушь! Навязанные магией чувства! То, что ты испытываешь сейчас, тебе не принадлежит!

– Ошибаешься! Дай мне уйти, это уже не смешно! – сощурила я взгляд. – Правда!

Ивар покачал головой.

– Ни за что. Я не отдам тебя ему! Если ты не понимаешь, что с тобой происходит, кто-то должен вернуть тебе разум!

– Опомнись, дурень! – выпалила я, но вместо этого мужчина подошел ко мне, вцепился мне в плечи, а после с силой потащил к кровати.

– Нет, нет! Пусти! Ивар! – внутри меня все перевернулось от страха. Я закричала, надеясь, что хоть кто-то придет на помощь, но увидев, что стены отделаны особым камнем, который не пропускал почти никакие звуки, ужаснулась своей догадке.

Полоз все спланировал! Заранее знал, что я могу быть недовольна, и теперь вот…

– Пусти! – он повалил меня на кровать, затыкая рот поцелуем.

Поцелуем, показавшимся самым омерзительным на свете. Ударила его по щеке, но Ивар лишь снова засмеялся.

– Ни за что, Финни. Разорву вашу связь, а после уже решай, кто из нас двоих тебе больше мил! – рыкнул он, когда эта пытка закончилась, чтобы продолжить.

Ни за что! А я ни за что не дамся! Потянулась к собственной силе, понемногу высвобождая ее, почувствовала, как пальцы на руках закололо огнем, а в следующий миг с силой махнула рукой, объятой огненными перьями по лицу Ивара, которое я сейчас ненавидела больше всего на свете.

Он заорал, на миг ослепнув и прижимая руку к налившимся красным ожогам на щеках.

Этого времени хватило мне, чтобы перекатиться в сторону и рвануть к окну. Вот только распахнуть его я не успела. Огромная призрачная змея вдруг обвилась вокруг моих ног.