Теорема сводных - Вероника Фокс

— А ты как?

Мария-Луиза задумывается.

— Могло бы быть и лучше.

Ее зеленые глаза устремляются на меня и требовательно ждут чего-то. Я делаю глоток фруктового смузи через трубочку, характерно шумя, а после, вопросительно спрашиваю:

— Что?

— Ничего, — наигранно отвечает Мария-Луиза.

Рядом проходят две девочки и отчетливо говорят на немецком фразу так, что я ее слышу:

«В Тео влюбилась его сводная!»

«В него даже родственники влюбляются, насколько он шикарен!»

Смешки отдалились от меня все дальше и дальше. Я резко плевела взгляд на Марию-Луизу, сощурив глаза.

— Ты это слышала?

— Что? — вновь наигранно ответила подруга, но я уловила нотку лжи в ее ответе. Она явно что-то скрывала от меня.

— Что сказали эти две девчонки?

— Про то, что ты влюбила в Тео? Нет, не слышала, — ироничный ответ Марии-Луизы заставил меня замереть на месте. Но в следующую секунду я склонилась к подруге и взяв ту за запястье сказала:

— Выкладывай все, что знаешь.

Мария-Луиза засветилась от счастья. Она словно только и ждала этого момента, чтобы я спросила у нее самые последние сплетни.

— А ты что, не в курсе?

— Нет, — сжала ее запястье чуть сильней, чтобы она понимала, что я серьезно настроена на допрос. — Поэтому ты мне сейчас все расскажешь.

Подруга засияла от счастья. Мне кажется, еще чуть-чуть и она бы зарядила своей энергией целый аварийный генератор для города.

— В общем, — она склонилась ко мне ближе и распаковала пакет с маленькими овощами, который взяла в столовой. — Утром случился инцидент на четвертом этаже.

— Какой? — спрашиваю у нее понижая голос.

— Ну ты же знаешь, что Ганс и Тео не ладят с детства. Точнее ладили раньте, но Тео не любит об этом вспоминать. Из ненависть стала больше, чем просто пацанакие придирки и издевки.

Подруга взяла мой смузи и сделала один глоток.

— Бу-э, — прокомментировала она вкус смузи, — и как ты пьешь такой сладкий смузи?

— Мне нравится, — спокойно ответила ей.

— Так вот, о чем я?

— О Гансе и Тео, — напомнила я.

— Ну да. В общем, утром произошел инцидент. Ганс как всегда дразнил Тео, но шутка вышла из-под контроля.

— Они опять подрались?

— Nein! — воскликнула она. — В этот раз обошлось без драки. Ганс задирал Тео, говоря о том, что он закадрит тебя. Что ты согласишься на свидание и все такое…

Я молча слушаю Марию-Луизу, стараясь не перебивать ее, хотя очень хочется задать вопрос на каждое ее слово.

— Ну и Тео сказал, что ты никогда в жизни не посмотришь на Ганса, потому что он не в твоем вкусе.

— И?

— Ганс хотел парировать, но Хельга сказала, что Тео так злиться, потому что знает, что ты в него влюблена.

Задерживаю дыхание. Все становится очень интересным…

— Кто такая Хельга?

— Сокурсница наша, — безынтересна ответила Мария-Луиза. — В общем, Тео подтвердил это, что даже дома ты пытаешься проявить к Тео чуть больше заботы, чем требуют отношения «сводных».

Пытаюсь проглотить противный ком обиды, но не выходит.

— А что было потом?

— Ганс спросил у Тео: действительно ли его слова правда? Теодор ответил, что: «подлинные».

— Подлинные? — переспросила я выгнув бровь.

— Да. Это значит, что он на сто процентов уверен в том, что ты к нему что-то испытываешь. Но это не самое худшее…

Куда уж можно быть хуже? Я не знаю…

Мария-Луиза облизывает губы и не дождавшись моего ответа, продолжает:

— Хельга отправила всем в чате фото в комнате Финна, где вы с Тео очень мило общаетесь.

— У тебя есть это фото?

— Конечно!

Мария-Луиза в мгновение показывает мне это фото с экрана айфона. Я смотрю. Хмурюсь. Испытываю огорчение.

— Откуда она у нее?

— Она не уточнила.

Вновь хмурюсь.

— Я… я даже не знаю, как на это реагировать…

— Так это не правда? — восклицает Мария-Луиза таким расстроенным голосом, что мне становится не по себе.

— Неправда что? — уточняю у нее.

Подруга оглядывается по сторонам, будто бы боится, что нас подслушивают.

— Ты не влюблена в Тео?

— Нет конечно, — отчеканила я слова так четко, что кажется, переборщила с интонацией.

Мария-Луиза мне не поверила.

— Ганс, конечно, расстроился, но я на стороне Тео.

— Ясно, — говорю я ей, а в голове уже витают мысли о том, что я задам взбучку Тео, если только его увижу!

Весь учебный день меня терзали тяжелее мысли. Мне никак не удавалось сосредоточиться на каком-то предмете. Казалось, что все взгляды прикованы ко мне. Кто-то перешептывался, кто-то просто отворачивался. А в конце занятий я и вовсе ощутила на своей шкуре противные смешки от двух девчонок, которые специально так громко говорили обо мне.

В голове не укладывалось две больных мысли:

Первая: почему Теодор такой популярный парень в университете, если он занял лишь единожды титул «Мистер Университета Мюнхена»?

Вторая: Почему Тео всем соврал?

От нервов дергался глаз, а усталость ломила мышцы. Выйдя на парковку я не заметила машины Теодора. Холодный ветер обдувал раскаленные щеки. Вынула телефон из кармана пиджака и набрала номер Теодора. Длинные гудки в трубке раздражали меня еще сильней. Не получив ответа, скинула звонок.

Где ты можешь быть, засранец?

Прищуриваюсь, вглядываясь в силуэты машин, но…Так и не могу разглядеть, где он припарковал тачку. Набираю его номер еще раз и… вновь без ответа. Перед тем как положить трубку, я вижу Марию-Луизу, которая выходит из дверей и обращает на меня внимание. Быть может у нее есть ответ на мой вопрос? Сбрасываю звонок и окликаю ее:

— Мария-Луиза!

Услышав свое имя, девушка останавливается.

— А, Лия!

Быстрым шагом сокращаю дистанцию, но по глазами Марии-Луизы вижу, что та что-то недоговаривает.

— Да… слушай… — начинаю я, хотя слова совершенно не вяжутся. — Я хотела спросить.

Мария-Луиза внимательно меня слушает, сложив руки на груди.

— Ты случаем… не видела Тео?

— Он уехал час назад, — слова подруги прозвучали убедительно, хотя по ее глазам было видно, что она что-то недоговаривает.

— Да? — хмурюсь, потому что теперь у меня несколько причин головной боли и одна из них: как добраться до дому? — Я не знала… он не предупредил меня…

— Давай я тебя подвезу! — восклицает подруга и тянет за собой.

Выбора у меня нет.

В машине мы молчали. Мария-Луиза гнала так, что мне хотелось вжаться в сиденье и зажмурить глаза. Откуда такая спешка? Я не знала. Но и спросить у нее я не решалась… Уже на подъезде к город, Мария-Луиза все-таки заговорила со мной.

— Ты сердишься на Тео?

— Угу, — промычала я, всматриваясь в окно машины.

— И правильно делаешь.

— А почему ты