Как очаровать распутника - Вики Дрейлинг

Они были уже возле экипажа. Уилл помог ей подняться по ступенькам. Потом вскарабкался сам и сел рядом. От него исходил слабый аромат сандалового мыла с некой примесью, наводившей на мысль о мужских первобытных инстинктах.

Лошади тронулись. Уилл снял шляпу и повернулся к Эми:

— Теперь о награде.

— Вы слишком нетерпеливы.

К счастью, шляпка частично закрывала ее лицо.

Но Уильям распустил узел, потянул ленты, и шляпка упала с ее головы. Эми была заинтригована: мужчина, развязывающий бант и снимающий с дамы шляпку, — это приятно щекочет нервы. Ей стало немного неловко без шляпки, однако он погладил ее щеку, и она была очарована запахом его кожи и невесомыми как перышко прикосновениями подушечки пальца к подбородку, ушной раковине… Ее пульс участился. Эми облизнула губы. Склонившись к ней, Уилл ее поцеловал. Это был глубокий поцелуй, и она ответила на него. Ведь ей нравилось с ним целоваться, к тому же она как-никак стала его невестой!

Ее пальцы топорщили жесткие волоски на его затылке. У него были темные густые волнистые волосы, которые казались шелковистыми, когда она к ним прикасалась. Уилл заставил ее раздвинуть губы, чтобы проникнуть внутрь долгой неторопливой лаской. Эми охотно сдалась под напором этой медленной осады и отдалась новым ощущениям. Прерывистое дыхание Уилла, исходивший от его кожи аромат сандалового мыла, тепло ладоней, которые обнимали ее лицо…

Прервав поцелуй, он прикоснулся лбом к ее лбу, тяжело дыша.

— Мы начали дело, которое не сможем завершить.

Лицо Эми вспыхнуло. Он хотел сказать… о Боже.

Уилл весело улыбнулся и пощекотал ее талию. Эми вскрикнула.

— Тише, а то кучер решит, что я вас… прямо в карете.

— Вы меня… что? — воскликнула Эми.

Она не потерпит грубых выражений!

— Извините. Не сумел подобрать слова.

— Вы хотели сказать то, что я думаю? — спросила она, повышая голос.

— Я не могу читать у вас в уме. Что, по-вашему, это значит?

— Вы дурно воспитаны.

— Ответ неверный. Попытайтесь еще раз.

Эми рассмеялась.

— Мне следует вас выбранить.

Да, он знал, как вскружить женщине голову, чтобы добиться своего. И наверняка знает, как избежать того, что ему претит, за прискорбным исключением необходимости жениться на ней, Эми.

— Но вы не станете меня бранить, — заключил он. — Наверное потому, что в душе вам это нравится.

— Я не потерплю грубых выражений.

— Вы должны признать, что я вас развлек.

— Но вы хотели совсем не этого, — возразила она. — Вашей целью было меня шокировать.

— Нет, я всего-навсего хотел вас поцеловать, — произнес он вкрадчиво.

И посмотрел на Эми так пылко, что у нее перехватило горло. Карета гремела колесами по мостовой еще некоторое время, прежде чем повернуть. Уилл выглянул в окно:

— А, я уже вижу вдали Эшдон-Хаус.

У Эми пересохло во рту — плохой знак! Опять язык откажется ей повиноваться, и она произведет жалкое впечатление, поскольку не сумеет поддержать беседу. Слишком многое зависело от этой встречи, ведь она должна была впервые предстать перед семьей Уилла в качестве его невесты. Эми не хотела их разочаровывать. И она точно поставит в неловкое положение Уилла, если не сумеет взять себя в руки и справиться с волнением.

Он сжал ее ладонь.

— Не стоит нервничать. Вы уже почти всех знаете. Они будут вас обожать.

— Разве это возможно — в наших-то обстоятельствах?

— Вы поднимаете шум из ничего. Мои родственницы просто в восторге! Скоро на меня наденут кандалы.

Эми уткнулась взглядом в собственные колени. Какое унизительное для нее выражение. Он, верно, сказал не подумав.

— Могу сообщить — если это вас утешит, — что отнюдь не жажду встречи с вашим батюшкой, — продолжая он. — Боюсь, он даст мне в зубы.

От изумления Эми раскрыла рот.

— Мой папа никогда бы вас не ударил.

— Вы его единственная дочь, а у меня репутация Дьявола, уж простите мне этот отвратительный каламбур. Должно быть, он разошелся не на шутку, узнав, что я сделал с его девочкой.

— В письме я объяснила родителям, что все вышло случайно, — возразила Эми.

Уилл покачал головой:

— Вряд ли его это успокоит.

— Мой папа очень добрый и обходительный человек.

— У него есть ружье?

— Он иногда стреляет птиц.

Уилл картинно вздохнул.

— Значит, я не заживусь на этом свете. Поцелуйте меня, прежде чем я погибну.

Когда он потянулся к ней, Эми рассмеялась и быстро положила руку ему на грудь.

— Нет. Карета замедляет ход. Пора вспомнить о правилах приличия.

Уилл усмехнулся:

— На некоторое время.

Уилл повел Эми через переднюю в большой холл. Девушка выглядела робким олененком, и он крепко сжал ее руку.

Они остановились у нижней ступеньки лестницы. Может, шутка поможет ей справиться с волнением?

— Не пугайтесь голого Аполлона — статуи, которую поставила здесь мать. Тетя Эстер грозилась надеть на это страшилище тогу, если его не уберут куда-нибудь подальше. А мама заявила, что у Эстер отвратительный вкус, раз она держит у себя поддельную мумию.

— Вы шутите! — воскликнула Эми.

Уилл покачал головой.

— Нет, не шучу. Просто моя семья отличается множеством причуд.

— Уильям, зачем вы медлите? — позвала Пейшенс.

Он поднял глаза на верхнюю площадку лестницы:

— Привет, сестренка.

— Все ждут, — продолжала она, делая знак рукой — Поспешите.

— Сию минуту, — откликнулся он. — Но сначала Эми полюбуется Аполлоном.

Картинно закатив глаза, Пейшенс пошла назад в гостиную.

— У Пейшенс четверо сыновей, в том числе Питер, который любезно поливает цветы в матушкиной оранжерее.

Эми улыбнулась:

— Из лейки?

— Нет. Питер как собака, с той лишь разницей, что выбирает цветы, а не деревья.

Эми засмеялась.

— Я увижу этого славного малыша?

— Он в детской с другими сорванцами, и все они сейчас, наверное, объявили войну няньке.

Наверху послышался топот бегущих ног.

— Помяни ненароком черта, — усмехнулся Уилл. — Питер, поспеши в детскую, пока мама не обнаружила, что ты исчез.

Но Питер взобрался на перила, и Эми испуганно ахнула.