Признание в любви - Патриция Хэган

— Это я научил его английскому. В школе миссионеров я выучил также испанский и еще говорю на языках всех местных индейских племен. Полагаю, что я человек цивилизованный и миролюбивый. И все наше племя миролюбиво. А про Черного Змея забудьте. Он нам теперь чужой. Больше вам пока знать ничего не надо.

Джеси раздражал его высокомерный топ, а свое восхищение его образованностью она подавила в корне.

— Вы так и не сказали, почему отказываетесь мне помочь.

Все еще держа ее лошадь на поводу, он пустил жеребца рысью.

— А что я, по-вашему, делаю?

— Вы не хотите проводить меня туда, куда мне нужно попасть.

— Может, я еще передумаю.

Люк заметил между скал цветы лаванды.

— У вас глаза такого же цвета, — сказал он.

Не сказать ли ему, что ее назвали в честь гиацинта, подумала Джеси, но решила, что это его не касается. К тому же ей начинало казаться, что с ним она не в большей безопасности, чем с Черным Змеем. Надо от него сбежать при первой возможности.

А Люк подумал, что Джеси, возможно, в самом деле была тем ребенком, для которого предназначалось молоко Солнечной Звезды. Но сейчас не до этого.

Он достал из седельной сумы кусок сушеного мяса бизона и протянул его Джеси:

— Пока вам придется удовлетвориться этим. Вот остановимся на ночевку, тогда я поджарю ветчины с бобами. На вас страшно смотреть — кожа да кости. Я даже не знаю, чем они надеялись поживиться, но по крайней мере помогли мне найти вас.

С этими словами он, криво ухмыляясь, кивнул на небо, и, подняв глаза, Джеси увидела, что там описывают круги большие серые птицы.

— Стервятники, — сказал Люк.

Джеси содрогнулась и принялась старательно жевать мясо.

Люк отдал ей повод, полагая, что у нее хватит ума больше не гоняться с ним наперегонки.

Доехав до речки, Люк завел в нее лошадей, и они довольно долгое время шли по воде. Когда же опять вышли на берег, Люк вынул нож (свой собственный, а нее ее, заметила Джеси), срезал с куста две большие ветки и привязал их к хвостам лошадей. Эти ветки волоклись за ними, стирая следы.

— Остроумно, — заметила Джеси насмешливым тоном. — Ночью-то следов все равно не видно.

— Зато их будет видно утром, а Черный Змей отправится на поиски именно утром. Если он действительно сильно напился, то сегодня он будет мучиться головной болью, и ему будет не до этого.

Джеси хотела сказать, что больной головой Черный Змей не отделается, но смолчала.

По мере того как солнце все ниже склонялось к горизонту, вокруг них сгущалась оранжевая дымка.

Затем от скал и кустов поползли все удлиняющиеся тени, и вот наступила темнота.

— Мы заблудимся, — с беспокойством сказала Джеси. — Долго еще ехать?

— Индейцы не могут заблудиться. Вы в этом убедитесь, когда мы доберемся до места.

Джеси разозлил его саркастический топ, и она огрызнулась:

— Вы сказали, что хотите поговорить со мной, прежде чем решите, стоит ли мне помогать. А вместо этого глупо подтруниваете. Вы что, не умеете быть серьезным?

— Когда впадаешь в серьезность, то зачастую делается грустно, а этого я стараюсь избегать. Но если вы настаиваете, я постараюсь держать свое чувство юмора в узде.

Джеси не собиралась, конечно, в этом ему признаваться, но, несмотря на раздражающую манеру разговора, Люк произвел на нее сильное впечатление. Она видела, что он умен. К тому же он ей нравился — но не так, как Майкл. У Майкла очаровательные манеры, всегда аккуратно причесанные волосы — не считая той пряди, которая упорно спадает ему на лоб, с теплым чувством подумала Джеси. Майкл красив почти как девушка. У него длинные пушистые ресницы, необыкновенной синевы глаза, четко очерченный рот, и он всегда гладко выбрит. Настоящий джентльмен — безукоризненно одетый, с безукоризненно ухоженными руками. По сравнению с ним внешность Люка казалась более грубой, но и более мужественной. Джеси обнаружила, что ее интригуют его черные глаза, которые смотрят на нее так, словно он читает ее мысли.

У Люка было тренированное, мускулистое тело воина, приученного к сражениям, знающего, как выжить в лесу. Он, видимо, хитер, как дикое животное, и не боится ни человека, ни зверя. Хотя Джеси была так мало с ним знакома, она чувствовала себя в его обществе абсолютно защищенной от других. Но у нее были большие опасения относительно его планов на ночь.

Джеси вдруг почувствовала угрызения совести: она за столько времени впервые вспомнила про Майкла — и только для того, чтобы сравнить его с этим индейцем. Нет, лучше с ним побыстрее расстаться. Чересчур уж ей нравится его суровая красота. Джеси напомнила себе, что Люк — ее враг. А Майкл — ее жених. Чем скорее она разыщет мать и вернется в Джорджию, тем лучше.

Нужно, однако, попробовать найти взаимопонимание с Люком.

— Вы говорили, что следовало бы что-то обсудить. Этой ночи не видно конца. Так почему нам не сделать это сейчас?

— Я думал, что вам сначала надо поесть и отдохнуть.

— Мне будет спокойнее, если вы пообещаете отвезти меня завтра в форт Уэрт. Так что вы хотели от меня узнать?

— Вы сказали, что у вас есть основания полагать, будто ваша мать живет у команчей. Но у меня такое чувство, что вы сказали мне не все.

— А вы уверены, что вы ее не знаете? — подозрительно спросила Джеси.

Люк старательно обдумывал ответ. Судя по всему, она и в самом деле дочь Солнечной Звезды, но он не собирался ей этого сообщать.

— Индейцы захватывали в плен много белых женщин. Большинство из них они убивали. Почему вы думаете, что ваша мать все еще жива?

Джеси говорила ему, что ее мать убежала из форта назад к команчам, но он не знал, откуда к ней попали такие сведения.

— Об этом моей тетке рассказал человек, когда-то служивший в техасской копной полиции. Он заезжал к нам домой.

— Но вы же говорили, что это случилось десять лет назад! Почему же вы ждали столько времени и не предпринимали поисков? Почему никто не приехал раньше?

Джеси не хотелось ему говорить, что Виолетта ее обманывала, но выхода не было.

— Тетка рассказала мне об этом только перед самой смертью. До этого все полагали, что я ее дочь, в том числе и я сама. Даже ее муж считал меня своей дочерью. Это звучит невероятно, но, видимо, у нее были основания так поступить. А сейчас я знаю одно: мне надо найти мою настоящую мать, чтобы она узнала, что я жива. По-моему, она сбежала из форта назад к индейцам только потому, что была убеждена: среди белых у нее не осталось родных людей. Но у нее есть дочь, и она должна знать об этом. Разве вы не согласны?

Джеси с мольбой посмотрела на него, но в темноте не разглядела его лица.

Люк не знал, что ответить. Если эта девушка действительно дочь Солнечной Звезды, он не может позволить им увидеться, не взвесив все возможные последствия.