История шрамов - Кая Север

14. Как я затеяла самую тщательную уборку в своей жизни

После вчерашнего неудавшегося поцелуя хотелось просто дать себе самой пощечину и послать куда подальше. А еще сильнее я нуждалась в том, чтобы это сделал Альк. Разложил, как обычно все по полочкам, разваливая в пух и прах все мои переживания.

Сказал бы, что я дура, и что все нормально. Мол, забыли и отпустили. Просто едем дальше. Все как обычно.

Вместо этого, когда рано утром он уехал искать работу, я повторяла себе это весь день сама. Пыталась отвлечь себя всеми доступными способами. Уборкой — постаравшись сделать все так, чтобы дом выглядел таким же нетронутым, как и когда мы сюда заявились; принятием ванны и исследованием всех баночек и косметических средств, что там были; просмотром дисков на видеоплеере — коллекция фильмов здесь была просто потрясной; в общем, старалась себя занять, не выходить из дома, и дожидаться возвращения Алька. Все, как он мне и сказал.

Под вечер я услышала странный щелчок, словно бы где-то внизу открывалась дверь, потому я сразу осторожно спустилась — предположив, что вернулась прислуга. На этот случай у нас был приготовлен план отхода — потому я и старалась держать все в чистоте и нетронутым, но несколько раз аккуратно обойдя весь этаж, я никого не обнаружила. Солнце уже давно село, и я взглянула на часы: по моим подсчетам, Альк должен был вернуться совсем скоро.

Мы с ним так и не поговорили. И я не знала, что ему сказать, когда мы снова окажемся наедине. Вести себя так, словно и не было той моей неловкой попытки его поцеловать? Не уверена, что смогу. Так же, как не смогу игнорировать свои неловкие чувства к нему. Боже, Ванда, ну ты и дура... Выброси это из головы. И сосредоточься на более важных вещах.

Я погасила свет, так ничего и не обнаружив на нижнем этаже — к вечеру не было необходимости лишний раз привлекать внимание, а на верхнем я предусмотрительно задвинула все шторы. От скуки я решила даже проверить местный гардероб — все равно нужно было взять с собой в дорогу сменные вещи, и лучше заранее позаботиться о теплой одежде. Подобрала пару свитеров и кофт с длинным рукавом для Алька — было сложно, потому как хозяин явно был ниже его ростом и куда более субтильным... С женской одеждой было сложнее, потому как весь женский гардероб состоял из одних купальных бикини, на что в моей голове сразу загоралось однозначное, подсвеченное красным "нет". 

Когда я снова услышала неясный шорох, мне уже стало не до шуток. Может, я забыла закрыть где-то окна? Или здесь водились животные? Кошка какая или…

Додумать я не успела. Потому как, возвращаясь с ворохом одежды в комнату, я услышала знакомый хриплый голос из-за угла:

— Ванесса, ты и впрямь здесь одна?

В первое мгновение я замерла, будучи не в силах пошевелиться от ужаса. В следующее — решила, что все это галлюцинации, рожденные моим воспаленным разумом. Ведь он меня столько раз уже подводил… "Беги", — подстегнуло меня что-то изнутри, перечеркивая любые попытки самой себе объяснить происходящее. 

Я бросилась наутек вниз по лестнице, совершенно не разбирая дороги и не оглядываясь, надеясь успеть миновать угрозу, что притаилась в коридоре. Напрасно. Когда стальные тиски мужских рук сомкнулись на моей правой руке, я тут же завизжала, стараясь вырваться.

Даже если это галлюцинации, я должна свалить, несмотря ни на что. Я больше не буду послушной, молчаливой жертвой. Я буду кричать, бить, визжать и царапаться, но я смогу уйти. 

Стоило мне повернуть наконец голову и увидеть знакомое лицо, я поняла, что все это взаправду. Сил на то, чтобы вырвать руку, не хватило. Даррен втащил меня обратно вверх по лестнице, словно ему вообще это ничего не стоило.

Нет. Нет-нет-нет.

— Думала снова сбежать от меня? — все, что он говорил в эту секунду, доносилось до меня с трудом.

Если бы не первобытный ужас, что я испытывала перед этим человеком и его безумием, я бы, возможно, предпринимала более активные попытки высвободиться из его хватки. Впрочем, это все равно было бы безрезультатно. Но все, на что меня хватало — инстинктивно прикрывать голову, когда он наносил удары.

Я знала, из-за чего он злился. Знала, что в эту секунду в его голове. И потому мне и было так страшно. Одно дело — наткнуться на маньяка, совсем другое — на психопата, совершенно не отдающего отчет своим действиям. Считающего, что он абсолютно прав.

— Эй, ублюдок, — послышался еще один голос. — Противника по размерам найти не хочешь?

Когда в следующее мгновение Даррен внезапно отпустил меня, я даже не поверила тому, что произошло. 

— Ванесса, кто это? — вопрос, заданный столь спокойно, заставил меня замереть и вскинуть голову.

Отчего-то появление Алька нисколько не принесло облегчения, скорее наоборот. Я снова была уверена в том, что Даррен его убьет. И когда этот психованный ублюдок одним быстрым, почти невидимым движением раскрыл карманный нож,  необъяснимым образом оказавшийся у него в руке, я завизжала снова — на этот раз от отчаяния.

— Нет!..

— Ванесса, ты успела завести хахаля?

Даррен сделал шаг по направлению к Альку, и я бросилась на него, пытаясь остановить.

— Не трогай его!

Еще один мощный, слишком быстрый удар, для того чтобы можно было попытаться увернуться — как назло той рукой, в которой он сжимал нож — и вот в следующее мгновение я уже не могла пошевелиться от боли, потому что бил Даррен всегда по лицу и наотмашь. Инстинктивно закрыв лицо руками, я почувствовала под ладонями кровь.

Все, что я успела разглядеть после — как Даррен кидается с ножом в сторону Алька, и в следующую же секунду того начинает заливать кровь после внезапного удара.

Все пропало.

Из-за меня Альк погиб. А я ничего не смогла сделать, чтобы этому помешать.

Зажмурившись и уже не находя в себе сил даже чтобы кричать, не то чтобы попытаться спастись, я зачем-то начала считать грохот от ударов. Вздрогнула, когда один раздался совсем рядом — от которого буквально сотряслись все стены в доме. Еще один — сотрясающий пол. И еще — много ударов, уже глухих, страшных, становящихся ритмичными… Одинаковых.

Открыв глаза и подняв наконец голову,  я попыталась понять, что происходит. В следующее же мгновение сама не заметила, как с облегчением,