Предатель. Ты не знаешь о сыне - Елена Безрукова

— Ты из-за этого плачешь? Или тебе так больно? — спросил он, внимательно окидывая взглядом меня.

— Нет… Да. Нет, не больно. Просто температура поднялась. Спасибо, — забрала я таблетки у него.

Ветров остался стоять и смотреть на меня. Синие глаза довольно жадно уставились на мою грудь.

Мне стало жарко и стыдно. Я совсем забыла, что выскочила из комнаты в одной сорочке, которая не особенно-то плотная и с откровенным декольте.

— Извини, я… Забыла, что не одна в доме, — прикрыла я руками себя.

Ну зачем он так смотрит? Сон с Архипа сошёл, уступив место какому-то странному выражению лица… Мышцы его напряглись, а смотрел он на меня так, словно…

Я ойкнула, потому что он схватил мои запястья и развел мои руки в стороны, не давая прикрываться. Он разглядывал меня, моё тело… С явным сексуальным интересом. Теперь уже напряглась я. Ну и дура я, совсем от температуры мои мозги спеклись! Пошла вниз в таком виде и случайно раздразнила молодого мужика!

— Архип, что ты…

Договорить я не успела. Он вдруг поднял меня за талию и усадил прямо на стол. Не успела я даже возмутиться, как мои губы накрыли его. В моё бедро упёрлось что-то твёрдое…

Я застыла как статуя, меня будто парализовало. Я никак не могла понять, что происходит… Ветров же начинал сходить с ума всё больше. Он истязал мои губы… Они горели, саднили уже от его поцелуев. От моих губ перешёл на шею и стал прокладывать горячую и влажную дорожку поцелуев.

Я сумела наконец вдохнуть воздуха и стала приходить в себя.

— Архип, нет… Отпусти, отпусти меня.

Но мужчина словно совсем потерял голову, его поцелуи становились ещё более жаркими, и к моему ужасу, я понимала, что и сама откликаюсь и испытываю удовольствие от его ласки… Я не ожидала такой внезапной страсти от него, ведь он держался холодно и отстранённо, но сейчас вёл себя так, словно голодал все эти годы лишь по мне…

Его страсть пугала, обездвиживала, грозила сжечь меня дотла…

И от себя я тоже не ожидала подобной реакции! Я ведь ненавижу его…

— Архип! — надавила я ему на грудь, пытаясь вырваться из плена его рук.

Если я сейчас не отстою свою позицию, будет очень плохо всё…

— Ветров, остынь, придурок!

Вместо того, чтобы меня отпустить, он снова заткнул мне рот поцелуем, а его рука прошла от плеча по моей груди, пальцы его нарочно задевали кружева сорочки…

Касание опалило меня словно раскалённым железом и разозлило окончательно.

Я напряглась изо всех сил и отпихнула его от себя всем, чем могла — и руками, и даже ногами.

А потом со всего маху влепила ему по роже…

ГЛАВА 29.

Он закрыл глаза на миг и отступил. Молча смотрел на меня.

Я пятилась от него, потом развернулась и побежала в спальню.

Спустя минуту в дверь постучали, и я испугалась, сердце так и заходилось — он пришёл доделать то, что не получилось там, внизу?

Господи, что же мне делать?

Хорошо, что дверь успела закрыть, и теперь он в неё стучал…

— Кристина, ты таблетку не выпила… Открой.

— Нет.

— Не дури, открой дверь и возьми таблетки и воду. Я ничего тебе не сделаю. Прости меня…

Без таблетки было очень плохо. Но дверь открыть я не решилась. Отошла дальше.

— Хорошо. Я оставлю у двери. Выпей, тебе же плохо… Какой же я баран! Напугал тебя. Прости, я не должен был…

— Не должен! — ответила я ему через дверь. — Ты женат! У тебя скоро родится ребёнок. Я замужем. Ты не должен!

Судя по звуку, Архип прижался к двери лбом.

— Знаю. Прости… Не надо меня бояться, я не зверь какой-то. Я не обижу тебя и не возьму ничего силой. Я… Я хочу с тобой поговорить. Завтра. Хочу, чтобы ты знала правду.

— Какую правду? — спросила я, чувствуя, как кровь отхлынула от лица.

— Как было на самом деле в тот самый день. Ты помнишь его? Я — да. В мельчайших деталях. Это был самый страшный и тяжелый день в моей жизни. Завтра я тебе расскажу всё… Ты должна знать. А сейчас выпей таблетку и ложись спать… Мы увидимся уже завтра вечером, и надеюсь, ты простишь меня и хотя бы спустишься вниз. Клянусь, я тебе ничего не сделаю дурного. Мы просто поговорим. Я больше не могу в себе носить этот камень… И клеймо предателя. Спокойной ночи.

Он ушёл. Я осталась стоять в шоке, ощущая, как бегут слёзы по щекам.

Неужели всё было не тем, чем казалось?

Такие мысли у меня были. Что-то во всей этой истории тогда ещё не сложилось, но я не хотела оправдывать предателя и не позволяла себе доводить мысль до конца.

Теперь же Архип снова вскрыл нарыв. Но он прав… Если есть что-то, чего я не знаю — лучше поговорить и уже поставить эту точку, которую мы в прошлый раз словно бы не поставили пять лет назад.

И одновременно с этим я боялась услышать то, что он скажет мне…

Меня снова стало знобить и трясти, я едва на завалилась без сил прямо на палас моей комнаты.

Добрела до двери и осторожно открыла её. Убедилась, что в коридоре никого нет, и забрала таблетки и стакан воды, что принёс мне Архип.

Закрыла дверь обратно, снова на замок, и достала из флакона таблетку. Положила ее на язык и запила водой.

Затем поставила стакан на стол и улеглась в постель. Тело снова начинало ломить то ли от температуры, то ли от нервов…

Это будет очень, очень тяжелый разговор. Но я чувствовала, что он мне тоже необходим, чтобы наконец отпустить ситуацию.

Утром Ветрова в доме уже не было. Я провела относительно спокойный день, если не считать, что несколько раз поднималась температура и я была вся как на иголках в ожидании разговора, который должен был раскрыть все карты. Я хотела знать правду, какой бы она ни была.

Вечером Архип приехал таким же уставшим, как и вчера.

Ситуация с душем и почти безмолвным ужином повторилась. Архип справлялся о моём здоровье, а потом мы переместились в гостиную с чаем, хотя он, как мне кажется, был только декорацией.