Тише, ты - моя - Алена Худова

Вежливо попрощавшись с моим родителям, он наконец опустил меня и покинул гостиную.

— Что ты творишь?! — сердился папа, когда мы вдвоем закрылись в его кабинете. — Кто тебя просил в это лезть?!

— Я хотела помочь тебе, — виновато ответила я, печально свесив голову. — Мне было так обидно, что ты не выиграл этот тендер.

Папа сделал ещё пару шагов по кабинету и наконец выдохнул злость.

— Чего ты добилась, дочь? Ты получила хоть какой-то полезный итог?

— Да, — грустно ответила я. — Я поняла, что Александр очень добрый и внимательный человек. Возможно, если бы я наладила с ним отношения сейчас, то могла многое получить. Для нас с тобой...

— Нет! — строго отрезал папа. — Чтобы не смела больше с ним ни видеться, ни разговаривать. Поняла меня?

— Да, — я робко посмотрела на папу. — Я знала, что ты так скажешь.

— Луна, пойми, — папа обнял меня за плечо. — Бергман и Страм... как бы это помягче... не те люди, с которыми мне бы хотелось иметь какие-то дела. Бергман так вообще не скрывает никаких слухов о себе. Во всяком случае не скрывал до того, как женился на девочке вдовое младше него! Эта девочка ровесница его дочери! Они даже учатся в одной бизнес-школе! Ты понимаешь вообще что он за человек?!

— И Страм этот не лучше. Он всюду бывает с этим Бергманом и тоже, знаешь ли, о нем многое поговаривают. Я очень надеюсь, что ты не понимаешь о чем я говорю и у тебя не было ещё настолько близких отношений. По крайней мере со Страмом.

Я отрицательно мотнула головой, что могло означать все, что угодно. Но папа не стал меня выспрашивать на этот счёт, предпочитая не знать правду.

— Поэтому, дочь, как бы мне не было неприятно за проигранный тендер, но я считал, что это даже к лучшему. Пусть одна большая дверь для меня закрылась, но я хотя бы не буду связан с такими людьми как Бергман и Страм.

Мне стало ужасно стыдно перед папой. Он понимает до чего я опустилась. Понимал, что я была любовницей Страма. И он прекрасно видит мой инфантильный внешний вид. Я никогда не одевалась в таком стиле.

— Иди спать, — папа погладил меня по голове. — Но сначала пообещай мне: больше никаких контактов с этим Страмом. И телефон мне свой оставь, чтобы этот проходимец не смел тебе звонить. А завтра я куплю тебе билет куда захочешь, чтобы мы могли отдохнуть и на время забыть об этом инциденте.

Ещё больше опечаленная я вложила мой смартфон в папину ладонь и собралась уже уходить, но папа вновь меня остановил.

— Пообещай мне, Луна!

Я прекрасно понимала, что я должна дать это обещание. Я и не планировала серьезных отношений со Страмом. Поэтому старалась не давать себе повод очароваться в нем как в мужчине. Кроме того, пока я ехала в машине, я уже была готова к такому ультиматуму и приняла сторону папы.

Но сейчас это оказалось слишком тяжело.

Уже второй раз за день от меня требовали таких серьезных обещаний, а я не могла их дать.

Моя интуиция вопила, что я не должна этого делать. Нельзя так поступать. Я должна ещё хотя бы раз поговорить с Александром. Все ему объяснить. Извиниться. Я должна это сделать! Он не причинил мне зла.

Молчание затягивалось, и я уже открыла рот, чтобы ответить хоть что-нибудь. Потянуть время или попытаться объяснить папе свою позицию, но тут в дверь тихо постучали, и через секунду к нам зашла мама.

— Дорогой, отпусти уже Луну, — мягко улыбнулась она. — Пусть девочка придет в себя. Ей так тяжело сейчас. Давай отложим разговор?

Мой папа до безумия любит маму. Несмотря на то, что их браку уже было больше тридцати лет, но я всегда восхищалась их бесконечной любовью друг к другу.

Вот и сейчас, как только мама заговорила, папа тут же смягчился в лице, его глаза наполнились светом и было понятно, что он не сможет в чем-то отказать любимой жене.

— Я думаю сейчас нужно чтобы Луна поговорила со мной, а не с тобой, — вкрадчиво говорила она, убрав за спину тяжёлую русую косу. — Ей нужно внимание матери, а не твои грозные речи. Поэтому, сбавь пыл, любимый. Луна все же твоя дочь, а не подчинённая. И не нужно казнить ее за ошибку.

Папа окончательно успокоился и поцеловал маму в щеку, а она, кокетливо стрельнув глазками, улыбнулась и наконец увела меня из кабинета.

— Доченька, — мама взяла меня за руки и усадила на свою кровать. — Ты знаешь, я тебя очень люблю. Ты — самое ценное сокровище, которое у меня есть. Я никогда не лезла в твою жизнь. И искренне гордилась твоей самостоятельностью. Но мне кажется сейчас ты упускаешь нечто очень важное.

— Что? — я удивлённо подняла на нее глаза.

Мы и вправду никогда не откровенничали с мамой. Хотя бы потому что мне просто нечего было скрывать. У меня никогда не было тайных влюбленностей, вредных привычек, плохих оценок или ещё чего-то такого, о чем я не могла рассказать за редкими ужинами обоим родителям. Но я не считала, что душой мы с мамой далеки друг от друга.

— Ты упускаешь этого мужчину — Александра, — ответила мама. — Не делай этого. Папа очень сердится, но именно в этот раз ты не должна идти у него на поводу.

— Мам, ты что! — я жалобно свела брови на переносице. — Наши отношения не были серьезными. Просто...

Я не знала как объяснить это маме.

— ... просто для нас это была скорее игра. Александр не тот человек, кому нужны серьезные отношения. Но... я и вправду бы хотела извиниться перед ним.

— Я так не думаю, — улыбнулась мама. — То, как этот мужчина защищал тебя — дорогого стоит. И даже если в дальнейшем у вас ничего не получится, то я бы хотела, чтобы ты сполна насладилась этим романом.

Я устало выдохнула. Мама не понимает, что вся забота Страма — лишь ролевая игра. Как мне это объяснить?!

— Папу я беру на себя, — подмигнула мама. — А тебе бы посоветовала сейчас же позвонить Александру и попросить его